Небесное воинство

А ведь небожители и вправду составляют из себя войско.

Потерянный Рай был садом, и можно мыслить себя находящимся в подобии того Рая, если в мирном небе светит доброе солнце. Если в тени деревьев можно прилечь; если в ветвях тех же деревьев на птичьем языке о чем-то щелкают и посвистывают пернатые. Если ты здоров и беспечен, и ветерок, а не ужас шевелит твои вихры. Если в руках хорошая книга или по соседству милые люди. Но это не единственное подобие Рая.

Войско на параде, как ни странно, кое-что тоже говорит о реальностях невидимого мира.

Жители духовного мира мало похожи на студентов, не пошедших на пары и валяющихся на лужайке кампуса. Как нам открыто, они составляют из себя именно войско и Господь, Которому они служат, именуется Богом небесных воинств. По-еврейски Саваоф.

Порядок, знание своего собственного места в иерархии без порывов занять место чужое, личная доблесть, общая слаженность, это характеристики ангельских чинов. Спасенным людям подобает в доступную меру уподобиться этим Небесным гвардейцам.

Никак не умаляя красоту мирной жизни; ничуть не сомневаясь в необходимости всем миром без исключения перековать мечи на орала и копья – на серпы, нужно все же удержать себя от той смеси мягкотелости, трусости и невежества, которые почему-то именуются пацифизмом. Пока что меч на плуг перековал только персонаж скульптуры Вучетича. Все остальные вооружаются. И пацифизм хорош. Трусость плоха. А духовная жизнь великих людей, которые муху не обидят и медведя с руки хлебом покормят, по сути представляет из себя настоящую битву без отдыха на протяжении всей земной жизни.

Некоторые же святые, что называется «разрывают шаблон», и являются подлинными воинами в обоих смыслах, духовном и практически-прикладном.

Святой Нестор Солунский просил благословения у святого Димитрия на схватку с непобедимым борцом по имени Лий. Тот на потеху императору и толпе сбрасывал с высокого помоста на копья своих соперников. Часто – христиан. Нестор загорелся желанием смирить это торжество грубой силы и безнаказанности. Победил. Лий нашел смерть на тех же копьях. Нестор заплатил за победу собственным мучением.

Юлиан Отступник за малые годы измучил Церковь больше, чем все предыдущие гонители, взятые вместе. Христа этот царь воспринимал, как личного врага. Многие молились горячо об избавлении Церкви от дьяволоподобного хитреца. Молился и Василий Великий. Мученик Меркурий по молитвам Василия с небес (!) вмешался в битву с персами, которую вел Юлиан. Царь был пронзен насмерть небесным воином. Откуда пришла смерть он понял, помахав напоследок кулаком на небо и сказав: Ты победил, Галилеянин!

Борис и Глеб, вошедшие в славу Божию через покорное пролитие своей невинной крови и отказ от братоубийства, вмешивались в земные битвы. Александр Невский в битве со шведами от них получил помощь и благословение.

Спиридон Тримифунтский топил корабли врагов, шедших на разграбление Корфу.

Жители Солуни не раз в истории видели великомученика Димитрия на стенах своего города во времена осады или боя.

Никола Можайский не просто так изображен с мечом в правой руке.

Не просто так на коне с копьем и святой Георгий.

Старший брат Иоанна Богослова, Иаков (у католиков Сант-Яго) в свое время духовно возглавил освобождение Иберийского полуострова от мусульман, за что получил имя «Матоморо», т.е. «губитель мавров». И видели его впереди войск христиане не в виде рыбака, а в виде вооруженного воина.

Таких примеров достаточно много. Они не превращают войну в праздник. Вовсе нет. Но они связывают торжествующее Небо и страдающую землю. Они вносят в нашу здешнюю неизбежную горечь сладость своей помощи, неожиданной и парадоксальной.

И это мы сознательно ничего не говорим о временах Ветхозаветных, потому что, как говорит Павел в послании к евреям, не достанет нам времени говорить о Вараке, Деборе, Иеффае, Самсоне, Давиде и многих иных. Среди славных дел, ими совершенных, говорится и то, что они «побеждали царства, избегали острия меча, были крепки на войне, прогоняли полки чужих…» (Евр.11:33-34) Как видим, воинской лексикой этот пассаж о лучших людях мира насыщен изрядно.

Человек часто не слышит то, что ему говорят. Человек слышит сам себя или то, что хочет услышать. Жидкость принимает форму наполняемых сосудов и сказанное слово может менять свой смысл, протискиваясь в мрачные пустоты разных сердец.

Я не хочу войны, не зову к войне и не хвалю разнообразные способы выпускания кишок ближнего наружу. Но война представляется мне вечной угрозой хрупкому земному человеческому домику. Вечной угрозой по причине страстей, разрывающих сердца жителей этого хрупкого домика. И мне хочется лишь напомнить, что святые – не пацифисты в том пошлом понимании, которое вокруг преобладает. Они не «пушистые лапочки», раздающие сладости. Святые, они иные, как и Бог отличен от всего умопостигаемого. И святые могут прийти к беззащитному на помощь. Они могут смирить грубую и гордую силу тех, кто наслаждается насилием и сознательной подлостью. Смирить с небес и смирить физически. Ощутимо. Все это было в истории не раз и не два. Сотни раз, если не тысячи.

Нет никакого основания думать, что святое вмешательство небесных помощников стало невозможным в наши суетные дни.

По вере все, по вере…

Прот. Андрей Ткачев