История Края Кайского.

18 3635

"Начинается эта история давно, и сегодня не заканчивается." 

(Прошу прошения, много текста, но не пугайтесь, читается не тяжело- текст не мой, небольшие комментарии мои, извините за нестыковки, и несвязанность, ну не историк я :-).  В основном, буду идти по отрезку Сибирского тракта)

http://permcity.com/blog/genea...

Верхнекамский район, Кайское сельское поселение, село Кай.

https://rodnaya-vyatka.ru/plac...

Кай - птица

Енкай - жаворонок

Пинькай - зяблик

Дзулимкай - иволга

Колипкай - соловей

Д. М. Захаров, знаток вятской топонимики, пишет: "Кай представляет собою основу пермско-марийского глагола кай - идти, пойти на подъем в направлении, противоположном течению реки, т.к. здесь был волок, соединявший бассейны рек Сысолы и Камы. Его, волок, надо преодолеть, т.е. идти пешком".

( примечание- и сегодня в Коми-Пермяцком языке- кай - идти вверх, по течению реки)


Невеселые пословицы еще в древности сложил народ об этой далекой глубинке: "Кай — всему свету край", "Кто в Каю не бывал, тот и горя не видал", "Бог дал рай, а черт — Кай".

Окутана мраком неизвестности эта земля, давшая в далекие времена пристанище пришедшим из Сибири древним племенам людей, прародителей современных коми-пермяков. Исследованные многими учеными за последние сто лет могильники и найденные в земле образцы материальной культуры: предметы быта, оружие, а также исследования мест обитания древних людей подтверждают это.

Топонимика населенных пунктов в Верхнекамском и coседнем с ним Афанасьевском районах убедительно свидетельствует о том, что эти земли до прихода сюда русского населения были обжиты племенами угро-финской народности. Известный исследователь О. Бадер в своих работах отмечает, что местное население в расовом отношении представляет собой переходный тип между европеоидным и монголоидным типами, явившийся результатом многотысячелетнего скрещивания монголоидного и европеоидного элементов в области Приуралья. Не менее интересна и другая народность, которая поселилась в крае в первом тысячелетии нашей эры.

Это племена чуди - "чуждый народ", как называли их русские, который в XVI-XVII веках таинственно исчез, оставив после себя в Кайском крае и в других районах Севера Восточной Европы многочисленные следы пребывания в виде могильников и предметов материальной культуры. Как в донских степях остались курганы, насыпанные скифами, таки чудь Кайского края оставила для истории свои таинственные "ямы".

Воспоминания о чуди долго оставались в памяти у жителей Верхнекамья; легенды и предания о чуди (местное название чучка - он, чучиха - она) бытуют в крае до наших дней. 

( примечание - мне мой тесть рассказывал , что у них в Гаинской районе была деревня, где с его слов жили чуди - дома по рассказу были косые, пол земляной, православие не признавали, и вообще с людьми контактировали очень не охотно.)


Старина привлекала сюда многих исследователей. В конце прошлого века Верхнекамье, начиная с истока реки Камы исследовал известный ученый-антрополог Г. Иванов, сделавший» ряд открытий и находок.

Вот лишь несколько из его описаний:

• "У деревни Некрасово под Бисеровом один крестьянин из починка ежегодно в поле находит медные и серебряные вещи, здесь же есть и каменные орудия..."

• "У селя Егорьевское на правом берегу Камы есть большая гора, называемая Рудной или Чудской, последнее название объясняется находимыми здесь чудскими медными вещами".

• "Когда я взобрался на гору, мне стало ясно, почему чуди избрала такую гору для своего жилья. Кама видна как на ладони изгибающаяся, делающая бесчисленные хоботы, видны села Георгиевское, Бисерово, десятки починков. Я убежден, что люди каменного века не могли оставить без внимания эту высоту".

Видный русский исследователь Д. Анучин привел любопытный случай о ценной находке крестьянина Сюзева в д. Кытмановой Харинской волости в 1874 году. Он нашел серебряное блюдо с изображением дракона, весом 2 3/8 фунта. Археологическая комиссия назвала эту находку весьма любопытной и выдала за нее Сюзеву 200 рублей - сумму, значительно превышающую весовую стоимость находки.

Ценнейшие сведения для потомков оставил историк п. Сорокин. Он на основании разносторонних тщательных исследований преданий и легенд, личного скрупулезного обследования населенных пунктов и археологических находок, проведенных в конце прошлого века, установил, что дошедшие из глубины веков сведения о чуди подтверждают достоверность обитания этих людей в Кайском крае. В частности, он обнаружил следы жилищ - землянок в виде ям (древние люди не умели строить деревянное жилье).

