Журналистика – это древнейшая профессия или запущенное психзаболевание? Часть четвертая

12 620

Девяносто первый год

- Семёновна, самогон на бочку, - потребовал участковый ледяным тоном.

- Ой, а как же я буду! – причитает пожилая хозяйка квартиры в цветастом халате.

- И самогонный аппарат не забудь.

- Да что ж ты, как басурманин какой, все выгребаешь!

- Нарушаешь, Семёновна. И сама знаешь…

Семёновна, вздохнув, тащит десятилитровую бутылку самогона и с надеждой спрашивает:

- Ну, хоть пару литров оставлю?

- Ну, оставь, - благосклонно разрешает участковый – знают они друг друга давно, и уже как свои. - И аппарат не забудь.

Семёновна извлекает самогонный аппарат– точнее, главную его часть – змеевик. Я такой вообще впервые видел.

В Загорске тогда был стеклянный завод, и население мастеровое извращалось, делая самые главные части аппаратов из стекла. Ну, это просто произведение искусства было – трубка стеклянная, в ней сообщающиеся шарики впаяны. Ох, не перевелись мастеровые на Руси, не перевелись.

Самогонку в патрульную «канареечку» грузим с гордостью – план на сегодня выполнен. Борьба с самогоноварением в самом разгаре. Постоянно долбят – изымайте, давайте результат. А варят практически все – водку-то с вином особо не укупишь при повальном безденежье. Поэтому вся патрульная машина пропахала запахом самогона и браги, дышать невозможно. Но патрульные привыкли.

Это август 1991 года. Я привычно описываю милицейские будни – угрозыска, ГАИ. На трое суток я в командировке в Загорске – ныне это Сергиев-Посад. С операми любуюсь на матрёшечников, в которые попала значительная часть трудоспособного населения. На заводах зарплату не платят, а сделаешь матрёшку, или просто станешь торговать её около Лавры иностранцам, и вот тебе живые деньги.

Поскольку за матрёшки брали и валютой, а валютные операции запрещены, то и на сувенирных рядах у Лавры постоянно работали оперативники – местные, а то и заезжие – своих же все знают.

Брожу с патрульными по городу, а с операми по блатхатам. Вот, заходим вдвоём с опером в квартиру. Там сигаретный дым, под ногами катаются пустые бутылки, везде ошметки, очистки. За столом и в спальной какие-то пьяные потаскухи и татуированные с ног до головы синяки. Начинается базар-мазар:

- А вы хто такие?

Типа, ща пику в боку, тут братва гуляет. В этот момент самый старший урка, здоровенный такой, двухметровый, сурово кидает:

- Ты чего? Это же опер! Оперов своих знать надо!

И тут же все стихают. Это ещё инерция советской системы, когда оперативники нередко ходили в одиночку на воровской сходняк и приказывали – за мной. И все воры плелись послушно гуськом за ними. Но времена менялись. Вскоре на хату уже без ствола или спецназа не зайдёшь. Впереди лихие девяностые

- А нож то тебе зачем? – кивает на нож-выкидушку на столе опер.

- Да ты чего! Времена то сейчас какие. Молодняк совсем отморозился. Иду как-то вечером, на меня шобла вываливает человек десять, мол, конец тебе. Я одного за шкирман беру, нож к горлу приставляю, говорю: «ну давайте, сперва его прирежу, а потом всех»… Ушли, смирненькие. Ещё извинялись – мол, попутали. Не, без пера ныне за порог не выйти…

Вот такая рутина. А в это время в Москве ГКЧП. Танки. Я молюсь, чтобы одним танком раздавили всенародного любимца Бориса Ельцина, а другими разогнали всю либеральную шушеру, как на Тянь-Аньмыне. Руководство отдела не знает, что делать – постоянно из Москвы телеграммы о том, чтобы обеспечивать порядок, не допустить, разогнать. Ельцин орёт – долой коммуняк, даешь свободу и Америку. А в головах у служивых людей, и так нафаршированных в последние годы всяким мусором, полный кавардак.

- Так, мы обеспечиваем охрану правопорядка, - резюмирует начальник отдела. – А кто там главнее – это пусть Москва выясняет. Не наше дело. За нами - борьба с преступностью и обеспечение правопорядка - больше ничего…

Конечно, разгром ГКЧП и для меня, и для сотрудников моей редакции был трагедией. Мы надеялись, что страна сохранится. Что эти дикие времена канут в лету. Но дикие времена только начинались…

Заодно рекламирую новый роман «Россия над бездной», из новой серии «Десант против Синдиката»

https://author.today/work/series/29184

Он про параллельную Россию 90-х. Где все еще жестче и более жестоко, чем у нас. Страна, к власти над которой рвется компрадорский "Синдикат", топящий страну в крови. Где людей, которых больше не ограбишь, просто сдают за звонкий цент на органы. Где вырвалось наружу все самое темное что лежало в обществе и ждало своего часа. И только единицы способны противостоять Тьме…

Также рекламирую мою новую книгу про похищения инопланетянами, альтернативный выживший Советский Союз, о параллельных мирах «Эффект Манделы».

https://author.today/work/series/22938

Заодно предлагаю ознакомиться с моей серией по Сирийскому конфликту, наши военные против ИГИЛа…

«Сирийский транзит»

https://author.today/work/series/25356


Невоенный анализ-53. Ляляля, ляляля, 23 февраля

Традиционный дисклеймер: Я не военный, не анонимный телеграмщик, тусовки от меня в истерике, не учу Генштаб воевать, генералов не увольняю, в «милитари порно» не снимаюсь, под столом у Пут...

США негодуют: от роскошного «Ауруса», подаренного Ким Чен Ыну, в Госдепе началась «бамбалейла»

У американцев подгорает от того, что Путин подарил российский «Аурус» главе Северной Кореи Ким Чен Ыну. Причём подгорает так мощно, что ребята даже не могут красиво отыграть эту ситуаци...

Обсудить
  • :thumbsup:
  • :thumbsup: :thumbsup: :thumbsup:
  • Проституция - это уникальный бизнес Второго такого нет. Человек продаёт то, что у него есть и после продажи у него это есть ещё и остаётся. (укроинская школа экономики факультет макроанализа и инвестиций)
  • :thumbsup:
  • :thumbsup: