Байден всё. Детали в Телеграм Конта

БЫЙ гл.8,9

0 160


ГЛАВА 8


[Вāдж. 8.9]

ахампарастāдахамавастāдйадантарикщантаду ме питāбхӯтъ | ахам̣ сӯрйамубхайато дадаршāхандевāнāмпараман̄гухā йатъ 9

Я сверху {в сварге}, я и снизу {на земле} был,

а в междумирьи то [светило] мне отец был.

Я [междумирья] солнце — разом с двух сторон узрел.

Я у богов [держатель] главный тайн [их] стал.

◇◇◇

В этом яджусе уверенно читаю только третью строку, где Бый говорит, что он есть «взирающий», т.е рассматривающий (ДАДАРША), «солнце» (СӮРЙАМЪ, по-старому СѪРѤЖЪ, Сураж), «с двух сторон» (УБХАЙАТАХ, по-старому ОБОПОЛО). Тут как бы всё понятно. Но только на первый взгляд. Ибо при втором взгляде возникают два вопроса разом. Первый: Бый видел обе стороны солнца в горизонтальной его плоскости или в вертикальной? Второй: Бый видел обе стороны солнца одновременно или по-очереди?

Гриффит же понял эту строку этак: «Я видел солнце как сверху, так и снизу» (I saw the Sun both from above and under.).

Впрочем, принципиального различия тут не усматриваю, поскольку возникший вопрос остаётся: сразу Бый видел обе стороны солнца или по-очереди?

И этот вопрос, не имеющий покуда ответа, для меня представляет особый интерес, поскольку сопряжен с несколькими яджусами ЧЯ, где сказано, что солнце того мира, при этом непонятно какого именно, междумирья или Сварги, то светит, то нет. Во всяком случае было время, когда то светило не светило. Но боги «узрили» некий заговор, прочитали его и тем самым «зажгли» их солнце. Кое в тех яджусах именуется «адитья» (ĀДИТЙА).

И вот какие мысли вызвала эта «сказка» Быева сына. Нынешняя космогония гласит, что наше солнце через энное количество лет обязательно потухнет, в смысле погибнет, поскольку в его недрах иссякнет водород, являющийся основой происходящей там цепной реакции. Что не может не вызывать грусть и печаль. Ибо всегда жалко, когда умирает кто-либо родной. Тем более, заботящийся о тебе. Даже когда та смерть — гипотетическая. Однако помянутые яджусы ЧЯ в былые мои печаль и грусть привнесли приличную толику позитива, в виде помянутого заговора, посредством которого те боги смогли зажечь их несияющее солнце. Во та-то «подпитка» теми богами их солнца и позволяет относиться к гипотетической гибели нашего солнца со много меньшей долей грусти, нежели раньше.

Вот.

Акцент же на астрономическую составляющую этого яджуса делаю к тому, что Бый несколько раз подивил меня своими именно астрономическими познаниями, из которых тут помяну лишь одно: Бый знал, что, во-первых, солнце вращается вокруг своей оси и, во-вторых, что оно вращается через своё правое плечо. Акцентирую, именно через правое. Т.е. по часовой стрелке, если смотреть с северного его полюса. Или, как раньше говорили, посолонь. Что меня (когда-то имевшего твёрдую пятёрку по мореходной астрономии и по сию пору могущего при помощи секстана «посадить» солнце на линию горизонта) при знакомстве с тем текстом смутило ну очень сильно. А особо то смутило, что сам этим вопросом даже не задавался. Быев же сын, комментируя слова отца в ЧЯ, до кучи поясняет, что наша праворукость возникла именно из-за вращения солнца вокруг его правого плеча. При этом на пальцах, точнее руках, даже пытается растолковать своему читателю смысл... центростремительной и центробежной сил, таким вот образом: поскольку солнце вращается вокруг его правого плеча, то правая рука солнца Индры-Даждьбога и становится сильнее его левой руки, ибо находится в центре вращения, точнее «в центре силы», тогда как левая его рука, из-за значительного удаления от центра вращения, уже не имеет той силы... Откуда и выводит причину нашей праворукости. От солнца, то есть. В смысле Индры-Даждьбога. При этом почему-то умолчав, что солнце Индра-Даждьбог — это предок людей. Как минимум, праворуких. Видимо посчитал, что разумный и без его подсказки сообразит, о чём гласит его сказка.

И я, честно признаюсь, сообразил.

Чего и читателю своему искренне и по-братски желаю.

Такая вот, понимаешь, загогулина возникает, с ведийской астрономией. При этом вполне доступная пониманию.

А вот со всем остальным в этом яджусе — сплошные вопросительные знаки вослед. Особенно — с последней строкой. Которую, среди прочего, можно понять и так, что Бый неким непонятным образом получил доступ к неким божественным тайнам, в результате чего и стал их держателем, в смысле хранителем. Единственным, как понимаю. При этом не будучи брахманом.

Это я так понял последнюю строку. При том что накануне её же понимал иначе. Почему и не настаиваю на правильности этого... понимания.

Тут хотел было перейти к следующему яджусу, но вспомнил, что забыл подсмотреть, как его понял автор ШП. Глянул. Но тот ничем не порадовал. Просто констатировал, что этим яджусом, в переводе Эггелинга, «он дарует мужество на мужчин» (he bestows manhood on men). Тем самым связав правую нашу руку, принадлежащую Индре, с мужеством. Что понятно.