Исследователи считают, что чудское население в конце концов слилось с русским. Сколько сохранилось могильников и мест обитания этого народа до настоящего времени, сказать сложно, т.к. за последние сто лет серьезных изучений подобной проблемы не было. К тому же многие деревни исчезли, земли распахиваются. Представляется необходимым не откладывая на будущее приступить к научным исследованиям истории Кайского края, пока еще живы старики, целы материальные свидетельства.

XIV век - начало интенсивного заселения русскими территории Вятской земли. Новые поселенцы, пробираясь по рекам, продираясь без троп через дремучие леса, искали свободные удобные места, отвоевывали огнем кусочки земли, выкорчевывали пни, основывали починки, заводили нехитрое хозяйство.

Как предполагается, на стыке XV-XVI веков на берегу реки Чюква, впадающей в реку Сысолу, возникла Сретенская пустынь. Ее основатель старец Константин шел по тракту из Великого Устюга в Великую Чердынь. К сожалению, кроме скудного упоминания летописца, до нас не дошло более никаких сведений. П. Сорокин в своем труде, изданном в 1895 г. в г. Вятке, скупо рассказывает, что в то время здесь еще существовали развалины старинной монастырской церкви. Это был полусгнивший сруб длиной 5, шириной 3 сажени, совершенно свалившийся на бок. Как предполагает П.Сорокин, монастырь был закрыт в 1764-1771 годах. Есть основания сделать предположительный вывод, что это древнейший монастырь на Вятской земле, возникший раньше Успенского монастыря, основанного Трифоном в г. Хлынове в 1580 году.

Основной поток поселенцев в Кайский край в XV-XVI веках шел по Вычегде, Сысоле, Черной и другом рекам бассейна Северной Двины.

В XVI же веке освоение русским населением Прикамье активизировалось, чему способствовал проложенный по тем местам Сибирский тракт. Д. М. Захаров, знаток вятской топонимики, пишет: "Кай представляет собою основу пермско-марийского глагола кай - идти, пойти на подъем в направлении, противоположном течению реки, т.к. здесь был волок, соединявший бассейны рек Сысолы и Камы. Его, волок, надо преодолеть, т.е. идти пешком".

 Большим событием для края было основание в 1558 году братьями Яковом и Григорием Строгановами, которым принадлежали тогда земли, лежащие по Каме и Чусовой, Кайгорода. Грамотой, данной царем Иваном Васильевичем в 1558 году, Строгановым дозволялось "на всех владеемых им землях по Каме и Чусовой ставить крепости, иметь снаряд огнестрельный, пушкарей и воинов, принимать к себе всяких людей вольных, ведать и судить их независимо от пермских наместников и тиунов и заводить селения, пашни и соляные варницы и в течение 20 лет торговать беспошлинно рыбой и солью".

Особым моментом основания Кайгорода была необходимость обезопасить от набегов вотяков лежащие неподалеку соляные промыслы. Соль доставлялась с мест ее добычи верхов по Каме, где продавалась или обменивалась на хлеб. Кроме того, Кайгород служил для вятчан и пунктом обмена своих товаров на сибирскую пушнину. Здесь же до пуска Кирсинского завода находились склады железа уральских заводов. Город входил в состав Перми Великой.

Трудным было становление нового города, неспокойны были его соседи, которые подвергали набегам и осаде его и другие вотчины Строгановых. Чтобы обезопаситься, Строгановы пошли на смелый шаг, решив призвать на службу и держать у себя "воров" и боярских людей беглых, и татей, и разбойников. Более того, они решили призвать с Волги вольных казаков во главе с Ермаком Тимофеевичем и его помощником Иваном Кольцо. Это шло вопреки грамоте царя Ивана Васильевича, тем не менее преемники братьев Якова и Григория, их сыновья и племянники, приступили к формированию и оснащению дружины для покорения Сибирского ханства. Этот поход начался в 1581 году, вместе с казаками в нем участвовали и жители строгановских вотчин, в том числе и Кайгорода.

Но участие в походе значительного количества мужского населения сильно ослабило Кайгород в военном отношении, и незамедлительно воспользовался давний соперник Строгановых вогульский князь Кихек, прозываемый Пелымским - по месту его владений на реке Пелым. Буквально через считанные дни после ухода дружины Ермака с войском 100 человек Кихек разгромил всю Пермь Великую от Чердыни и Кайгорода до берегов Чусовой... Такого страшного погрома Пермь Великая не испытывала никогда в течение всей ее истории... Начав с Чердыни, которой он не взял, Кихек пошел на Кайгородок, опустошая все на своем пути, оттуда на Соликамск, который разграбил и предал пламени".

