Пока в Москве гремят постыдные сражения за унизительный хамон или, если говорить по-русски, — обычный кумпяк, и контрафактные сыры гибнут под гусеницами российских тракторов, экспортируя на них свою замшелую плесень, в далекой Греции развернулось поистине эпическая битва за будущее всего Евросоюза. В мутной воде греческого кризиса столкнулись германцы, англосаксы, европейский капитал и даже российские интересы. Сражение еще далеко от финала, о конфигурации результата говорить еще рано, однако текущий расклад сил и используемые приемы уже сами по себе любопытны.
Прежде всего следует признать, что дефолт в Греции все же случился. Как и предполагалось ранее, Афины по июльским долгам расплатиться не смогли. Однако и официально объявить о дефолте Ципрасу не хватило политической воли. Впрочем, судя по тому, что после прямого игнорирования итогов общенационального референдума всё возмущение народа вылилось всего в две мелкие манифестации, легко подавленные полицией, говорить о решительности простых греков не приходится. Они попытались блефовать, но ставка не сыграла.
Не считаю возможным не говорить открыто — Греция согласилась на очень длительную, унизительную и тяжелую долговую кабалу. Несмотря на протест ряда депутатов от СИРИЗА, греческий парламент принял расширенный пакет антикризисных финансовых мер. Он содержит множество пунктов для недавней Греции почти революционных. До 13% увеличен НДС на продукты питания, энергию и воду для отелей, до 6% — на торговлю книгами и лекарствами, до 23% — для ресторанов и пищевых предприятий. Отменены скидки на уплату НДС для островов, обеспечивавших 2/3 туристических доходов. С 26 до 29% повышен налог на прибыль для малых предприятий. Увеличены ставки налога на роскошь. Отменен досрочный выход на пенсию к 2022 году и до 67 лет повышен пенсионный возраст.
Но это не самое главное. Парламентом утвержден упрощенный судебный механизм смены прав собственности приватизируемых предприятий. Так что перенос штаб-квартиры приватизационного фонда из Швейцарии в Грецию в общем раскладе ни на что не влияет. Курировать его, а точнее — фактически управлять им по-прежнему будет Дойчланд. Причем помимо госпредприятий собственников сменит и множество частных греческих фирм. В первый же день после пяти недель блокировки греческий фондовый рынок потерял 16% своей капитализации, а некоторый «голубые фишки», вроде акций банков Piraeus Bank SA и National Bank of Greece, упали на 30%. Специалисты отмечают, что NBG на конец сессии стоил меньше, чем его турецкое подразделение Finansbank AS (2,97 и 3 млрд евро соответственно).
В обмен на это грекам дали денег для погашения долгов. Правда, дали их своеобразно. Например, глава ЕЦБ Марио Драги заявил, что греческой экономике не хватает инвестиций ввиду низкой капитализации местных банков. Поэтому в рамках программы экстренного предоставления ликвидности (Emergency Liquidity Assistance, ELA) Афинам выделено 900 млн евро. Но в то же время все операции на греческом фондовом рынке обязаны оплачиваться только «новыми деньгами». Новыми, то есть полученными после 3 августа. Например, от продажи имевшихся активов. Всё, что было до этой даты, использовать запрещено. Стоит ли теперь удивляться такой резкой активизации продаж на бирже? Особенно если отметить, что указанное ограничение касается только греков и не распространяется на иностранных инвесторов.
Также Греция получит программу кредитной поддержки объемом 88,6 млрд евро в течение трех лет. Тех самых, во время которых предполагается распродать греческой собственности на 50 млрд евро. ЕЦБ не скрывает, что таких денег в Евросоюзе нет и получены они будут исключительно из воздуха, то есть в рамках продолжения программы QE, действие которой уже предлагается продлить дольше планировавшегося изначально конца лета 2016 года. Это, кстати, отвечает на вопрос, почему дефолт случился, а краха евро не произошло. Крушение отложено за счет накачки экономики ничем не обеспеченными деньгами через QE. Но именно отложено, а не отменено. Отсрочка продержится ровно столько, сколько удастся проедать приватизируемых греческих активов. А этот процесс уже начался. Причем именно вокруг него сейчас и идет основная экономическая и политическая игра.
Уже очевидно, что главными выгодоприобретателями на греческой распродаже являются немцы. США через МВФ попытались их притормозить. Из обещанных грекам 88,6 млрд, половину должен выделить ЕЦБ, а половину — МВФ. Так вот, по поводу своей половины МВФ 27 июля высказал сомнения в целесообразности, что было расценено как отказ от участия в греческой программе вообще. По мнению МВФ, без реструктуризации суммы греческого долга у Афин нет никаких перспектив с долгами расплатиться. На данный момент они должны Германии 56 млрд евро, Франции — 42 млрд, Италии — 37 млрд, МВФ — 32 млрд, ЕЦБ — 20 млрд, и уже сколько-то там (точной цифры нет) Европейскому механизму финансовой стабильности. Правда суммы МВФ, ЕЦБ и ЕМФС под реструктуризацию не должны были попасть. Как руководству МВФ удалось добиться на это согласия Франции и Италии — сие тайна великая есть, но немцы отказались категорически, и в какой-то момент было впечатление, что весь этот карточный домик рухнет. Но тут свой гешефт в мутной воде захотели получить британцы.