Зато порадовал переводчик ШП Эггелинг, переведший вторую строку, про междумирье-отца, весьма неожиданно: «и какое пространство между теми, это был мой отец;» (and what space there is between, that was my father;). А неожиданное тут то, что в кои-то века не наблюдаю при переводе АНТАРИКЩИ ни «воздуха», ни «атмосферы», ни «эфира», напротив, вижу «пространство между теми», где под теми Эггелинг имеется в виду «верх» и «низ» из первой строки, в которых сам вижу Сваргу и Землю. Думаю, что и он их же имел в виду.

Наличие у Эггелинга подобного понимания междумирья-антарикщи с одной стороны радует, а с другой вызывает недоумение: почему он, в конце концов, не раскидал АНТАРИКЩУ на составные части и не увидел там, ещё в 80-е годы XIX в., наши «между» в АНТАРИ и «землю» в КЩАМ? Но нет, не раскидал и не увидел. И в следующем веке никто не увидел. Лишь в XXI наш В. Н. Романов наконец-то рассмотрел в АНТАРИКЩЕ «промежуточный мир». Но, похоже, услышан не был.

На этой грустной ноте снова было хотел перейти к следующему яджусу, но вспомнил, что забыл посмотреть, как Быев сын в ЧЯ комментирует этот. И тот порадовал. Ибо пояснил причину, по которой я не понимал этого яджуса. Оказывается, яджус этот, во-первых, неполный, а во-вторых — искажённый. Во всяком случае, последняя его строка в ЧЯ совершенно иная. А кроме того между первой и второй строками в ЧЯ есть и ещё одна. Приведу тот яджус в переводе Кейта, который там всё точно перевёл, за исключением единственного стандартного косяка при переводе АНТАРИКЩИ как «атмосфера», к чему я уже начал спокойно относиться, ибо попривык (ЧЯ 3.5.5.2): «Я сверху, я снизу, Я раскрыл тьму светом; Атмосфера {междумирье} стала мне отцом; С обеих сторон я видел солнце; Да стану я наивысшим среди равных себе.» (I from above, I from below, I revealed the darkness with the light; The atmosphere hath become my father; On both sides have I seen the sun; May I become highest of my equals.).

Последние слова «Да стану я наивысшим среди равных себе» для меня тут самые интересные, поскольку перекидывают мостик к предыдущему моему комментарию, в котором говорил, со слов Дьяконова, что государство Мана состояло из пяти самостоятельных царств, и следом предположил, что Бый был царём того из них, что называлось Ида. Те-то слова и предположения и поддерживает этот яджус ЧЯ своей последней строкой, где Бый просит кого-то из богов сделать его главным среди ему равных. При этом под «равными», скорее всего, имеются в виду некие цари. И цари те вряд ли являются противниками Быя, но, скорее, союзниками. Или даже сородичами. А как следствие в тех царях-союзниках усматривается и вся та Мана, со всеми пятью её царствами и их царями, среди которых Бый и стремиться стать главным или верховным. Косвенно, правда, но всё же усматривается. В том числе и потому, что арийский мир в Панчапе-Пенджабе состоял именно из пяти родов.

И несколько слов относительно разночтений «Белой Яджурведы» и «Чёрной», чему мы тут имели наглядный пример. Лично для меня «Белая «Яджурведа» — это первоисточник, а «Чёрная» — комментарии к «Белой». Поэтому «Белую» считаю выше «Чёрной». Ибо первая создана раньше второй. Однако и та, и эта имеют некоторое количество разных списков, из которых я, так уж вышло, работал со списком «Белой» под названием «Ваджасанея» и списком «Чёрной» под названием «Тайттирия». Из которых «Тайттирию» считаю выше «Ваджасанеи». Во всяком случае, при выявлении каких-либо между ними разночтений придерживаюсь взгляда «Тайттирии». Не игнорируя, при этом и «Ваджасанею». Но первой доверяя больше.

◈◈◈


[Вāдж. 8.10]

агнā3ǁ⁰и патнӣвантсаджӯрдевена тващт̣рā сомампиба свāхā | праджāпатирврiщāси ретодхā рето майи дхехи праджāпатесте врiщн̣о ретодхасо ретодхāмашӣйа 10

О Знич, супруг всех жён:

вместе с богом Перуном бузу пей, под [клич] «слава»!

Бог Род — муж есть, семени датель {=рода основатель и продолжатель}:

семя в меня вложи!

От Бога Рода и тебя мужа, от Семени дателя,

[сына] родопродолжателя [да] обрету!

◇◇◇

Именно этот яджус наконец-то позволил понять чёткую и однозначную семантику (происхождение) слова «муж». Чему способствовала случайная ошибка, точнее описка, тут совершённая, когда вместо «муж» написал «муд» (ибо «д» и «ж» на клавиатуре рядом находятся). И поначалу взоржал было даже изрядно. И даже на зеркало покосился. А как всмотрелся, так и понял, что никакой описки нет, но есть истина, идущая от обращения ведийской буквы ДЖ, через ведийскую же Д̣, в наши «ж» и «д» (ДЖ (Д̣) → ж (д): напр. ДЖĀ → род, рожать, рождение; ДЖАНИ → жена, рождающая, роженица). Почему и нет существенной разницы между словами от -муж- и -муд-. Ибо у кого есть муди, в смысле мужской уд и иже с ним, тот и муж. И вся филология!

