![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/7/scale_1200%20%28639%29.png)
Служил не тужил на «К-497» акустик Олег. Вдруг под водой на ракетный крейсер «квакеры» напали бесстыже, без объявления войны. Квакают, звуки издают непонятного происхождения, то один появится, то целая стая, живут с подводниками дружным семейством, каждый раз приветствуют, как родных.
Командир, голова всему на корабле, послушал и сделал серьёзный вывод, пугающий своей новизной:
— Животные.
— Какие такие животные? — удивился акустик познаниям Кэпа в ихтиологии.
— Морские, — ёмко ответил Кэп, улыбаясь в рыжие усы.
Олег, довольный, доложил:
— Так точно, таищ командир, морские. А военно-морские — это мы с вами.
Уши акустика — локаторы, от которых зависят судьбы и жизни отважных подводников. К концу автономного похода от слухового напряжения ушные раковины розовеют и вытягиваются, приобретая форму, как у ослика Иа.
Множество событий происходило вокруг замечательного парня с раскрасневшимися, нервно напряжёнными о́рганами слуха, выпускника училища, где штаны просиживал не иначе его тёзка — Олег Попов. Поэтому офицеры, вышедшие из стен училища им. Попова, открыты душой, всегда с дружеской улыбкой, и с юмором у них нормально.
Гранит военно-морской науки Олегу посчастливилось грызть в замечательном месте, среди фонтанов и царских дворцов в пригороде Ленинграда. Тому последствия возникли чрезвычайно полезные: внутренняя тяга к прекрасному, заодно ко всевозможным видам искусств. Гуляя по паркам, созерцал оголённые груди каменных муз, восхищаясь совершенством женских линий. Пронёс этот камень через всю жизнь. Счастливый второй брак тому подтверждение. Месяцами бороздить океан или пробоину закрывать собственным телом куда веселее с непоколебимым тылом и крепкой шеей любимой, ежедневно ожидающей у родного очага не только зарплаты.
Нёс вахту задорно, зная, что в тылу полный порядок.
— Акустик, осмотреть горизонт, — поступила команда с ГКП.
Вдруг такое слышится…
«Что за бред — подумал Олег, — всё работает штатно».
— Акустик, доклад! — старпом начинал нервничать.
«Если сообщу, что я сейчас слышу, командир вроет, с белого света сживёт, а флотский экипаж просто засмеёт».
— Акустик! Урод! Доложить обстановку! Заснул, что ли? — из «Каштана» посыпалась брань командира.
Олег отвечает ровным тоном, как приговор самому себе, хотите — верьте, хотите — нет:
— Обнаружена новая цель по пеленгу 300. Поезд… Курсовой угол меньше 10 градусов едет на нас!
…За сутки до этого в штурманской рубке склонились над картой командир, старпом и штурман Вова.
— Что делать будем? Есть предложения?
— Товарищ командир, — взял слово штурман Вова, — посмотрите этот участок, резкий подъём дна, практически вертикальная стена, пять километров, на вершине горы отмель — морская банка. Если через банку перемахнуть, американцы не решатся последовать за нами.
— С ума сошёл, навигатор хренов, — вытаращил глаза старпом, — а если ты сядешь на мель на этой банке посреди океана, тебя кто снимать будет?
— Карту давно корректировали? — командир взглянул на штурмана с недоверием. — Проверь информацию по лоции. Слишком рискованно. Потом доложишь.
Тем временем поступил доклад:
— Штурманская, акустик.
— Есть акустик, — ответил командир.
— Товарищ командир, по пеленгу 200 обнаружена цель. Транспорт, скорость по оборотам 20 узлов, приближается. Ориентировочно дистанция 200 кабельтовых.
— Есть, акустик, доклад каждую минуту, — Кэп выпрямился во весь свой немалый рост и, потирая руки, закрыл «совет в Филях», — отлично, как раз то, что надо. Давай, старпом, действуем по старому плану.
Выходя из рубки, добавил штурману напоследок:
— Через час жду доклад о банке, про отливы не забудь.
Целую неделю тихоокеанский крейсер тщетно пытается освободиться от преследования «Лоса» в районе боевого патрулирования Мирового океана. У американских многоцелевых подводных лодок было ощутимое преимущество в гидроакустике, их комплексы анализировали шумы в цифре, отыскивая советские лодки по дискретным составляющим. Каждый корабль имеет свою неповторимую, как отпечатки пальцев, картину спектра шумов не только от винтов, но и турбинной установки. Янки на каждую нашу подводную лодку завели паспорта спектра шумов, поэтому они точно определяли конкретный корпус, а также фамилии членов экипажа от командира до трюмного.
Задача стояла трудная — оторваться от слежения. Решили традиционно использовать проходящий транспорт. В отличие от рыболовецких траулеров, что меняют курсы в зависимости от того, куда вздумает плыть рыба, и раскидывают сети на упреждение рыбьих мозгов, транспорты шуруют по океанским маршрутам неделями в одном направлении, с постоянной скоростью. Подводники со времён Великой Отечественной применяют этот манёвр.
