Поскольку, как и предполагалось, не все читатели согласились с анализом и прогнозом на следующую горячую антироссийскую точку на постсоветском пространстве, немного расширю анализ, основанный на причинно-следственных связях.
Что касается причин, то они изначально заложены в природной русофобии Запада. Копать здесь сильно глубоко не буду, так как много об этом писал ранее. Если коротко и несколько упрощённо: мы и условно, и фактически находимся между Востоком и Западом, между которыми лежит ментальная пропасть. Запад преимущественно рациональный, Восток, соответственно, иррациональный. Когда-то Запад колонизировал почти весь Восток, но всегда вынужден был действовать в обход территории России. Причём, что интересно, так было ещё со времён сухопутных античных походов, маршруты которых сначала шли на север, потом резко отворачивали на юго-восток.
Затем последовали вынужденные морские экспедиции, как военные, так и условно-торговые, ибо сухопутный путь пролегал через территорию России, которая не жаловала ни торгашей, ни, тем более, захватчиков, куда бы они ни двигались пограбить. Почему экспедиции условно-торговые? Потому, что все эти Ост-Индские компании также банально грабили или, в лучшем случае, покупали всё, что им нужно за «бусы», и вывозили самое ценное отовсюду, куда добирались. А когда вдруг кто-то сопротивлялся, не гнушались геноцидом, а иногда подсаживали целые страны на опиум, как это произошло с Китаем.
Территория России — это и была та самая пропасть, которую Западу не удалось преодолеть, хотя попытки предпринимались неоднократно. Не удалось ни завоевать, ни просто расширить своё жизненное пространство за счёт России. Наоборот, Россия неуклонно расширялась, а Западу часто приходилось делиться «своим», как это было с Прибалтикой и Польшей, причём на многие годы и столетия.
В конце концов, установилась относительно жёсткая цивилизационная граница, лишь незначительно перемещающаяся влево-вправо.
Однако «тестирование» наших границ так и не остановилось, хотя изменились формы, получившие название гибридных, где главным инструментом стали гуманитарные «бомбардировки», когда на выжженное поле насаждались свои ценности с целью формирования внутреннего раскола.
То есть, Запад так и не принял Россию в свою семью, куда, впрочем, она не особо и стремилась, оставаясь страной с народом, сочетающим в себе ментальные особенности всего окружающего и разнообразного мира:
«Мы удивительно работоспособны и поразительно ленивы, мы скупы и расточительны, мы крайне неприхотливы до способности выжить в любых экстремальных условиях и одновременно обожаем комфорт, мы мужественны до героизма и часто крайне нерешительны, что легко спутать с трусостью, мы индивидуалисты и коллективисты, мы жестокие и милосердные, мы слабые и недосягаемо мощные, мы консервативны и революционны, мы изобретательны и стереотипны, мы гениальны до идиотизма, мы, наконец, европейцы и азиаты одновременно».
Таковы ментальные основы вечного непонимания нас Западом, который, надо отдать ему должное, действовал и действует во все времена системно и целенаправленно. Атаки на Россию не прекращались и не прекращаются со всех сторон, сконцентрировавшись в настоящее время на постсоветском пространстве. Все слабые места отрабатываются по «утвержденной» схеме:
- формирование внутреннего раскола элит и населения;
- установление переходного режима для подготовки окончательного переворота;
- наконец, переворот, названный цветной революцией с приходом к власти крайне русофобских режимов;
- массированная экономическая помощь;
- милитаризация и военно-техническая поддержка по натовским стандартам;
- провокации с нарастающей угрозой открытой войны с Россией.
Фактически, это тот самый классический «грузинский» сценарий, по пути которого сейчас упорно идёт Украина, хотя и со значительными временны́ми отклонениями. Именно из-за предстоящих мартовских выборов следует считать украинскую карту ещё далеко не отыгранной и определенно содержащей в себе потенциал открытой войны, ради чего, собственно, всё и затевалось, в том числе и керченская провокация. Сложность для Запада заключается в ментальной близости русских и украинцев, которые те же русские. Именно это, как раз, и диктует то обстоятельство, что Россия до сих пор «не явилась на войну», действуя также гибридно и в основном выжидая, когда соседняя недострана развалится на части сама. А там уже как карта ляжет.
