Монголия, как Украина, только на востоке

Разразившийся в стране коррупционный кризис грозит дефолтом национальной государственности.

XXI век стал серьезной проверкой на прочность большинства фундаментальных политических понятий. Прежде всего – механизма демократии. В соответствии с западными представлениями, он является высшим достижением развития человеческой цивилизации и абсолютно универсальной схемой построения счастливого и стабильного общества. Если построить государство по демократическим правилам, оно всегда, мол, будет успешно воплощать в жизнь народные чаяния, ограждая его "от всего плохого, как событий, так и людей".

Все прочие схемы считались подлежащими искоренению по причине своей заведомой отсталости. Потому, первое, что начинал делать Запад на любой новой подконтрольной территории, это внедрять стандартные шаблоны с разделением ветвей власти, парламентской демократией и партийной борьбой.

В теории результат был обязан сработать также хорошо, как в Европе или США, относивших себя в категории первого (развитого) мира. Однако сегодня появляется все больше примеров, когда демократия приводит к совершенно иным результатам, чем ожидавшиеся изначально. Было время, когда сбои в основном происходили "в третьем мире" (как правило в Африке), что давало основания смотреть на их пожизненных президентов или нескончаемую череду военных переворотов с эдаким чувством цивилизационного превосходства. Мол, дикий край, дикие люди, Африка, что вы хотите! Но сейчас вразнос окончательно пошла демократическая система в Восточной Европе, а уж на Украине так вообще демонстрирует откровенный фарс. Впрочем, Закавказье от нее ушло не сильно далеко.

Но ею дело не ограничилось. В глубокой информационной тени от буйства событий в Европе, американского шатдауна, сирийской войны и торгового противостояния Вашингтона с Пекином, в далекой Монголии государственный механизм тоже пошел в разнос. Разве что события оказались далеки от мировых СМИ, потому остались никем почти незамеченными.

Началось все почти как во Франции, с сущей мелочи. Только в Париже возмутились ростом цен на топливо, а в Улан-Баторе случился коррупционный скандал. В октябре 2018 года вскрылись массовые хищения средств Фонда развития малого и среднего предпринимательства, созданного в стране еще в 2000 году для способствования экономического развития национальной экономики.

Журналистское расследование установило, что из 1034 компаний, обратившихся за льготными кредитами, их получили всего 134 заявителя, из которых 124 имели тесные связи с чиновниками высшего ранга страны – депутатами парламента, членами кабинета министров и так далее. Среди всплывших имен оказались даже бывший премьер-министр и бывший заместитель директора Независимого органа по борьбе с коррупцией (IAAC).

Деньги там разворовывались не то чтобы уж очень большие. За прошлый год государственная казна профинансировала фонд на 26,5 млн долларов (65 млрд тугриков). Но когда в казнокрадство оказались вовлечены свыше 40% численности всех чиновников высшего и среднего уровня, это вызвало эффект разорвавшейся бомбы.

Впрочем, надо признать, что речь идет примерно о 17% ВВП страны. А уж когда журналисты копнули архивы еще трех десятков других похожих общественных фондов, стало понятно, что в государстве монгольском напрочь прогнило решительно все. При формальной непримиримой политической конкуренции между Монгольской народной партией (Монгол Ардын Нам) и Демократической партией (Ардчилсан Нам), на протяжении четверти века вся власть в стране принадлежала только им. Примерно как в США, где партий существует много, однако Белый дом занимают только республиканцы или демократы. Коррупция и раньше считалась серьезной проблемой Монголии, но теперь выяснилось, что честных чиновников и депутатов нет практически совсем.

Сейчас события там идут почти по украинскому сценарию. Разве что без претензий к России. Внутри правящего блока началась жесткая грызня за передел портфелей. Некоторым чиновникам, вроде министра сельского хозяйства, замазанного скандалом уж совсем сильно (как пишет пресса, его жена из средств Фонда получила что-то около 1,5 млрд тугриков под 0,23% годовых), пришлось уйти. Но остальные уходить с теплых мест отказались даже после угрозы президента страны устроить голодовку протеста. Впрочем, Народный хурал на шантаж не поддался, а президент угрозу исполнять не стал.

Пока "большие дяди" занимаются очередным переделом государственных постов и утверждают кандидатуры на замену двух выгнанных за коррупцию министров, мелкие несистемные партии, включая популистского и националистического толка стали нагнетать "возмущение граждан" и выводить народ на уличные протесты. Последней каплей стал отказ парламентского подкомитета снять неприкосновенность с четырех депутатов, в отношении которых Генпрокуратура открыла уголовные дела в связи с хищениями средств из Фонда МСП.

В течение всего января Монголия бунтует. Правда, в стране, где 46% населения проживает в одном городе, а остальные разбросаны по обширной территории с плотностью 1,7 человека на квадратный километр, фактически все события ограничиваются одним Улан-Батором, но он зато кипит уже на запредельных температурах. Требования граждан очень похожи на украинские. Всех плохих геть. Коррупционеров арестовать. Объявить новые выборы, которые уж точно должны будут помочь, а что свои обещания не выполнило ни одно из 14 правительств, выбранных за 27 лет так это как бы и не важно. Ведь демократия это свободные народные выборы, верно?!

Только вот на выходе этой демократической карусели не меняется вообще ничего. Страна остается одной из самых бедных и промышленно отсталых в мире. В ней нет не только серьезной промышленности, там в сущности отсутствует даже внешняя торговля. На данный момент свыше 80% ее объема приходится только на приграничные территории. Внутренние регионы Монголии с внешним миром не контактируют практически никак.

Основной национальный доход получается с экспорта горнорудного сырья в исходном виде. Формально ресурсов в монгольской земле много (вольфрам, никель, золото, уголь, нефть), существует даже промышленное выращивание крупного рогатого скота и хлопка, но в какие-либо товары они не перерабатываются, продаваясь практически в исходном виде.

На все это накладывается в значительной степени клановая, а местами даже родоплеменная общественная психология, плохо совместимая с концепциями какого-то там разделения ветвей власти и отделения бизнеса от государства. А также большие долги, во времена первоначального упоения демократической вакханалией взятые сначала на инвестиции в развитие экономических проектов ("Чингис-бонд" на 1,5 млрд долларов в 2013 ), а потом погашение займа на развитие экономических проектов ("Гарэгэ-бонд" на 800 млн долларов в 2017). Их обслуживание висит неподъемным гнетом на и без того слабой экономике Монголии, еще больше усиливая общую бедность населения.

А потом еще кто-то удивляется – почему это у монголов не работают механизмы развитого буржуазного общества.

Специально для ИА REX