Подвергаясь неоднократным нападениям со стороны соседних воинственных племен, кайгородцы, в свою очередь, не упускали возможности побеспокоить своих соседей - русских крестьян. Сохранился до нашего времени текст челобитной царю Василию Ивановичу Шуйскому от 10 марта 1607 года, в котоорой "крестьянин Зюздинской волости Пермского уезда с верховьев реки Камы Васька Игумнов с товарищами бьют челом государю и жалуются, что они дворишки ставили на пиком лесу и люди все пришлые живут - от Пермских городов, и Кайгородка верст за двести и больше... Кайгородцы правят мило на них себе в подмогу, животы их грабят насильством, сами их бьют, бесчестят, волочат их в поклепных в пашенную миру".


Жилье горожан представляли низкие деревянные избы с несколькими малыми подслеповатыми окнами, затянутыми вместо стекол бычьими пузырями. Избы были курные, по-черному, т.е. дым от очага, расположенного порой прямо на земляном полу, не уходил в трубу, а расстилался внутри жилищам нагревая воздух. Духота и копоть были неимоверные. Крыша избы была низкой, двускатной, крытой по-банному. Можно представить, в каких условиях жили обитатели Кайгорода в то время. Более добротные дома имела лишь зажиточная знать города.

Кроме сибирского пути, через Кай проходила дорога на север, в Архангельск. Здесь был таможенный пункт, где производился досмотр вывозимых из России в Сибирь товаров, а также осматривался товар, который был разрешен для ввоза в Россию. Собиралась пошлина с провозимых товаров. Городе жил деловой жизнью.

http://www.archidesignfrom.ru/2377-selo-kay-kaygorod-1558-g.html


Однако близился уже закат Кайгорода, и первой ласточкой его явились начатые при Петре I работы по прокладке прямой дороги из Москвы в Сибирь через Казань, по южным уездам Вятской земли. Поток грузов через Кай стал снижаться. Жители города начали жаловаться местным властям, что "питаться нечем, ремесел не знаем". В связи с этим и с тем, что новый тракт оставался еще недостроен, последовал Высочайший Указ от 24 января 1739 года, по которому купечество московское, нижегородское, казанское обязано было ездить через Кай и Верхотурье. Местному населению было предложено овладевать ремеслом, заниматься хлебопашеством. В Кае сохранилась таможня.

Это были последние годы процветания Кайгорода. С устройством в 1754 году нового тракта поток товаров, конечно же, потек по нему. Старый тракт приходил в запустение, его никто не содержал, мосты рушились, дорога постепенно зарастала лесом и со временем превратилась в тропу.

Вот что пишет вятский чиновник М. Н. Куроптев в газете "Вятские губернские ведомости" № 62-64 за 1871 год:

"Известно, что древнейший путь в Сибирь шел через города Вологду, Устюг, Кай, Верхотурье. Дорога, по которой тогда ездили, давно заброшена так что теперь по ней можно пройти верхом. Из Кая в Пермскую губернию дорога на расстоянии 90 верст до с. Юксеево идет лесом, не встречая ни одного населенного места (сейчас на этом пути один лесопункт); в другую же сторону по Вятской губернии она идет на село Гидаево, потом пустынным лесом до починка Высоковского и села Шестаково. По всему протяжению видны сгнившие мосты, среди леса - остатки жилого места. Недавно помер тот старик, который видел на этом месте разрушившуюся церковь и избы; по его словам, на этом месте было с. Берсзовка, но почему его жители оставили, неизвестно".

Вот впечатление голландца Ебсргарда Избраннидеса (по-русски Елизар Клизаров Избрант), который в период 1692-1695 гг. был послан Москвой в Китай для утверждения торговых сношений:

"Апрель 6-го дня мы приехали в Кайгород, который хотя и небольшой, токмо хорошо укреплен и по Каме реке лежит. Я был намерен оттуда сухим путем в Соли-Камской ехать..., но токмо весна причиною была, что лед растаял и санный путь разошелся, чего ради принужден иные меры взять и в Кай городе жить, пока возможно по реке Каме на судах ехать...

Приобщаю при сем некоторую печальную причину, которая, по словам тамошнего коменданта, в Кайгороде недавно в бытность прежнего воеводы приключилась.