Впрочем этот изыск не означает, что каждый, у кого есть муди, — мудак и мудозвон. Совершенно не означает. Хотя и не без этого. Во всяком случае, любой, кто понимает негативное влияние личных мудей на собственную личность, тот уже не мудак и не мудозвон. И этот однозначно. К чему поговорку помяну: «пьяный проспится, а дурак — никогда». Ибо мудак, как и мудозвон, одной ногой — пьяный, а другой — дурак. Поэтому, как правило, просыпается. К пенсии, обычно. Потом сидит на завалинке и вздыхает: «Если бы юность знала... Если бы старость могла...». И даже не догадывается, что это не он эти мысли думает, но муди его их ему навевают. Ибо такова селява.

Перевод Гриффита: «Агни, вместе с дамами, в согласии с богом Тваштаром, пей {сому}. Слава! Ты есть Праджапати, сильный муж, непобедимый: да получу я от тебя, сильного мужа, непобедимого, сына, который сам станет отцом.» (Agni, associate with the Dames, accordant with the God Tvashtar, drink. All-hail! Thou art Prajâpati, strong male, impregner: may I obtain from thee, strong male, impregner, a son who shall himself become a father.)

А теперь можно и к соме обратиться. Что у древних иранцев хомой назывался. А у вендов — сурыньей. А у славян — квасурой. А возможно и квасом.

И все те слова изначально — мужского рода. Ибо произошли от имени бога Сомы. Как и растение сома, из которого арии отжимали напиток сома.

Сам же бог Сома, как и бог Агни, ариями почитался воплощением Творца в этом мире. Аватаром, то есть. Ибо слово «аватар» ни разу не буржуйское, но исконно ведийское, составленно из двух: префикса АВА, «вниз», и слоговицы ТАРЪ — «1) переправляться через 2) спасаться». Само же слово АВАТАРЪ означает, по словарю Кочергиной: «1) спускаться 2) стекать 3) достигать 4) иметь место, быть 5) преодолевать, осиливать». Отсюда соображаем, что когда какое-либо божество спускается из высших сфер в наш мир, тогда-то оно и становится аватаром, «спустившимся». В смысле «воплотившимся», «ставшим плотным», «обретшим плоть».

Откуда и комментарий автора ШП (5.1.5.26): «сомо хи праджāпатих̣», то бишь: «Сома жи — Праджāпати», в смысле: «Сома ведь — Праджапати», т.е., по-нашенски: «Живот ― это Бог Род».

Из чего и становится понятным особое почтение ариев к огню и соме. Ведь они — земные воплощения Творца.

И какого-либо третьего аватара, чтимого ариями наравне с огнём и сомой, не припомню.

Поминаемый же выше Ванаспати хоть и почитался ариями наравне с этими божествами, но считать его именно богом, тем более аватаром, не стоит. Хотя бы в силу исключительно земного происхождения.

При этом есть и ещё один аватар, и тоже очень чтимый ариями. Но для меня лично, при всём моём к нему глубочайшем почтении, очень неоднозначный. Хотя бы потому, что это... женщина. В связи с чем в моём супер-пупер логичном полушарии головного мозга, отвечающем за логические цепочки между вся и всем, очень мужском и весьма патриархальном, да на грани ретроградства, порождённая соседним интуитивным полушарием мысль, что аватар Творца может быть бабой, пардон, лицом женского пола, жестоко конфликтует с теми цепочками... Типа того. При том что авторы ведийских текстов чего-либо противоестественного в той андрогинности не видели. То есть спокойно относились к подобным мыслям, без конфликта их полушарий. Бесстрастно, одним словом.

Ну да о Бабе той будет ещё повод поговорить.

Сома же был известен не только ариям, кои именовали себя ясунями, но и их извечным врагам дасуням, сиречь гуннам, т.е. тюркам нынешним. И по сию пору, оказывается, известен. Например, если набрать в сети запрос «напиток из проса» (ибо растение сома — это один из видов проса), то интернет первым делом отзовётся татарским названием «сома-буха»...

И ещё раз, с акцентом: СОМА-БУХА... татарский слабоалкогольный напиток из проса...

Не знаю какие у тебя, уважаемый читатель, возникли эмоции при рассматривании этого словосочетания, но в моей черепной коробке при первом с ним соприкосновении случилось приличной силы и продолжительности... башнетрясение. Все драйвера вусмерть законфликтовали между собой, а затем вообще нафиг полетели, да вместе с цепочками теми. В итоге всю систему пришлось форматировать.

А потом история с драйверами, цепочками и форматированием повторилась. Когда вослед татарской сома-бухе выяснилось, что её аналогом у русских является просяной напиток под названием буза...

Откуда и перевод мой.

А потом меня чёрт дёрнул сунуться в англо-русский словарь Мюллера и глянуть там слова «millet». И драйвера опять полетели. Поскольку английское МИЛЛЕТ означает, во первых, «просо; просяной из проса», а во-вторых и самое невероятное — «буза». Причём, так и написано «millet ale — буза (напиток)». А строкой выше — «millet noun. — 1) просо 2) attr. просяной, из проса».

Чего от англо-саксов никак не ожидал.

Немного же поразмышляв решил, что удивляться не стоит, поскольку и их предки, и наши, и даже евреев, когда-то совместно проживали сначала в Панчапе-Пенджабе, потом в Мидии-Мане, а затем и в Палестине-Сирии. Это потом уж забыли всё. Что те, англо-саксы, что мы, славяне, что евреи.

А вот татары — молодцы! В плане памяти. Ибо сохранили название СОМА-БУХА.

Зато у русских сохранилось другое название былой сомы — сивуха. Звучит, правда, не очень, но смысл за звучанием — вполне приличный, типа: что русскому сивуха, то англо-саксу смерть. Посему, хай звучит! Тем более, что название сивуха от имени Сома произошло. Через русское Сива или Сивый, как в древней Руси именовали Сому. Откуда и «сивуха».

Впрочем, вполне может статься, что сивухой нызывали ни сому, но иной божественный напиток, поскольку его также боги пили, под названием СУРА. К чему напомню о трёх головах Вишварупы-Всевида, из которых, как сказано, одна ела АННУ, другая пила СОМУ, а третья пила СУРУ.

И вот как автор ШП поясняет разницу между сомой и сурой, в переводе Эггелинга (ШП 5.1.2.10): «...Праджапати принадлежат эти два (сока) растений, а именно сома и сура; из тех двух сома — это истина, процветание, свет; а сура — неправда, страдание, тьма...» (to Prajāpati belong these two (saps of) plants, to wit the Soma and the Surā; ― and of these two the Soma is truth, prosperity, light; and the Surā untruth, misery, darkness...).

Эти слова дают основание подозревать в соме и суре наши сказочные живую и мёртвую воду.

Из дальнейшего же пояснения ШП становится понятным пиетет ариев перед сомой, ибо та, как сказано, раскрывает заложенные в человеке силу и энергию. Точнее, божественные силу и энергию. Поскольку человек, как сказано, является «неудачным» порождением Адити-Мокоши. Неудачным в том смысле, что он, родившись, не стал богом. И хоть человек ― не бог, однако божественная природа в нём присутствует. Её-то, при помощи сомы, те брахманы и активизировали.

В ШП об этом сказано вскользь, но тем не менее сказано (ШП 5.2.3.8): «...(жертвователь) этим приношением овладевает своей силой и энергией;» ((Sacrificer) by this offering possess himself of vigour and energy;).

После чего там же, но чуть дальше и сказано, что растение сома и есть просо (ШЙĀМĀКА), в переводе Эггелинга (ШП 5.3.3.4): «Для Сомы-Ванаспати (бог деревьев или дерево), он готовит кутью из шьямаки (проса): этим {просом} Сома, как владыка деревьев, рождается среди растений. И потому ему {Соме} готовят {кутью} из шьямаки {проса}, ибо шьямака {просо} среди растений, несомненно, имеет наиболее выраженную сущность Сомы: поэтому эту {кутью} готовят из шьямака крупы.» (For Soma Vanaspati (the wood-lord or tree) he then prepares a pap of śyāmāka millet: thereby Soma, the wood-lord, quickens him for the plants. And as to its being prepared of śyāmāka, ― they, the śyāmākas among plants doubtless are most manifestly Somaʹs own: therefore it is prepared of śyāmāka grain.).

Откуда же и просяной веник в каждой нашей избе. Ибо это очень серьёзный оберег от всякого рода нечисти. Ну и обычного сора тоже.

◈◈◈


[Вāдж. 8.13]

девакрiтасйаинасовайаджанамаси манущйакрiтасйаинасовайаджанамаси питрiкрiтасйаинасовайаджанамасйāтмакрiтасйаинасовайаджанамасйенаса⁰енасо-вайаджанамаси | йаччāхамено видвāм̇шчакāра йаччāвидвāм̇стасйа сарвасйаинасовайаджанамаси 13

От греха из-за богам причинённого вреда — искупление ты!

От греха из-за людям причинённого вреда — искупление ты!

От греха из-за предкам причинённого вреда— искупление ты!

От греха из-за себе причинённого вреда — искупление ты!

От любого греха — искупление ты!

И какой я грех сознательно совершил,

и какой несознательно,

от того любого греха — искупление ты!

◇◇◇

Тщательные, но не очень успешные попытки при переводе этого яджуса соблюсти собственные три правила — оставлять слово на своём месте, соблюдать количество слогов и соблюдать ударение — в итоге привели, во-первых, к пониманию слова грех как «причинение вреда» и, следом, к некоторому внутреннему расстройству, вызванному различными мыслями, возникшими попутно чтению яджуса, типа: надоедливую жужжащую муху прибил — грех; пробегающего по своим делам таракана тапком пришлёпнул — грех; оголодавшего клопа, в ягодицу вцепившегося, раздавил — грех. Ибо причинил им вред. Причём умышленный. Вызвавший их смерть. Тогда как те муха-таракан-клоп даже в мыслях не имели причинение вреда хоть кому, по причине их отсутствия, а просто хотели, всего-то, жрать. Вот. И как жить дальше под грузом этих мыслей, однозначно логичных и правильных, не понимаю.

Но хорошо, есть чуйка, и та работает. Правда, по какому-то своему расписанию. В основном, когда логика зарывается. Та-то и шепнула, в ответ на расстройство моё, мол шибко-то не горюй, а лучше вопроси логику свою, кто тех в гости звал? И я, насупившись из-за проявившейся неоднозначности былой своей греховности, обратил взгляд на Логику. Но та уже забилась в щель под плинтус. А на её месте вдруг возник другое «наше всё», В. И. Даль, да со сборником русских народных премудростей в руках, молча раскрыл книгу на какой-то странице и сунул мне под нос, мол на те ! И я читаю: «Незванный гость — хуже татарина».

