Считается, что в России, в отличие от Западной Европы, ведьм и колдунов на кострах не сжигали. Но последние исследования историков говорят об обратном: горели колдуны в России чуть ли не каждый год. Только наших сжигали не на костре, а в свежесколоченном срубе, обложенном сухими ветками.
Ведун, как на Руси называли колдуна, сначала задыхался, а потом уже его безжизненное тело сгорало дотла. В итоге казненный не успевал ни проклясть, ни наговорить лишнего. Однако случались и исключения: ведун Симеон Данилов не только проклял царя Алексея Михайловича (Тишайшего), пославшего его «на костер», но и накликал несчастье на всех его потомков.
Подковерная игра
Дело крестьянина Симеона Данилова началось с доноса. Летом 1647 года царский двор находился в Коломенском, и управитель села Иван Алексеев напросился на разговор к царскому дворецкому – князю Львову. Алексееву давно мечталось сделать карьеру при дворе, но случай никак не предоставлялся. И вот она – удача! Алексеев узнал, что крестьянин Симеон Данилов и его жена Ирина занимаются ведовством, которому Симеон обучился у донских казаков. В последнее время за ним то и дело приезжают люди боярина Стрешнева. А однажды Алексеев видел ведуна на территории Коломенского, что уже само по себе было подозрительно.
1. Г. Мясоедов. Опахивание(1876 г.). 2. Реконструкция славянского святилища, Радоним
Князь Львов сразу понял: благодаря этим сведениям можно свалить нелюбимого Стрешнева. Дело в том, что боярин, пользуясь своей близостью к царю, расставлял на всех хлебных местах родных, а с недавнего времени стал подбираться и к должности самого Львова.
Однако против ожиданий государь не сразу поверил своему дворецкому. Тогда Львов выложил перед царем последний козырь: при посредничестве Стрешнева к услугам колдуна прибегала царская сестра, государыня-царевна Ирина Михайловна. Лишь после этого был отдан приказ начать следствие.
1. Портрет. Алексей Михайлович. Неизвестный художник (прим. 1670–1680 гг.). 2. Сруб для ведуна
Неожиданный поворот
Поначалу Данилов от всего отпирался. Но когда царевна в присутствии брата подтвердила, что обращалась к ведуну, чтобы тот ей польского королевича в женихи приворотил, Симеон начал давать показания.
«Он, Симеонка, – отмечается в деле, – и его жена Оринка многое ведовство, шептание, чародейство и ворожбу делали во многих домах. С изволения Семена Лукьяновича Стрешнева Данилов ведомством своим, шептанием и кореньями лечил людей от падучей болезни, а в подмосковной деревне Стрешнева на Черной Грязи лечил лошадей и из конюшни дьявола выгонял. Бывал Симеонка и в Коломенском, где Стрешнев при государевом дворе жил... Кореньем и травами окуривал нужных ему людей и водою по хоромам брызгал, чтобы черти бегали».
Как ни странно, «деятельность» колдуна не слишком разгневала царя, наоборот, случилось непредвиденное: он захотел испытать ворожбу Симеона. Ведь Стрешнев уверял, что лечение ведуна помогало, и в его имении люди умирали гораздо реже, чем у других.
1. Г. Мясоедов. Знахарь (1860 г.). 2. М. Нестеров. За приворотным зельем (1888 г.)
Дети за отца
В дело опять вмешался Львов и его приспешники: оправдайся Стрешнев, им бы не поздоровилось. В тайне от государя Львов с пристрастием допросил не только жену Данилова, но и его малолетних детей. А те показали, что боярин их отца в Коломенское таскал, чтобы самого Алексея Михайловича в могилу свести.
Дело было отдано на обсуждение боярской думы, и та доложила:
«Боярин Семен Стрешнев ведал, что творил, и тем самым преступил государево крестное целование, позабыв Бога и государскую премногую милость. Многие годы боярин Стрешнев знался со злым ведуном Даниловым и его женой Оринкой, а приведя того ко двору государеву, поставил жизнь своего господина в опасность, государево здоровье не остерегал и государя о таких злых ведунах не известил, а наоборот, знался с ними многие годы и по ся место укрывал».