Пока великие державы решали свои великие вопросы, у греков истекли сроки выплат еще июльских долгов перед ЕЦБ (3,188 млрд) и МВФ (1,5 млрд). Заканчивались даже технические увертки, пользуясь которыми еще как-то можно было делать вид, что дефолта как бы нет, просто «деньги где-то случайно затерялись, но их вот-вот, с минуты на минуту найдут». Пока есть шанс уломать ЕС на подписание договора TTIP, США в сохранении общей Европы заинтересованы больше, чем в предотвращении ее завоевания германским капиталом. Этим воспользовались немцы и выделили Греции до конца августа бридж-кредит на 7 млрд. Этих денег хватит закрыть все накопившиеся хвосты. Впрочем, за весь текущий год общая сумма выплат по долгам составляет $15 млрд, половину из которых еще предстоит где-то взять.
Из этих 7 млрд евро один был британским, и Лондон потребовал себе особых гарантий. Германия их дала. Этот миллиард будет возвращен британцам из процентных поступлений по греческим долгам, находящихся в собственности ЕМФС. Тем самым Берлин очень прозрачно намекнул Лондону о своей готовности предоставить ему в Новой Европе некие особые преференции. Это важно в смысле перспектив британского референдума о сохранении членства в ЕС. Выход Британии из Евросоюза может в два счета его похоронить. Намек был понят верно, и МВФ свои рекомендации на счет списания основной суммы греческих долгов тут же отозвал.
Что за Новая Европа? А в этом сейчас и заключается главная интрига происходящего. Под соусом показательного разграбления Греции в Евросоюзе происходит масштабный процесс экономического и политического переустройства всей общеевропейской конструкции. Он начался с создания ЕМФС и выкупа им львиной доли самых токсичных национальных долгов стран ЕС. Судя по тому, что сбой по оплате долгов греками не вызвал кризиса в банковских балансах стран еврозоны, ЕМФС успел освободить их от самых проблемных бумаг. А ЕЦБ напечатало для этого необходимую сумму денег. А крупнейшим акционером ЕМФС является Германия…
Однако немцы не желают останавливаться на достигнутом. Сейчас основная борьба идет между президентом Еврокомиссии Жаном-Клодом Юнкером и канцлером ФРГ Ангелой Меркель. Юнкер пытается перевести переговоры о дальнейшей судьбе греческих долгов на политический уровень Еврокомиссии, т. е. сборную солянку из еврокомиссаров и глав национальных правительств стран-членов ЕС. В то время как представляющий Меркель министр финансов ФРГ Вольфганг Шойбле полагает необходимым урезать полномочия Еврокомиссии, оставив ей только представительские политические функции, а контроль за соблюдением европейских договоров и финансы предоставить ЕЦБ, ЕМФС и министрам финансов еврозоны.
Это подразумевает кардинальный пересмотр всей организационной конструкции ЕС. В том числе, вероятно, с выходом на формирование некоего нового правительства ЕС. Шойбле считает, что еврокомиссия не может брать не себя роль по принятию политических директив и в то же самое время вести контроль соблюдения правовых основ Евросоюза, то есть, практически решать и проверять свои решения.
Словом, за закрытыми дверьми европейских властных кабинетов идет нешуточных масштабов война, в которой интересы участвующих сторон переплетаются порой крайне причудливо.
Например, несмотря на наше прямое противостояние с США, на данном этапе ни Москва, ни Вашингтон не заинтересованы в обваливании всего Евросоюза. С той лишь разницей, что американцы эту позицию будут сохранять до тех пор, пока им будет казаться достижимой возможность уломать Брюссель на подписание TTIP. Ради этого они даже готовы мириться с германскими планами реформирования ЕС. Но стоит им увидеть, что с трансатлантической торговлей дело не выгорает, то позиция Вашингтона изменится на противоположную. Так как сильная Германия размером с Западную Европу американцам совершенно не нужна. И Кэмерон со своим референдумом о возможности выхода Британии из ЕС — тут как тут.
В то время как Россия заинтересована в долгосрочной германской гегемонии в ЕС. Что подтверждается расширением проекта «Северный поток», обеспечивающего энергетическую основу немецкой промышленности. Нам это интересно не только экономически — 50% внешней торговли приходится на ЕС, но и геополитически. Усиление Германии неизбежно уводит ее из-под американского политического диктата. А без него взаимный экономический интерес неизбежно приведет и к налаживанию тесного политического союза между нашими странами. Тем самым создавая предпосылки к уменьшению напряженности в отношениях с другими странами-членами ЕС и Россией. В частности, с Польшей, Прибалтикой и некоторыми балканскими государствами. Да и украинский вопрос значительно потеряет в своей остроте.
Сейчас все находится лишь в начале пути. К чему и когда оно придет — покажет время. А пока суть да дело, кредиторы продолжают растаскивать Грецию. Например, управлять 14-ю самыми оживленными греческими аэропортами, суммарный пассажиропоток которых достигает 22 млн. человек в год, будет немецкая фирма Fraport AG. О желании помочь стране расплатиться с долгами даже высказалась Греческая церковь. Правда, как утверждают специалисты, всего денег у нее наберется едва на миллиард, что сколько-нибудь заметно на проблему повлиять не может. Греки попали в кабалу, выбраться из которой раньше, чем через 30−40 лет у них не получится. Но самых разрушительных последствий еврозоне удалось избежать. Пока.
Специально для ИА REGNUM
Оценили 38 человек
71 кармы