Вот.

Откуда и получается, что грешить можно. По большому счёту даже нужно, час от часу. Хотя бы для того, чтоб в собственной святости не погрязнуть. А коль про АВАЯДЖАНУ ту помнишь и умеешь ей пользоваться, то тараканов и клопов давить — сам-бог, как говорится, велел. Тем более, что слово это, по словарю Кочергиной, означает «очищение». Что весьма занимательно. Поскольку прибить незваное насекомое — это, по любому счёту, поддержание чистоты в окружающем тебя мире. Очищение, т.е.

Тем самым хотел признаться, что текст этого яджуса хоть и не сложен, можно даже сказать прост, но тем не менее смысл его мне так и не дался. Ибо вне понимания осталось и к кому тут Бый обращается, и что именно является искуплением от любого греха, умышленного и неумышленного. Почему и пошёл посмотреть, как его комментируют ШП и ЧЯ. И с удивилением обнаружил, что автор ШП этот яджус проигнорировал, а в ЧЯ от него присутствуют лишь три первые строки, после которых идёт разорванный и склееный иначе предыдущий яджус.

В итоге так и не разобрался, чем именно можно искупить любой грех. И, что странно, не расстроился от собственной тупости. Ибо вдруг представил себе мир, состоящий сплошь из святых... Даже как-то не по себе стало. От количества насекомых, что по тем святым и их нимбам ползало. И рука сами собой потянулась за мухобойкой...

В связи с вышеизложенным видением, кое, полагаю, особого негатива у читателя не вызывет, тем не менее считаю необходимым предупредить его о наличии в высших сферах не только Ирия и Сварги, но и некой ДЖАМБХИ, коя есть хитро устроенная «труба», чьё имя по-ведийски означает «Челюсть», с подтекстом «вселенская», а по-русски — Жопа. Чисто по созвучию. И, при этом, по прямой аналогии. Поэтому — с большой буквы «ж». В ту-то Джамбху-Жопу и отправляют тех, кто совсем уж бездумно относится к причинению вреда хоть чему живому. При этом даже не слыша мольб переусердствовавших в поддержании чистоты отправить их в ад. Такое вот сурьёзное то место, труба по имени Джамбха, ведущая исключительно в одну сторону.

◈◈◈


[Вāдж. 8.33]

āтищт̣ха врiтраханратхам̇йуктā те брахман̣ā харӣ | арвāчӣн̣ам̣ су те мано грāвā крiн̣оту вагнунā 33 

Взойди, Вритры убийца, на колесницу,

[ибо] запряжены для тебя молитвой кони!

В этот мир к отжимателю [сомы] ум [твой]

[наш] жернов пусть направит грохотом [своим] !

◇◇◇

Эпитет «Убийца Вритры» (ВРIТРАХАНЪ) принадлежит Индре-Даждьбогу. Это известно всем, кто хотя бы поверхносто касался ведизма. Но мало кому известно, что «вритрой» (врагом) в ЯВ зачастую называется растение сома. Откуда «Убийца Вритры» означает не то, что читаем, но процесс отжима сомы. Точнее даже не процесс, а обряд, творимый посредством специального давильного камня (ГРĀВАНЪ), который тут позволил себе «жерновом» назвать, дабы перевести посредством лишь одного слова, а не двух.

Сам же этот стих, исполненный метром анущтубх, — не яджус, но рич (РВ 1.84.3). Его переводы и английскими переводчиками, и Елизаренковой практически идентичны моему.

Обратил же внимание на него из-за наличия тут слова БРАХМАНЪ, «молитва» (в тварительном падеже БРАХМАН̣Ā), посредством которого автор рича запрягает двух буланых коней (ХАРӢ) для Индры-Даждьбога, чтобы те везли его в наш мир, на звук грохочущего жернова, обязательно сопутствующий процессу отжима сомы (= обряду убийству вритры-врага). И хоть мне не очень нравится перевод «молитва» для слова БРАХМАНЪ, однако лучшего варианта тут не вижу. При том что можно было использовать определение из словаря Кочергиной «благоговение», которое неплохо здесь звучит. Однако из контекста понятно, что рич говорит не об абстрактном благоговении, но о неких вполне конкретных словах Веды. Коя, в смысле который, и есть Брахма. Поэтому БРАХМАНЪ здесь и не благоговение, и не молитва, но и некий и вполне конкретный стих Веды, скорее всего ричь РВ. Ричи же, как и яджусы ЯВ с саманами СВ, к нашему «молитва» имеют отношение не больше, чем вечерняя заря к утренней. Ибо тексты Веды, а особо ричи и саманы, — это, как правило, не просьба о чём-либо, но славление кого-либо. И даже когда кто-то просит кого-либо о чём-нибудь, то всё-равно это — славление. Плюс — знание. Ибо Веда — это Знание. А знание — сила. И сила та — от слова. Кое было вначале.

Почему и не понимаю, как всё это хозяйство, т.е слово БРАХМАНЪ, перевести одним словом. Разве что «словом».

Поэтому нехай будет молитва. А «священное слово» в уме.

