Магнитофонная кассета.2

И тут Хантер поднял вверх правую руку – знак остальным охотникам остановиться и замереть, а сам аккуратно раздвинул траву и вышел на поляну. Его взору предстали полуобглоданные останки трёх охотников и пара волкастеров, поедающая четвёртого. Одиночным выстрелом в голову Хантер сразил одного, очередью – второго.

Сразу же к нему подбежали двое других охотников.

 – Отец, это ты стрелял? – Спросил Николай.

 – Да, – ответил Хантер и, указав на туши убитых волкастеров, добавил, – сдирайте шкуры, а я пока осмотрю тела.

Одна из первых охотничьих премудростей, которой Хантер научил своих сыновей ещё до входа в Зону, было искусство правильно сдирать шкуру с убитого волкастера. Поэтому молодые охотники, не задавая лишних вопросов принялись за дело. Тем временем Хантер подошёл к останкам охотника и снял у него с шеи металлическую табличку, на которой были выбиты фамилия, имя, отчество и дата рождения. Такими табличками снабжались все охотники. Эти таблички облегчали опознание останков.

– Не может быть! – Вдруг вскричал он. – Аркаша!

– Отец, ты в порядке? – спросил Николай.

– Да, – ответил Хантер, просто я знаю этого человека. Вернее знал… во времена своей бурной молодости. Я тогда ещё учился в Университете. Мы и пили с ним вместе неоднократно. Два года общались. Чёрт! Лет двадцать не виделись и вот встретились. Дерьмо! А он ведь на гитаре неплохо играл, сам песни сочинял. Он и ещё трое таких же молодых энтузиастов свою группу организовали. Не помню, как она называлась, кажется «Вечность». Я, конечно их всех знал. Однажды они даже целую кассету своих песен записали. Да, это было девятнадцать лет назад. Что с тех пор произошло – уму не постижимо. Ладно. Вы со шкурами покончили?

– Я уже всё, – ответил Андрей.

– А я ещё нет, – ответил Николай.

– Хорошо. Скоро начнёт темнеть, поэтому на ночлег остаёмся здесь. Андрей и ты, Колька, когда закончишь – копайте яму. Негоже оставлять человеческие останки непогребёнными. А я пойду собирать дрова для костра.

Хантер пошёл в лес – собирать сухие ветки. В этой Зоне рос странный лес. Возможно, такой лес и должен расти в зоне радиоактивного заражения: высокие деревья с раскидистыми кронами, большие листья причудливой формы. Хантер имел за плечами лишь три курса биологического факультета, но с уверенностью мог сказать, что эти деревья – мутанты. Однако для дров эти деревья не годились: в них было слишком много кремния. Слишком много для живых организмов планеты Земля. Их древесина была твёрдая и хрупкая, горела она плохо, давая мало тепла и много дыма, а их зола напоминала мелкий песок.

Зато дым древесины обладал слабым психотропным действием на людей, вызывая у них лёгкое чувство эйфории. Кроме того, этот дым отпугивал волкастеров и других ночных тварей, которые появились в последние полтора года. Да, Хантер не был в Зоне уже полтора года, а за это время многое изменилось. Неизменным было одно: холодные сырые ночи. Без хорошего жаркого костра легко было замёрзнуть. А перед рассветом в Зоне появлялся синий Туман.