Рождённый в двух «рубашках». - Веб Рассказ

ГОДАР

Вспомнился фильм Годара «На последнем дыхании» с молоденьким Жан-Полем Бельмондо.

Посчастливилось увидеть его ещё в начале 60-х, на Московском международном кинофестивале. Тогда, в мои пятнадцать лет, нравились небрежность, импульсивность, пофигизм, безответственная лёгкость героя.

И вот поймал себя на том, что сейчас совершенно чужим ощущаю этого типа - опасного, как больная бешенством собака. Годар ещё в 60-х разглядел эту «новую» породу французов. У Годара герой походя убивает полицейского. В конце фильма копы буднично пристрелили его.

Годар, кроме прочего, обеспокоен такой будничностью драмы, справедливо полагая, что человеческая жизнь не может столь ничтожно мало стоить. К тому же - кровь отвечает кровью!

Никто не услышал. И сейчас не слышат...

* * *

Эта тема озвучена мной в видео, текст ниже:

Ссылка на видео: https://youtu.be/T4T42K8kz_o

Здесь можно слушать без тормозов и замедления:

https://boosty.to/webrasskaz - Веб Рассказ на Boosty

https://vkvideo.ru/@club910358... - Веб Рассказ на ВК Видео

https://rutube.ru/channel/5471... - Веб Рассказ на RuTube

https://zen.yandex.ru/id/60c62... - Веб Рассказ Дзен

* * *

НИЗЯ!!!

Подозреваю, собачка наша - внутренний эмигрант. Сегодня это словосочетание из обихода вышло, поскольку вопрос легальной эмиграции в России решен - катись колбаской, куда хочешь и где возьмут! Но вот для нашего Буси проблема осталась. Создал маленькой собачке эту проблему - я!

В чем же дело? В том дело, что между квартирной дверью и дверью на площадку с лифтом у нас буферная зона - коридорчик. Кто бы ни уходил или ни приходил, Буся вырывается мимо ног в эту пограничную зону и каждый раз жаждет только одного - достичь «Америки»! Так я обозвал площадку перед лифтом, на которую шныркает Буся, разбрасывая задние лапы, выпучив, как дурак, глаза!

Но я не даю ему вырваться в Америку. Я очень-очень жестко кричу ему в уши страшнейшее в его жизни слово: «Низя!!!»

- Смотри, как в Америку-то хочет! - каждый раз прихожу в изумление.

- В Америку низя! Низя!

Он замирает на самом пороге, высовывая «за границу» лишь свой длинный, шустрый нос, и нюхает, нюхает, втягивает с жадностью запахи настоящей свободы, которой, по его собачьему разумению, благоухает истоптанная чужими ножищами площадка!

Я стою у лифта и вижу, как не хочет он покидать «Америку», отодвигаемый домашней ногой за дверь. Закрывается дверь, и хлопает вторая, внутренняя, - опять не состоялась для собачки эмиграция, опять уходит Буся в глубокую внутреннюю - до следующей попытки.

«Все свободу любят. И собаки. Все хотят ломануться в “свою” Америку...» - проносятся, как этажи в лифте, подобия мыслей.

Но недавно, да, собственно, сегодня, вдруг почувствовал: а не слишком ли много становится кричащих «Низя!»? Эдак скоро и сам к лифту не выйдешь, чтобы не одернули...

ГОРЬКИЙ ШОКОЛАД

Я хорошо помню, когда догадалась об этом. Помню тот солнечный, сухой, ветреный день. День моего пятнадцатилетия, который мы отмечали вдвоем с сестрой. Ей тогда уже исполнилось двадцать два. Она «сходила» замуж. Меньше чем на год. Муж стремительно и беспощадно оставил Ленку, как только выяснил, что у нее никогда не будет детей.

Матери в Москве не было. Она укатила с очередным «великим приключением» в Париж, надеясь, видимо, что уж в этот раз все сложится и по приезде из «столицы любви» у нас с Ленкой будет новый «папа».

Ленка подарила мне громадный альбом импрессионистов, мы выпили бутылочку шампанского и отправились гулять в Замоскворечье. И вот мы стояли на горбатом мосту, смотрели в реку, и Ленка вдруг сказала: «Я - дура, мать у нас дура, и ты тоже дура. И все мы дурами помрем!» В этот момент, отворачивая голову от сухого ветра, терзающего волосы, я и поняла: меня никто никогда не полюбит. Никогда и никто. Я разрыдалась.

Ленка страшно испугалась, бросилась целовать меня в лицо, в волосы и почти закричала: «Ты не дура! Ты не дура, Дашка, ты везучая! У тебя всё, всё будет!»

Ровно через три года я влюбилась.

Саша пришел к нам на мой день рождения с Люсьен, самой красивой девчонкой на нашем курсе. Мне кажется, я влюбилась в него в ту же секунду, как увидела.

Через восемь дней в поселке Дорохово, на его пустой даче, я открыла глаза, услышала, как сильно шумит дождь за окном, услышала, как Саша раздвигает створки буфета, что-то трогает на полке, и, словно попав в середину ослепительной вспышки, нет, не осознала, а почувствовала всеми жилками, сразу всем телом, что вся моя предыдущая жизнь закончилась.