От слова БРАХМАНЪ и возникло БРĀХМАН̣А, «брахман», в значении, как гласит словарь Кочергиной, «знаток Вед и жрец при жертвоприношениях». При этом, насколько понимаю ведийский язык, существительное мужского рода единственного числа именительного падежа БРĀХМАН̣А, «жрец», на самом деле не существительное, но притяжательное прилагательное «брахмановый», в смысле имеющий отношение или принадлежащий брахману-молитве-слову, а через то — Брахме-Веде-Богу. Откуда получается, что БРĀХМАН̣А, «жрец», если считать, что БРАХМАНЪ — это «молитва», изначально означало «принадлежащий молитве», т.е. «молящий» или «молящийся», а если считать, что БРАХМАНЪ — это «слово Веды», тогда БРĀХМАН̣А, «жрец», через «принадлежащий слову», означает просто «говорящий». А по-старому — «рекущий» или «глаголящий». С подтекстом «словами Веды». Т.е. — «словенин».

Вот.

Из чего и следует, что «немцы» — это «немые» лишь во вторую очередь, а в первую — «не ведающие слово Веды». Т.е. «немец» — это тот, кто не знает ни самого божественного языка, ни того, что на нём изложено. Тупой, одним словом.

И эта расшифровка, скорее всего, соответствует изначальному замыслу творца слова. Ибо, когда после победы над Ассирией арии-мидяне разделились на два племени, славящих и славян, то с первыми, которых возглавлял старший сын Быя царь Сева, остались все накопленные предшествующими поколениями ариев материальные богатства, а со вторыми, во главе которых стоял младший Быев сын патриарх Рус, осталось всё духовное наследие предков, т.е. книги и их слова-молитвы. Почему первые жили богато, но не шибко духовно (как и ныне на Западе), а вторые хоть внешне и бедно жили, зато в плане духовности были на порядок выше первых (как и ныне в России). Почему вторые, с одной стороны, немного завидовали достатку первых, а с другой — презирали их. И поныне также. И не из-за богатства первых, но по причине либо незнания ими древних ведийских основ, хоть ты христианскими их назови, либо извращения их. К чему и ещё раз помяну западное положение алтарей буржуйских храмов, да усугублю скамьями для прихожан. И что там хуже, незнание или извращение, даже не знаю. Зато хорошо понимаю Быевы слова, гласящее, что да, рас много, но родов, на самом деле, всего два: кто нас ненавидит (из-за нашего наследственного «генетического» знания), и кого мы инстинктивно презираем (по той же причине).

Откуда и Задорновское «Ну, тупые!».

Откуда же и поговорка англо-сакская «Коль ты такой умный, то почему такой бедный?», ибо помнят, на генетическом уровне, из Веды, что разумный бедным не может быть.

На что наши такой ответ придумали: «Коль не жили богато, то и нефиг начинать!». Ибо помнили, на том же генетеческом уровне, что накопленное «непосильным трудом» с собою в междумирье не утащишь.

А почему «не жили богато» — смотри выше.

Вот.

На этой негативной нотке вдруг вспомнился аз Глагол, из нашей старой Азбуки, и премудрый Боян, из «Слова о полку Игореве». А следом и летающая по Сети поговорка: «Камрад, да это же боян!», означающее нечто древнее, всем известное и недостойное обсуждения, в силу банальности.

И первым делом решил попробовать использовать оба этих слова, «глагол» и «боян», вместо «молитвы» и «слова» (БРАХМАНЪ) из второй строке этого рича-яджуса. Получилось этак: «...запряжены для тебя глаголом (баяном) кони!».

Хм, в целом очень даже нормально получилось. Не хуже, чем с «молитвой» и «словом». А с учётом количества слогов в словах «глагол», «боян» и БРАХМАНЪ, и их ударений, — много лучше.

◈◈◈


[Вāдж. 8.39]

индрауджищт̣хауджищт̣хаствандевещвасйоджищт̣хо⁰ахамманущйещу бхӯйāсамъ 39

О Даждьбог, Всемогучий,

всемогучий ты промеж богов есть [царь]:

всемогучий я промеж людей да буду [царь]!

◇◇◇

Тут Бый прямо именует себя царём, поскольку Индра-Даждьбог — царь богов. Что мы, впрочем, и без этой подсказки уже выяснили. После чего приняли ответственное решение, что он был одним из царей Маны. Что, однако, как может соответствовать действительности, так может и не соответствовать.

Повод же так полагать дала ассирийская клинопись, повествующая о успешной войне Ассирии против манейцев, когда одно из царст Маны, оказавшее сопротивление ассирийцам было уничтожено, некие его князья посажены на колы, а уцелевшая часть народа переселена в Палестину и Сирию. Эта информация, почерпнутая из книги Дьяконова «История Мидии», и позволила понять, каким образом Бый мог оказаться в Голанских высотах.

При этом есть и ещё вариант понимания связи между ариями и Быем, с одной стороны, и Сирией с Палестиной и Голанами, с другой: эти земли и являлись целью исхода ариев из Пенджаба.

В любом случае, пребывание Быя в Голанах на склоне лет у меня сомнений не вызывает.

При вершинах под названием Ашвины или Комони он и устроил последнюю свою столицу.

Вот прорись одной из птолемеевых карт Палестины и Сирии, на которой в овале выделил горы Комони (Hippus Mons), а выше и ниже подчеркнул топонимы Кони (Hippus), Столица (Capitolias) и Скифопроль (Scythopolis), которые, вполне может статься, и возникли в результате того переселения.


