Три года спустя пришла очередь Белоруссии

Внушительный десант первых лиц российского государства в Минск (вместе с Путиным прилетели Медведев, Матвиенко, Лавров, Мантуров, Новак) практически совпал с отменой Евросоюзом санкций против Белоруссии и ее чиновников. Усилившийся интерес Брюсселя и Москвы вызван не сиюминутной прихотью, а стратегическим расчетом, необходимостью добиться от Минска четкого самоопределения в условиях противостояния России и Запада. Это чрезвычайно напоминает ситуацию начала 2013 года, когда Россия стала плотнее работать с Украиной, приглашая Януковича в Таможенный союз, а Европа в ответ запустила договор об ассоциации, что дало старт битве за Украину.

Хорошо помню, в какой многообещающе дружественной атмосфере прошла встреча Лаврова с тогдашним министром иностранных дел Украины Кожарой в Черновцах. Это стало своего рода сигналом для США, давших зеленый сигнал на отрыв Украины от России при помощи Евросоюза. Да, Майдан, переворот, Крым, Донбасс – все это началось уже после решения Януковича отложить подписание ассоциации, но начало процесса резкой радикализации Украины пришлось именно на начало 2013-го. В 2016 году Белоруссия, переживающая острый экономический кризис и при этом так до конца и не определившаяся в лице Лукашенко, может стать новой ареной противостояния Запада и России.

Белорусское руководство как в украинском кризисе, так и по многим другим ключевым вопросам продолжает вести политику, подчеркнуто отличную от российской, в пику Союзному государству.

- Лукашенко и официальная Белоруссия не встали однозначно на российскую сторону в столкновении с Западом. Не признали возвращение Крыма, как ранее независимость Южной Осетии. Более того, Александр Григорьевич фактически приравнял ополченцев ДНР и ЛНР к боевикам из нацистских батальонов. В конфликте с Турцией Минск тоже предпочел отмолчаться.

- Лукашенко и официальная Белоруссия не присоединились к санкционной войне с Западом и даже начали на этом зарабатывать. Собственно, как зарабатывали всегда на контрабанде всевозможных товаров в Россию, на перепродаже нефти и на многом другом. Требование Минска закрепить цены белорусских товаров в долларах при падении рубля говорит само за себя.

- Лукашенко и официальная Белоруссия не согласились создать базу ВВС России на своей территории, не говоря уже о том, чтобы присоединиться к сирийской операции ВКС РФ. Не знаю, договорятся ли о чем-то конкретном в ходе нынешнего визита, но при всем теснейшем сотрудничестве двух стран в военной сфере Лукашенко не постеснялся в прошлом году откровенно заявить о жестком отпоре в случае агрессии с востока.

- Лукашенко и официальная Белоруссия постоянно пытаются перевести хозяйственные вопросы и споры в конфликты и, требуя финансовой поддержки, не желают долгосрочно и по-дружески решать проблемы ни по нефти и нефтепродуктам, ни по консолидации КАМАЗа/МАЗа, калийного производства и прочих других предприятий, ни в целом по развитию реально единого экономического и политического пространства. Скажу больше, Минск, впрочем, как и Астана, похоже, тормозят процессы глубокой интеграции в рамках Евразийского союза, отказываясь от единой валюты, общих надгосударственных механизмов по одной простой причине – не желая признавать главенство Москвы.

- Лукашенко и официальная Белоруссия, жестко пресекая действия у себя майдановских и националистических групп, тем не менее поддерживают и развивают какую-то особую, отличную от русских этническую идентичность и тем самым косвенно содействуют тому, что среди молодых белорусов все сильнее распространяются мифы о белорусах как европейцах-литвинах, противостоявших экспансии «московской азиатской орды».

Все это и многое другое предоставляет Западу те бреши между союзными государствами, которые он непременно попытается использовать и отчасти делает это уже сейчас. Но главный рычаг США и Евросоюза по отношению к Минску, безусловно, финансовый – снимая санкции и предлагая кредиты, Запад пытается сменить политику свержения Лукашенко его подкупом. Главе Белоруссии показывают, что он может при разрыве с Россией гарантированно опереться на МВФ, европейские и американские ресурсы. Как перед Киевом в свое время повесили морковку в виде ассоциации с Евросоюзом, так перед Минском роль такой морковки играют обещания финансовой поддержки. Впрочем, не исключено, что и ту же самую ассоциацию предложат, чем Брюссель не шутит.

В 2015 году Запад решил изменить тактику с Белоруссией и сделать ставку не на свержение Лукашенко (во время президентских выборов даже намека на майдан не было), а на его подкуп или ссору с Москвой. Россия обязательно должна это предвидеть и предупредить. Возможно, нынешний визит Путина и министров направлен как раз на это.

Читая нынешние отчеты о визите в Минск, опять же вспоминаются Черновцы и Кожара. Вот так говорит сейчас Лукашенко: «Отсутствие какого-либо недопонимания, недоверия во взаимодействии наших стран на международной арене как нельзя лучше демонстрирует белорусско-российское единство и стратегическое партнерство в это непростое время», – отметил белорусский лидер».

А вот в каких словах 13 января 2013 года передавала суть переговоров Лаврова и Кожары совсем не дружественная нам Би-би-си: «Во время своих речей министры отметили устойчивое развитие отношений между Украиной и Россией, стратегическими партнерами, на взаимовыгодной основе. Кроме того, Сергей Лавров несколько раз поблагодарил принимающую сторону за гостеприимство. А также сказал, что в следующем году в России будут широко отмечать 200 лет со дня рождения Тараса Шевченко».

Печально, правда, сейчас звучит? И угрожающе поучительно.

Правда, отличий Белоруссии от Украины много: Лукашенко не Янукович, настоящий лидер, жесткий и хитрый; местечковый национализм белорусов не столь запущен, а русофобии практически нет; Минск куда плотнее привязан к Москве, чем Киев, а элита не является прозападно ориентированной и олигархичной; в конце концов, размер территорий и населения совсем другой. Однако эти нюансы способны повлиять на степень болезненности процесса, но не на его наличие или отсутствие. Сам же процесс принципиально в Белоруссии такой же, как на Украине: отсутствие желания окончательно определяться, с кем быть: вместе с Россией и как часть русского мира – либо отдельно от России и тогда вместе с Западом.

Эпоха виртуозного сидения на двух стульях по принципу «и нашим и вашим» прошла, и отсидеться в маленькой европейской квартирке в условиях глобального международного обострения не получится. Особенно на постсоветском пространстве. Пока же Минск продолжает упорствовать по многим моментам сотрудничества и отказывается идти на полное сближение с Россией, боясь поступиться своими амбициями и появившейся уже псевдонациональной гордыней.

Не хочется выступать в роли дующего на воду (Белоруссию), обжегшись на молоке (Украине), но многие признаки указывают на приближение битвы за белорусскую часть русского мира. Остаться в стороне от глобальных процессов Белоруссии не удастся. Республике пора наконец определиться, кто она: часть Большой России или европейская квартирка литвинов? Дай Бог, чтобы в Москве и Минске хватило воли и ума преодолеть проблемы и амбиции и предотвратить хоть какое-то подобие радикализации Украины.

Эдуард Биров
газета "Взгляд"