В воскресный день пополудни явились у пристани оного города некоторые суда, наполненные людьми, которые в барабаны били, на дудках играли и многие другие радостные оказательства показали. А поскольку в оной провинции про войну было не слышно, того ради кайгородские жители не опасались от пришедших никакого злого умысла, но, думая, что соседи их или приятели приехали, дабы в их городе увеселиться, пустили их на берег, и соединися с ними, ввели их в город, плясая с ними по их музыке. Но токмо сия радость не долго-временна была, ибо разбойники, рассмотря место, зажгли вдруг город с полуденной стороны, а с полунощной стороны напали на жителей этого города, которых в таком внезапном случае побили и разграбили без всякого оборонения. Воевода сам от сих разбойников обойден не был, ибо они, разломав ворота, поступили с ним неприятельски и непотребным образом все деньги и пожитки, что у него нашли, взяли, и хотя из города за ними и шли, токмо напрасно, понеже только известия достали, что оные бездельники, из разных стран собравшись, по разным местам в разбой и воровство приличились. После того времени получил я ведомость, что некоторые из них арестованы и по важности дела наказаны были, а я через такой извест к надлежащей предосторожности в пути своем приведен был, дабы мне в нападение таких воровских людей без обороны не остатца".

А вот какое впечатление осталось у китайских послов Ту ли-шена и Но-яна, нанесших в 1713-1714 годах визит калмыцкому правителю Аюк-хану:

"Кайгородок от Соли-Камской лежит в северо-западной стороне, больше как в 400 ли расстоянием. Река Кама пришла здесь с северо-западной стороны и, окружив часть городка, продолжает свое течение в южно-восточную сторону. По дороге находятся ровные и небольшие горы, которые покрыты великим и дремучим лесом, а из дерев находится лиственник, сосняк, осинник и березник. Небольших сел мы проехали около 7, в которых живут смешанно русские июди и народ бермиги (пермяки) называемой. Поблизости оных сел везде пашут пашни. В Кайгородке числится всех жителей, из одних русских людей состоящих, более двухсот семей, и находятся в одном два молитвенных храма. А при начальнике сего местечка, который и ямом (собором подати) управляет, войска не имеется.

Помянутый народ бермиги лицом и видом подобны русским людям, но токмо говорят своим особливым языком, которого русские не разумеют, и имеют они свои жилища по берегам реки Камы. О происхождении их нам объявили, что они в старину были особливым "айманом", или народом, который составлял особливое свое владение, но из давнишних лет присоединены они к российской державе.

По отъезде из Кайгорода в четвертый день прибыли мы в местечко Слобода (Слободской) называемое. Дорогой видели мы везде частый и великий лес..."

А вот воспоминания известного русского ученого Лепехина, совершившего в конце XVII века путешествие от Тюмени до Архангельска:

"Кайгород - самое беднейшее местечко в Казанской губернии. Он построен от Хлынова в 254, от Слободского в 230, а от Соликамской в 250 верстах. Власть в городе надставляет бургомистр, а жителей 336 душ купеческих, которые по бедности места или в Сибири, или в окольных городах питаются.

Строение городское 60 домов, из которых большая часть на хижины походит. Две ветхие деревянные церкви ныне поновляют, а строится новая деревянная, трехпрестольная.

Главнейшим промыслом кайгородцы считают дровяной. Дрова они гоняют до Сали-Камской на Дедюхинские и на Ново-усольские солеварни. В зимнее время большой доход бывает от извозу.

Хотя домоседы упражняются также и в хлебопашестве, однако весьма мало, а более всего делают горшки и распродают в окольных местах. С полуденной стороны Кайгородок окружается высокими буграми, которые весенними ручьями глубоко промыты. Где виден песчаный желтоватый камень, под ним местами проседает охра цветом на яичный желток похожая...

Если бы кайгородцы умели употреблять ее с пользою, то получили бы новую отрасль пропитания, но беда, что у нас и в городах редко красят, а в деревнях и совсем о крашении понятия не имеют. Кай-городок не только не имеет укрепления, но и, никакой воинской команды, а стоит вблизи реки Камы, по которой забубённые головы нередко на легкий промысел приезжают, почему лучшие люди по веснам иногда вынуждены оставлять свои дома или в беспрестанном страхе провожать весенние дни. Река Сысола, вершина которой вблизи Кай-городка находится, должна была нашим быть вожатым, но непроходимые топи и дремучие леса принудили нас оную оставить и поворотить на город Слободской".