Через две минуты БИП (боевой информационный пост) доложил:
— По пеленгу 180 градусов цель номер один — транспорт. Курс 90 градусов, скорость 20 узлов.
— Рассчитать курс и скорость для сближения вплотную, — поставил задачу Кэп.
Догнали транспорт, поднырнули. Слились с шумами сухогруза. План: продержаться под надводным монстром как можно дольше, а в районе подводной океанской гряды внезапно сбросить ход и оторваться от надоевшего «Лоса».
Под надёжным надводным прикрытием продержались сутки. Затем резко уменьшили обороты турбин, с одновременным отворотом на 90 градусов и погружением на 250 метров. При существующем типе распространения звука в воде на глубине сто метров акустики предполагали, что должен залегать горизонт скачка скорости звука, нахождение под которым как раз и обеспечивает зону тени…
Как раз в этот момент и поступила акустику команда с ГКП:
— Осмотреть горизонт.
В светлое время суток положение лодки относительно транспорта хорошо контролировалось с помощью камер ТВ-комплекса. Командир имел наглядную картинку на мониторе. Вид вращающихся огромных винтов океанского монстра завораживает и гипнотизирует. Задачу видеонаблюдение упрощает, но нужно держать положение подводного атомохода не под самым днищем транспорта. Если сверху включат эхолот, проверить глубину ради интереса, и сигнал попадёт на наш корпус — жди беды, шарахнет не по-детски.
Это обстоятельство усложняло задачу командира. Акустик Олег, следивший по шумам за транспортом целые сутки в условиях трёхсменной вахты, когда командир группы отвечает за всё, и задача сложная, поддерживал бодрость крепким кофе с постоянными докладами на ГКП. От такого напряжения уже плохо соображал, кто он и где находится. И тут у него в наушниках монотонно зазвучал стук колёс железнодорожного состава.
Как признаться, что ты сошёл с ума? Командир по натуре своей не злодей, в каком-то смысле даже добрый, однако время «включать дуру» не из лучших. Олег это понимал, но ничего не поделаешь — кроме поезда на акустическом горизонте, иных шумов не наблюдалось.
Обречённо, как перед собственной казнью, произнёс:
— Обнаружена новая цель по пеленгу 300. Поезд. Едет на нас!
— Акустик, повторить доклад, — командир со старпомом очень серьёзно посмотрели друг на друга.
Понятно, на корабле одним здоровым акустиком стало меньше, не вынес бедолага напряжения, что неудивительно. Обыкновенный человек и пятнадцати минут в наушниках не продержится, а здесь второй месяц сумасшедшей натуги.
— По пеленгу 300 шумы железнодорожного состава, — обречённо повторил Олег.
До ближайшей железной дороги в этой части мирового океана была тысяча километров.
— Старпом, сходи к акустику, проверь. Сборище уродов, как с вами в море ходить?
Старпом с трудом впихнулся в тесную рубку. Вопреки советам психологов, вместо подзатыльника снял наушники с безумного, и… сам охренел на минуту: через тонкие акустические антенны отчётливо передавался звук стука колёс по рельсам. Вытянувшееся лицо старпома утешило акустика: «Слава КПСС, я не псих!»
— ГКП, акустик. Слышу шум поезда, — доложился старпом.
Командир в кресле повернулся к механику:
— Дай команду, доктора на ГКП. Акустик, сволочь, заразил старпома.
Тем временем механик (командир БЧ-5) вёл свои разборки со вторым отсеком.
После чего сообщил на ГКП:
— Товарищ командир, во втором поймали диверсанта.
— Твою мать, Мех, ты-то не сходи с ума! Какого диверсанта? У меня «Лос-Анджелес» неделю на хвосте!
«Лос-Анджелесы» — многоцелевые подводные лодки ВМС США, задача которых пасти советских стратегов, носителей ракет. На случай ядерной войны они должны нас уничтожить аккурат перед самым ударом.
— Командир группы электриков отловил в аккумуляторной яме годка Толика. Тот на тележке «русские горки» устроил, решил развлечься.
Именно этот «картинг» акустик Олег со старпомом услышали в наушники гидроакустического комплекса. В наступившей после сброса оборотов тишине единственным шумом были заезды матроса на тележке по рельсам над аккумуляторной батареей для её технического обслуживания.
Тем не менее терпение и выдержка командира дали плоды — манёвр отрыва от слежения удался. Янки затерялись в тёмных слоях гидрологии. В противостоянии с вероятным противником боевой командир с сохранившим рассудок экипажем одержал верх.
Экипаж преследовавшего «Лос-Анджелеса» понёс ощутимые потери. По возвращении на базу акустик безвозвратно уехал к психоаналитикам на лечение. Отчётливо расслышав в океане шумы поезда, которые ни с чем не перепутать, материнская плата его главного компьютера сгорела от напряжения. Он знал, что на советской лодке служит годок Толик, но не догадывался о том, что Толик знает толк в «русских горках».
Авторы: Григорий Ерохин, Борис Седых
![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/7/pzwsbzn-001.png)
Оценили 43 человека
87 кармы