К тому ещё добавлю, со слов, опять же, Дьяконова и его книги (стр. 253), что ассирийцы манейцев переселили на те сирийские и палестинские земли, откуда параллельно выселили местное население. При этом плестинцев и сирийцев ассирийцы выселили на земли тех самых манейцев.

Случилось же та «рокировка» народов в первой половине VII в. до н.э.

◈◈◈


[Вāдж. 8.40]

сӯрйа бхрāджищт̣ха бхрāджищт̣хаствандевещваси бхрāджищт̣хохамманущйещу бхӯйāсамъ 40

Суражь, Блещущий:

самый блестящий ты среди богов есть,

самый блестящий я среди людей да буду!

◇◇◇

То, что эти слова изрекает царь, обсуждения, полагаю, уж не требует. При этом, однако, совершенно не понятно, какой смысл Бый вкладывает в просьбу-пожелание стать самым блестящим среди всех людей: современников имеет в виду или вообще всех, кто когда-либо жил?

Задавшись этим вопросов в итоге пришёл к предположению, что коль его книга дошла до нас, то, скорее всего, и сам он получил то, чего просит-желает и в этом стихе, и в предыдущем. Т.е стал самым-самым среди всех царей тех времён и народов. А коль так, то его имя, в каком-либо виде, должно присутствовать не только в хрониках, летописях и сказаниях народов VIII—VII вв. до н.э., но просто обязано быть и ныне известным. Причём, широко известным. Возможно, даже, всемирно известным.

После чего, штудируя книги, посвящённые тем временам и народам, и стал обращать внимание на любую мало-мальски значимую личность, имевшую признаки царского достоинства и притяжение к землям от Палестины с Сирией до Мидии с Маной. Плюс у той значимой личности должны были быть два сына, старший и... младший. При этом младший должен был быть несколько необычным человеком.

А как стал обращать внимание на тогдашних царей и вождей, то с удивлением обнаружил, что приличных кандидатов на место той личности — всего ничего. Точнее — один.

Ниже его обязательно назову. Однако хотелось бы, чтоб читатель и сам напряг собственные извилины, параллельно чтению выискивая в памяти всемирно известную личность, подпадающую под приведённое выше описание. Я же тут подскажу, что личность та поминается и Библией, и Кораном, и с превеликим пиететом.

Тем самым хочу сказать, что Быева мечта-пожелание стать самым могучим и самым прекрасным царём среди всех земных царей, кстати, вполне естественная для любого земного царя всех времён и народов, а для царя арийского — сам Даждьбог, как говорится, велел, была исполнена.

Ибо заработал!

◈◈◈


[Вāдж. 8.41]

уду тйан̃джāтаведасандевам̇ваханти кетавах̣ | дрiше вишвāйа сӯрйамъ 41 

И вот ввысь Родоначальник,

бог, возносится лучами,

видел чтобы каждый солнце.

◇◇◇

Поначалу не планировал разбирать этот процитированный Быем рич, но случайно обратил внимание, что он находится в том же самом 50-м гимне первой книги «Ригведы», что и вышеразобранный. Только у этого рича в 50-м гимне порядковый номер 1, а у предыдущего — 3.

«Чего это, Нюрка?» (ц)

В смысле непонятно, почему Бый цитирует сначала третий рич, а следом первый? И почему проигнорирован второй?

Задумавшись над возникшим вопросом вдруг вспомнил пару специфичных ведийских ритуальных терминов АНУЛОМА и ПРАТИЛОМА, отсутствующие в «Белой Яджурведе», но пару-тройку раз помянутые в «Чёрной», посредством которых, как сообщает Быев сын в ЧЯ, и читаются ведийские тексты. При этом слово АНУЛОМА буквально означает «прямой волос», а ПРАТИЛОМА — обратный волос», что, полагаю, смутило ни одного санскритолога, не знакомого с ЧЯ. Где, по контексту, у «волоса» того и возникат смысл, аналогичный нашему «ход», в смысле «движение», Т.е. АНУЛОМА в ЧЯ — это «прямой ход» при чтении какого-либо текста, а ПРАТИЛОМА — «обратный ход».

Эти два термина и подсказали вероятную причину Быевой избирательности при чтении им этого и предыдущего ричей.

Эту пару антонимов, анулому и пратилому, можно даже назвать краеугольным камнем любого ведийского обряда, любому божеству адресованного, в зависимости от того, какая на небе луна, полная или новая, поскольку на новолуние то ли некий конкретный текст Веды, то ли вообще любой её текст читался ануломой-прямоходом, а в полнолуние — пратиломой-противоходом. Или наоборот. Тут не понятно, какой луне какая ЛОМА предназначена. Что на данном этапе личного саморазвития принципиальным не кажется. Зато сам принцип чтения то слева направо, то справа налево, то с начала к концу, то с конца к началу — ну очень интересен. Хотя бы из-за непонимания, по причине краткости тех яджуса, механизма чтения.

При первом же знакомстве с этими терминами появились несколько версий относительно их подноготной, самая интригующая из которых вращалась вокруг слова «чаромуть», порождённого ещё одним нашим непризнанным гением середины XIX в. Планоном Акимычем Лукашевичем (чьё имя широко известно лишь в узких филологических кругах, да, как ни странно, в Белорусской Академии КГБ, курсанты которой хоть и поверхностно, но всё же знакомятся с его трудами). Означает же слово «чаромуть», во-первых, мутацию слова, а через ту приобретение им новой формы, а во-вторых — способность истотного, т.е. древнего изначального слова читаться и справа налево, и слева направо.

