Лагерь 1391 в Северном Израиле был обнаружен случайно и, вероятно, функционирует до сих пор.
![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/7/728x546_1_408f79cf74f63defcf4a479d25d5b86b%401296x972_0xac120003_3916649951599745047.jpg)
Израильский тегарт. Предположительно в таком же форте находится тайная тюрьма
В 2003 году израильский историк Гад Кройзер просматривал карту 70-летней давности, на которой были отмечены 62 полицейских военизированных британских подразделения на территории Палестины. И заметил странное.
Один из лагерей, Меретц, отмеченный на старой карте, на новой карте отсутствовал. Даже на снимках в Google Maps его не было. Кройзер не нашел никаких свидетельств ни об упразднении подразделения, ни о сносе форта. Но тегарты (форты, придуманные архитектором Чарльзом Тегартом) так просто не исчезают с лица земли!
Кройзер связал загадочное исчезновение подразделения с давно ходящими по Земле Израильской слухами о существовании некой тайной тюрьмы под названием «лагерь 1391», в которой содержатся «особо опасные» преступники. То есть в основном палестинцы и подозреваемые в сотрудничестве с ХАМАСом.
Историк опубликовал свои выводы в статье, и вскоре ему позвонили из пресс-службы израильского военного министерства с претензией. Это лишь убедило Кройзера в том, что он действительно набрел на лагерь 1391. При этом официально власти Израиля наличие подобной тюрьмы отрицали.
В том же 2003 году в The Guardian вышла большая статья под названием «Колония 1391: секретная израильская тюрьма». В ней не просто раскрывались шокирующие сведения о лагере 1391, но и приводились слова узников, которым удалось из тюрьмы выбраться.
Вот, например, что рассказал изданию водитель школьного автобуса из Палестины Самиир Джадала: «Я был босой и в одной пижаме, когда меня арестовали. Было холодно. Когда меня привезли в это место, то велели переодеться в голубую форму. Дали мне черный мешок. «Это твой мешок. Он должен всегда быть с тобой. Каждый раз, когда кто-то подходит к твоей клетке, ты должен надеть его на голову. Каждый раз, когда тебе приносят еду, ты должен надеть его на голову. Ты не должен видеть лица охранников. И ты не хочешь знать, что случится, если ты не наденешь мешок».
Джадала, не имевший представления, почему его вытащили из постели в три часа ночи и, надев на голову мешок, привезли в неизвестное место, спросил: «Где я?» Ему ответили: «В Гонолулу». Больше он не спрашивал. Джадала провел в камере 67 дней. За это время он ни разу не видел не просто солнечного света — он не видел никакого света.
«Мешок у меня с головы сняли лишь тогда, когда привели в камеру. Свет в камеру проникал через полоску в двери — такую узкую, что в нее нельзя было бы вставить и сигарету. <…> Меня держали как слепого крота почти в полной темноте, за исключением тех часов, что меня допрашивали».
А допросы в лагере 1391 напоминают пытки. Заключенному не дают спать, обливают водой, угрожают близким. Прошедшие тюрьму заключенные утверждают, что в тайной тюрьме творятся вещи и хуже. Собственно, потому она и тайная — чтобы не попасть под законы о правах человека.
![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/7/728x495_1_6d85b9c9d011fa88281458096bc20d14%40798x543_0xac120003_416685601599748378.jpg)
Директор израильского Центра по правам личности Далиа Кирштейн категорично высказалась о лагере 1391: «Я была шокирована, узнав о существовании этого учреждения. Я не хочу, чтобы в стране, где я живу, была подобная тюрьма. Мы предпринимаем все усилия, чтобы это место было закрыто, и настаиваем, что вся система пыток в этом учреждении основана на том факте, что его существование держится в секрете».
Лишь после двух месяцев в тайной тюрьме Джадала узнал, что он находится там благодаря брату Мухамеду: израильские военные подозревали его в причастности к ХАМАСу. Джадала прошел тест на детекторе лжи и был отпущен.
И хотя формально считается, что тюрьма была закрыта в середине 2000-х, периодически в прессу просачиваются известия о бесчинствах, которые продолжаются на месте бывшего британского форта.
В статье использованы материалы Facility 1391: Israel's secret prison
Оценили 9 человек
20 кармы