Он сел на край постели, мы долго и молча смотрели в глаза друг друга. Потом он протянул мне глиняную чашку с шампанским и высыпал на мою ладонь какие-то сморщенные, смятые кружочки, похожие на крохотных слоников.

Это был инжир.

Мы молча, не чокаясь выпили, я с трудом раскусила вязкий комочек и неожиданно для себя самой рассмеялась. Я смеялась и говорила ему, почти не видя его лица на фоне гаснущего окна: «Это же шоколад. Горький-горький шоколад!»

Он усмехнулся и ничего не ответил, а только провел ладонью по моей щеке.

Больше я никогда не видела его.

И он ни разу не позвонил мне и не искал встреч.

Но это было неважно, потому что я уже тогда, услышав за окном дождь, поняла, что не люблю его.

ВРАГ ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Я отчетливо осознаю: враг ВСЕГО человечества действительно не так далёк от нас, как может показаться.

Он уже в Париже, Дамаске, Лондоне, Брюсселе, и мы ему чужие, со всеми нашими культурными сокровищами, будь то Эрмитаж, Лувр или Пальмира!

Раньше города-государства при приближении противника закрывали ворота и поднимали мосты.

А что делать, когда «троянские кони» уже бьют копытами на площадях древнейших городов? Продолжая выдумывать опять и опять каверзы против России?

Мир впрямь сходит с ума!

ДВЕ «РУБАШКИ»

Говорят, если родился в рубашке - счастливчик! Но все ли в курсе, почему так говорят? И чувствуют ли иронию, заключённую в этом присловье?

Дело в том, что под рубашкой имеется в виду обволакивающая младенца, как непроницаемый пузырь, пленка, не дающая ему дышать. И коли он всё же рождается живым, то, стало быть, несказанная удача привалила парню, если это и впрямь парень, как, например, я.

Моя мама, крайне стеснительная в личных подробностях, не так давно всё же проговорилась, что рожала меня целых двое суток.

Было ей тогда 23 года. Схватки шли, а роды не начинались. Мама из гордости не кричала, как другие, предпочитая давиться стонами. Канитель эта надоела акушерке, давно огрубевшей от повседневных чужих страданий, и она с досады выкатила маму в коридор. А поскольку прошло уже два дня с начала родов, мама почернела лицом и даже стонать почти не стонала.

Вот тут-то, как пишут в романах, и пошла мимо неё опытная женщина-врач, вот тут-то она, в коридоре, и разглядела её почерневшее лицо и уже, пожалуй, отрешённость на этом лице.

Врачиха взметнула на акушерку кулак, освежила солдатским «фронтовым» матерком, сама прикатила маму в операционную, разрезала «рубашку», после чего мама родила меня практически сразу.

Оказалось к тому же, «рубашек» было две! И мне конечно же самому через них было не прорваться, как бы мама ни тужилась.

Редчайший медицинский случай!

А ведь не выкати «чёрствая» маму в коридор, и некому было бы рассказывать эту историю. И не родились бы следом за мной ещё два мужичка.

Да Боже ж мой, сколько не случилось бы всякого вовсе!

И всё случилось только потому, что одубевшая сердцем женщина выкатила с глаз долой никак не рожающую «дуру» прямо под нос фронтовому врачу.

Вот и задумывайся - а пить ли в день рождения и за акушерку тоже, мучившую нас с мамой полных двое суток?

И почему «рубашек» оказалось две? Зачем мне одному столько «счастья»?

НОЧНОЙ БИЛЬЯРД

В прямом эфире на Первом телеканале стукнулись лбами два бильярдных шара - Познер и Прилепин.

Старый позвал Молодого, чтобы показательно загнать его в лузу на глазах у восхищенных поклонников. Прежде всего, конечно, за публицистику. Прозу Старый Шар читал вряд ли. Странно ведь - ни словом не обмолвиться в разговоре с писателем о его прозе?

Итак, Познер сразу же погнал Прилепина в лузу: ведь это стыд - быть «антилибералом», «антизападником»? Ещё какой стыд!

Молодой оказался не просто сложным шаром, а почти неуловимым. Он спокойно и весело бегал по всему полю, уходя от ударов Старого с какой-то страшно раздражающей уверенностью в своей правоте.

Старый Шар, гоняясь за Молодым, измотался. Нехорошо устал. Казалось, что и бока побаливают.

А Молодой остался - как ни в чем не бывало - всё в том же ровном, позитивном расположении духа, будто и впрямь искренно верил, что правда его любит поболе, чем Шара Старого.

Когда Молодой Шар уже ехал домой, Старый Шар вновь появился перед публикой. Теперь он был один на бильярдном столе. Усталый, разочарованный, неожиданно побеждённый.

И он захотел реванша.

Он все же сказал о Молодом своё осуждающее слово. Но это был «бой с тенью», сомнительное торжество «последнего слова». Чего уж гнуть пальцы после игры?

Резюме: Прилепин, конечно, не нокаутировал Познера, но в лёгкий нокдаун - послал. И с этого дня уверенно перешёл в категорию «тяжеловесов». По особому рейтингу неофициальных списков. А умные дамы (другие эту передачу не смотрят) запомнили его ямочку на левой щеке, когда злился Познер...

2019