Крестьяне не могут прокормить себя хлебом, его хватает до Рождества, поэтому хлеб, выпеченный из чистой муки, большая редкость во многих домах крестьян, а по большей части употребляется хлеб из крупно измолотой муки с разными неудобоваримыми веществами. Еда мякины и других неудобоваримых суррогатов влияет на органическое развитие населения. В обыкновенное время стол крестьян состоит из одного такого хлеба с безвкусным приварком из так называемых крупяных щей, мясо же употребляется только во дни торжественных праздников. Употребляемый крестьянами прокислый квас способствует пищеварению тяжелой растительной пищи. Квас варится из отрубей и получается в виде слизистой клееной жидкости, а квас из солода варится в редком доме.Население края сплошь неграмотно, потому что там ни старый, ни молодой не знают, что такое школа и какую она приносит пользу. Но все-таки в 1869 году в селе Кайгородском было открыто смешанное одноклассное училище (мужское и женское). Учитель-семинарист обучал детей промышленников. В селе Лойнском школа открыта в 1846 году.

В середине XIX века некогда оживленный город совсем захирел, и 11 января 1845 года последовал Указ правительства Сената об упразднении заштатного города Кай с его ратушей, сиротскими и словесными судами. Его 323 души согласно их желаниям были переведены в разряд государственных крестьян с предоставлением им в пользование всей выгонной городской земли. По этому же Указу был закрыт почтовый тракт между Слободским и Каем.

История Кайгорода заканчивается, начинается история Кая - села. В дальнейшем в этих краях произошло немало значительных событий. Памятны, например, установление Кайской республики в 1905 году, бои в окрестностях села в январе 1919 года, но они требуют особого разговора.

 Взято отсюда- http://www.vyatlag.ru/blog/ist...


А вот любопытные факты-

Опубликовано вс, 14/12/2014 - 17:55 пользователем Пестриков Павел

Из архивов кайского музея воспоминания Марии Терентьевны Лузяниной о годах ссылки Феликса Дзержинского в Каю:

"Я хорошо помню Феликса Эдмундовича Дзержинского, в то время мне было 15 лет. Семья наша была большая. Отец - Терентий Анисифорович. Мать - Прасковья Ионична. Старший брат - Александр Терентьевич был женат на Марии Андреевне, Семен Терентьевич и я, Мария Терентьевна. Жили все вместе. Дом был большой. Места хватало. Было две избы. А между ними была комната (сени).

Зимой, в конце января или же февраля, сняли у нас квартиру двое ссыльных, которые жили у Шанцына Семена Ионыча. Один из них был Феликс Эдмундович Дзержинский. Второй Якшин Александр Иванович. Жили они у нас во второй избе.

Отец наш был старый Николаевский солдат, служил 25 лет, был развитым. Наш отец и двое квартирантов быстро познакомились. Дзержинский почти каждый день заходил к нам в комнату и с отцом сидя против друг друга разговаривали о старой службе. Говорили много, но я не знала о чем. Дзержинский и Якшин имели много литературы.

10 июля в Кайгородском волостном правлении было получено еще одно анонимное письмо с надписью «через правление по принадлежности». Так как адресат на письме не был указан, то письмо было вскрыто волостным писарем. Оказалось, что оно адресовано чинам местной полиции – уряднику и стражникам. В письме этом, написанном довольно грамотно и логично, указывалось на освободительное движение в России, предлагалось бросить постыдную и мерзкую полицейскую службу и перейти на сторону народа, который скоро будет не рабом, а господином Русской земли. Обращение заканчивалось такими словами: «Если это письмо не подействует на вас, мы предупреждаем: убирайтесь из нашего села как можно дальше и как можно скорее, спасайте свои головы, мы найдем верные средства, чтобы быстро выжить вас из нашего края. А если вы хотите здесь находиться, то не должны ходить по селениям с шашкой и револьвером. Если вздумаете продолжать свою позорную службу, вы встретите такое усердное сопротивление, что не сносить вам своих глупых голов. Вы будете наказаны по заслугам. Подумайте обо всем этом и, если не хотите себя пожалеть, хоть ребятишек-то своих пожалейте, не оставляйте их сиротами. Жители села Кай. Июль 1906 года».

 Кому дальше интересно-https://rodnaya-vyatka.ru/plac...

Продолжение следует...

Они ТАМ есть: «Солнышко моё…»

Ни Марина, ни муж ее Виталий не поддерживали майдан. Это было бы смешно, живя в русском городе, имея нормальное образование, верить в секту, носящую кругами гробы на майдане. Они, как и...

Обсудить