Наша искренность против их лицемерия?

Понятия искренности и лицемерия неплохо иллюстрируются старым анекдотом. Лицемерная любовь: «Мне так нравятся снежинки на твоих волосах…» Искренняя любовь: «Дура, где шапка?» Если присмотреться, эти понятия сопровождают всю историю наших асимметричных отношений с Западом, изрядно напоминающих бег по круговой дорожке с граблями.

Ещё тогда русские жарко топили печи и регулярно парились в бане, а европейцы экономили на отоплении и заглушали духами запах немытого тела. Так и теперь они экономят на отоплении и гигиенических процедурах.

Ещё тогда русские в борьбе с эпидемиями искали, как ловчее наладить режим изоляции, и дезинфицировали все уксусом или известью, а европейцы сочиняли маски с клювами и под шумок чумы устраивали погромы своих кредиторов. Так и теперь западные элиты получают прибыль и удовольствие от прореживания населения планеты новыми пандемиями.

Ещё тогда наши предки учились любить Бога (? Что значит, любить Бога, если Бог и есть Любовь? И это не просто тавтология "любить Любовь", это какая-то кунсткамера., В.К.) и ближних, а европейцы демократичненько жгли костры инквизиции. Так и теперь они демократичненько уничтожают, морально или физически, всех, кто позволяет себе думать не так, как повелели кукловоды ЛГБТ* и прочих BLM.

Ещё тогда наши предки учились решать вместе, а европейцы — вроде бы как вместе принимать кому-то нужные решения. Так и теперь страны Запада строят из себя светочей демократии, когда им нужно ткнуть физиономией в экскременты другой народ, посмевший принимать решения в своих интересах, а когда удобно иначе — жонглируют демократией, как напёрсточные шариком, лишь бы Трамп не стал президентом, а молдаване считались захотевшими в ЕС.

Если же кто-то закричит, что «король голый», его тут же многозначительно и презрительно осадят: «Вы не понимаете, это другое».

Еще тогда Советский Союз помогал дружественным странам развивать экономику, а страны Запада покровительственно и вроде бы как дружески задёшево выкачивали природные ресурсы из стран Глобального Юга. Так и теперь они пытаются продолжать выкачивать, только многие страны уже стали, мягко говоря, отказываться от такого разорительного взаимодействия.

Ещё тогда наши предки учились держать слово, а европейцы говорили одно, делали другое, а думали третье. Так и теперь им невозможно верить ни в чем: то обманут с какими-то соглашениями, а потом бахвалятся этим, как и подобает мошенникам по жизни, то хвастаются, как ловко тушат бензином пожар войны.

Ещё тогда наши предки старались жить по правде, а жители западных стран ловко напускали на себя форс не по чину. Так и теперь они изображают из себя образец зажиточности, а сами по большей части живут в кредит, один госдолг чего стоит — без малого голодранцы.

И при всем при этом Запад каким-то удивительным образом исхитрился убедить часть из нас, будто бы именно европейские страны являются цивилизованными.

Некоторые из нас по сей день воспринимают все европейское как некий эталон, вроде бы как не требующий доказательств. А ведь для отрезвления случайных людей из «пятой колонны» много времени может и не быть.

Ещё тогда англосаксы и французы страстно вожделели Крым, но сперва пустили впереди себя прокси (в тот раз — Турцию), а уж потом сунулись самолично. Так и теперь они хотят того же, и прокси давно действует. Нельзя исключать, что потом сунутся самолично. Вопрос скорее в том, будет перерыв или нет. Если сравнивать с прошлой войной, то происходящее сейчас немного напоминает события в Испании и финскую кампанию. Но более тревожным признаком являются даже не военные приготовления, а деиндустриализация и люмпенизация Европы, к тому же дестабилизированной результатами глобалистской миграции, — тельца явно готовят на заклание. Казалось бы, существование ядерного оружия должно было изменить традицию, но ростовщики от международного финансового капитала, стоящие над государствами и дергающие за ниточки многих вроде бы как президентов, явно не в состоянии адекватно оценить объективно существующие риски.

Вот и выходит, что если однажды наступит мир, нужно понимать, что это лишь временное изменение формы войны. На нас пытаются давить одновременно снаружи и изнутри. Поняв, что давление извне оказалось не слишком эффективным, противник может перенести основные усилия на внутреннюю дестабилизацию, тем временем накопить новые силы, и снова навалиться снаружи. И если Запад решит с нами вроде бы как полюбовно договориться, надеясь, что в условиях лицемерного мира мы искренне увязнем в конфликтах между собой, для нас это должно быть лишь сигналом к еще большему сплочению перед лицом внешней опасности.

А в кулуарах возможных переговоров было бы уместно напомнить нашим западным не партнёрам другой старый анекдот. Волк и Лиса зовут Медведя играть в карты. Медведь отвечает: «Ладно, но если кто-то будет мухлевать, мы будем бить его в наглую рыжую морду.»

Источник: https://rusvesna.su/news/17301...

В.К. Вот честно говоря, меня умиляют такие плаксивые откровения, поскольку и то, и другое - это неадекватное соответствие реальности, которое мы пытаемся превратить в действительность исходя из интерпретаций реальности согласно своим предпочтениям.

Запад как был диким, так диким и остался. Такова реальность и ничего удивительного в этом нет. Поэтому не надо строить отношений исходя из созданных нами же иллюзий, что все якобы равны в плане пределов осознания реальности. И это не расизм, поскольку каждая тварь разумна в пределах возможностей своего разума в реализации себя. Поэтому и отношения с окружением строятся в этих же пределах. Что же здесь удивительного? Поэтому и строить свои отношения с окружением, каким бы ни было бы это окружение, необходимо так, чтобы низшему разуму раскрывались возможности достижения более широких пределов осознания реальности, являя ему эту реальность не через интерпретации собственных предпочтений, а так, как она есть.

А что сделали мы? А мы совершенно безосновательно объявили Запад превосходным, наверно, чтобы не смущать его и угодить ему, ведь хотели же стать буржуинами, исказив таким образом, своё собственное восприятие реальности. Так, чего же мы теперь плачем? И тут бы уже вспомнить не анекдот, а то, что говорит народ: за что боролись, на то и напоролись.