Дума просила государя сослать Стрешнева в Сибирь и заключить там в тюрьму, но Алексей Михайлович проявил к своему бывшему товарищу милость, и тюремное заключение заменил на Вологодское поместничество. При этом ни имущество, ни многочисленные крепостные у боярина конфискованы не были.
Н. Рерих. Ведунья (1916 г.)
Как по писаному
Гораздо более жестоким оказался приговор по отношению к самому ведуну Данилову. Не помогли даже показания многих свидетелей, утверждавших, что никакого вреда от его лечения не было, а была одна лишь польза. Тем не менее, Данилова вместе с женой заточили в сколоченный там же в Коломенском сруб, обложили его соломой и подожгли. Не учли только ненастной погоды, из-за которой огонь разгорелся не сразу. А потому в отчете о казни появились следующие слова:
«Воем кричал и собакою лаял ведун Симеонка. Проклинал он государя нашего, обещая ему смерть дурную, а его детям болезни всякие. Люди, собравшиеся крестились, но молва пошла, будто проклят Романов род и ничего кроме большого мора он стране нашей не принесет. Дети государевы ругаться будут, внуки и правнуки своей смертью не помрут, а когда сын отцу голову проломит, время в обратную сторону пойдет, и на колдуне все закончится».
С небольшими поправками, но предсказание сожженного колдуна сбылось. Хотя Алексей Михайлович и получил прозвание Тишайший, во время его правления войны и бунты случались чуть ли не каждый год. С кровью были подавлены восстание Степана Разина, волнения в Москве, Новгороде, Пскове. Раскололась Православная Церковь. А сам государь, хотя и прожил еще долгие годы, умер в 1676 году, потеряв рассудок, окруженный видениями заморенных им людей.
Н. Сверчков «Царь Алексей Михайлович с боярами на соколиной охоте близ Москвы»
Дети Алексея Михайловича, кроме Петра и Софьи, обладали слабым здоровьем. Старший Федор правил недолго и умер, не оставив потомства. Петр, Иван и Софья ссорились и воевали между собой до тех пор, пока Софью не заточили в монастырь, а слабоумный Иван не затих в окружении тех же колдунов и приживалок.
Что было потом, хорошо известно. В XVIII в. русские цари умирали своей смертью редко. А после того как император Павел I погиб от удара в висок табакеркой, часы для Романовых начали обратный отсчет. Сбылось и последнее пророчество Симеона: почти одновременно со смертью колдуна Распутина закончилось многовековое правление Романовых.
Фрагмент Радзивилловской летописи о восстании волхвов в Суздале
Каждому – свое
Как сложилась судьба других героев этой истории?
Задыхаясь, ведун предрек скорую смерть князю Львову и доносчику Алексееву. Так и вышло. Князь недолго праздновал победу: вскоре его поймали на казнокрадстве, заключили в тюрьму и конфисковали все имущество в пользу государя.
Участь Ивана Алексеева тоже была незавидной. Поначалу, правда, он вроде добился своего – поднялся из управителей Коломенского до управителя всех государевых дворцов. Однако через два года сгорел заживо при невыясненных обстоятельствах. Пожар в его доме начался столь стремительно, что никто из домочадцев не успел спастись. Когда же оказалось, что все двери сгоревшего дома были заперты снаружи, дело окончательно зашло в тупик.
Через несколько лет вернулся из Вологды в Москву боярин Семен Лукьянович Стрешнев. Добрые люди рассказали ему, будто Данилов на пожарище кричал, что, мол, Стрешневу надо позаботиться о детях его. Тогда и боярские дети и внуки будут счастливы. Семен Лукьянович не стал судьбу искушать – усыновил малолетних Ягупку, Гришку и Митьку Даниловых. К государевым милостям он больше не стремился, а его род так и остался одним из самых незапятнанных во всей российской истории: казну не крали, интриги не плели, служили отечеству верой и правдой.
Автор Владимир Креславский
Оценили 12 человек
23 кармы