К тому же, не стоит забывать исторический аспект: когда только появилось сами понятия «Украина» и «украинство», они тут же породили маргинальный националистический элемент, который так и не удалось искоренить полностью даже жёсткой советской системе. Теперь же появилась самая эффективная возможность проявить всех поимённо, а также все их кровавые деяния, которые тщательно и скрупулёзно складываются в толстые папки. Причём, эти папки копятся не только в СК РФ и в соответствующих службах ЛДНР, но и, что характерно, в недрах СБУ, где многие понимают, что происходит, куда всё катится и чем закончится вся эта бесовщина. То есть, чтобы было окончательно понятно: бандеровщина иже с ней, в случае взятия Украины в 2014 году, так и осталась бы бандеровщиной, ждущей своего часа. Она бы ушла в подпольное состояние, как это было в СССР и когда-нибудь обязательно бы выстрелила, как это произошло сейчас. Зато теперь, повторю, все проявились поимённо («с паролями, явками и адресами»), будут выявлены и, в случае раздела Украины, принудительно выселены в западную часть. В лучшем случае.
Подчеркну: основные события на украинском направлении, в том числе и горячая фаза, куда всё-таки вынудят явиться Россию, ещё впереди, так как, повторю, карта эта ещё до конца не отыграна Западом. Это может быть как Приднестровье, где много схожего с грузино-осетинской предвоенной обстановкой, так и Донбасс, где уже фиксируется значительное усиление группировки ВСУ. Правда, фиксируется уже традиционно и, возможно, является лишь отвлекающим манёвром. Впрочем, также, как возможно и резкое обострение сразу по двум направлениям.
Возвращаясь к Западу, который действует «системно», следует отметить: сегодня ситуация сильно осложняется временны́м фактором - Запад торопится и ему уже нужны быстрые и эффективные результаты. Ждать, когда отойдёт в мир иной Назарбаев или отдаст власть Лукашенко — это поставить себя в зависимость от обстоятельств, где ты ничего не можешь ускорить и изменить. Времена отравлений и прочих подобных избавлений от неугодных прошли безвозвратно, по-крайней мере, это сопряжено с большим риском, а рисковать Запад давно не любит, перейдя на рельсы компьютерного анализа и выработки безрисковой стратегии действий.
Именно поэтому, несмотря на неотыгранность украинской карты, аналитики Запада просто обязаны смотреть вперёд, где должны вычислять, готовить и запускать новые очаги по проверенному (грузинскому) сценарию.
Безусловно, правы читатели и эксперты, называющие такими очагами Армению, Белоруссию и Казахстан, находящиеся в разной «степени готовности», почему я и расположил их в простом алфавитном порядке.
Та же Армения уже фактически прошла уличный этап цветной революции и пока тщательно скрывает антироссийский вектор, хотя и движется к обнародованию своих истинных прозападных целей. На кого будет сделана ставка, пока не ясно. Возможно, ершистый Пашинян — основная фигура, возможно, переходная, лишь подготавливающая почву для прихода настоящих откровенно-русофобских кругов, способных взорвать более-менее успокоившееся Закавказье. Визиты Меркель и Болтона тому веское подтверждение: регион готовится к большому буму в самое ближайшее время. Судьба самóй древней Армении, окружённой, мягко говоря, недружественными режимами, в этой стратегии никого особо не волнует. Миссия «волноваться» уже возложена на Россию, которая и будет, как всегда, назначена крайней.
Что касается Белоруссии, являющейся, как и Украина, безусловной частью русского мира, то здесь также следует признать: страна находится в предреволюционной стадии. Лукашенко, заигравшись в «и нашим, и вашим», постепенно теряет рычаги управления, и уже в шаге от судьбы Януковича. В стране активно и всё более открыто действую как засланные, так и внутренние агенты влияния, на многочисленных тренингах и курсах молодёжи прививаются западные ценности, на всех уровнях идёт активная агитация за белорусский язык, на очереди попытка создать «древнюю» историю Белоруссии и т.д. В общем, всё по лекалам соседей с перспективой выхода на украинский и далее грузинский сценарии.
Казахстан, пожалуй, несмотря на законсервированный клубок противоречий, пока находится в ожидании естественного ухода Назарбаева со всеми вытекающими последствиями (см. выше). Однако ожидание ожиданием, а уже вовсю идёт процесс отказа от русского языка во всех областях, в том числе и в инженерно-технических, где доходит до абсурда: текст на казахском, а термины все русские. Параллельно подготовлены планы о переходе на латиницу, утверждён новый алфавит, что выглядит совсем уж нелепо, зато в полном соответствии с подготовкой к переходу под западный протекторат и демонстрации независимости от России. Создаётся «новая» история страны, естественно, идущая корнями из традиционно глубокой, но несуществующей, древности. Тем не менее, Назарбаев — тот рубеж, который удерживает пока регион от полноценного взрыва, способного разорвать одну из самых больших по территории стран мира, где, кстати, есть и исторические русские области.
В заключение, хотел бы, для понимания ситуации, прояснить некоторые геополитические аспекты.
С точки зрения западных стратегов (и это, безусловно, так и есть), наибольший эффект возможен, когда взорвутся одномоментно все три региона: Восточная Европа (Белоруссия), Закавказье (Армения) и Средняя Азия (Казахстан). Это сложная задача со многими неизвестными, поэтому вряд ли идеально выполнимая. В каждом регионе свои особенности, свои стадии прохождения «грузинского» сценария, в соответствии с которым Украина, так или иначе, пока «впереди планеты всей». Основные баталии здесь ещё впереди, также как и территориальные потери, если, конечно, это применимо к стране, стоящей в шаге от полного и необратимого коллапса своей несостоявшейся государственности.
При этом, у России и Запада сходные, но одновременно, разнонаправленные цели — расширение зон своего влияния. Естественной площадкой для реализации амбиций стали постсоветские страны. Именно поэтому в ходе конфликта «расширения» Запад и Россия неизбежно сталкиваются, стремясь отхватить свои куски и привязать их к себе. «Вес» этих кусков разный и измеряется не только и не столько площадью в квадратных километрах, но и стратегической важностью.
К примеру, бóльшая площадь Грузии условно отошла Западу, однако и Южная Осетия, и Абхазия, вошедшие в российскую орбиту — крайне важные форпосты в Закавказье с выходом на обратную сторону Большого Кавказского хребта.
Что уж говорить о Крыме, являющемся фактическим ключом к контролю за Черным морем.
И Армения, и Белоруссия, и Казахстан, войдя в русофобскую стадию, неизбежно понесут колоссальные материальные и территориальные потери, также не измеряемые только лишь дензнаками и квадратными километрами. Вопрос лишь в одном: кому достанутся разлетающиеся куски?
Можно сколько угодно говорить о нравственном аспекте держав, пытающихся поделить суверенные страны, но реальность есть реальность: империи всегда боролись за территории и зоны своего влияния, и всегда будут бороться, какие бы слащавые серенады не пелись о дивном глобальном светлом мире, где все должны жить дружно и счастливо.
Тем более, что судьба государственности всех перечисленных периферийных стран не волновала и не будет волновать Запад.
И, как следствие, в случае попустительства властей и доведения внутренней ситуации до прозападного переворота, не должна волновать и Россию.
Впрочем, всегда есть и другой вариант, «но для этого нужно время и другой уровень интеграции» (В.Путин).
для ИА REX
Оценили 84 человека
104 кармы