Почему и в паре анулома-пратилома вижу один из видов чаромути.

При этом, ранее полагал, что пратилома и анулома — это та самая чаромуть, о которой и поведал Лукашевич, т.е. способность некоего текста читаться и от начала к концу, и от конца к началу. Однако знакомство с этим ричем, процитированным Быем, позволяет былое предположение пересмотреть и предположить ещё одну версию касательно ануломы и пратиломы: прямоходом гимн читался ни слева направо, но сверху вниз, от первого стиха к последнему; противоходом же гимн читался ни справа налево, но от последнего к первому.

В итоге не поленился и прочёл тот самый 50-й гимн РВ и сверху аниз, и снизу вверх. А потом и некоторые иные. И конфликта драйверов не случилось. Ибо и так, и этак те гимны читаются прекрасно.

Видимо, так и задумано было.

По некоторому же размышлению относительно ануломы и пратиломы в итоге пришёл к выводу, что те обе могут быть ни только «вертикальными», о чём выше и говорил, но также и «горизонтальными». Точнее не могут, но обязаны быть. Ибо каждая слоговица былой Слоговицы о том только что не вопит.

В любом случае, ну очень интересно девки Анулома с Пратиломой пляшут. Точнее хлопцы, поскольку оба слова мужского рода. Особо, когда натыкаешься на такие, например, слова ЧЯ, в переводе Кейта (3.4.8.4): «Они должны будет предложены в обратном порядке (ПРАТИЛОМАМЪ) тем, кто практикует колдовство... (They should be offered in inverse order by one who is practising witchcraft...).

◈◈◈


[Вāдж. 8.43]

ид̣е ранте хавйе кāмйе чандре джйотедите сарасвати махи вишрути | етā те⁰агхнйе нāмāни девебхйо мā сукрiтамбрӯтāтъ 43

Ида, Рада, Зова, Леля, Лунья, Света,

Мокошь, Берегиня, Великая Слава:

эти твои, о Корова, имена

богам [про] моё благодеяние да расскажут!

◇◇◇

Самая страшная тайна нынешних ведологии с санскритологией — это имя Ида (ИД̣Ā). Поскольку с одной стороны на него понаплетено и понавалено размером с Гималаи, а с другой не сказано главного, что Ида — это жена того самого Ману, который и продиктовал законы его же имени. Своему младшему сыну. А тот — прочим мудрецам. А те записали и в мир вбросили: Нате, живите и не грешите!

«Законы Ману» тут имел в виду.

Вот женой того самого Ману Ида и была.

А ещё её звали Бабой.

Возможно при Бабе-Иде и случилась «бабовщина», коя ныне матриархатом по-умному именуется. Поскольку была та Ида женщиной ну совершенно... неземной. При этом говорю тут в прямом смысле слова «неземная». Ибо пришла внезапно и непонятно как, а возможно даже приземлилась, побыла тут немного, походила там-сям, след свой везде оставляя, при этом неким «жиром» сочащийся, потом вышла замуж за Ману, потом родила ему двух сыновей, старшего и... младшего, а меж ними и трёх дочерей, и... улетела. Видимо туда же, откуда прилетела. На память о себе кучу сказок оставив. В том числе и про бабовщину.

Именно Иду неосознанно имеют в виду различные нынешние «дэны брауны», когда рассказывают своему читателю про Марию Магдалину, родившую от Иисуса Христа то ли одного, то ли нескольких сыновей, потомки которых и стали королями европейских государств. Ибо логично догадываются, что те короли, как минимум меровинги, людьми были не простыми. Но поскольку те дэны и брауны Исаию и его Еммануила осилить не смогли, то и вывели тех же меровингов от Иисуса и Магдалины. Что лично у меня неприязни не вызывает. Ибо в подобных щекотливых случаях вспоминается вопрос Г. А. Глинки к своему читателю: «Но лучше ли ничто, нежели что-либо?» У дэнов же тех и браунов и наблюдаю это глинковское «что-либо». Внешне, правда, выглядящее как альтернативщина, однако, тою не являющееся. Ибо есть Исаия и есть его даже не пророчество, но констатация, озвученная им во времена, когда Ассирия доживала последние дни: «Ибо младенец родился нам — Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира».

Так Исаия поведал о рождении младшего сына Иды и Быя. Не сказав, при этом ни слова, о старшем. За что мы ему пенять не станем: раз не сказал, значить имел основания не говорить.

Каким было ведийское имя старшего сына Иды и Ману однозначного понимания не имеется. Скорее всего — Маричи (МАРӢЧИ). Но не факт. А вот относительно имени их младшего сына вопросов нет: по-ведийски его звали Бхригу (БХРIГУ). Видимо в честь древнего пророка, добывшего благодатный огонь.

Оба сына Иды и Ману были хорошо известны древним историкам разных народов, от кельтов и до арабов, но под разными именами. Арабские, например, раннесредневековые летописцы и историки старшего звали Хазаром, а младшего — бойся читатель! — Русом.

В чём и заключается самая страшная тайна нынешней ведологии в целом и имени Ида в частности. Как и таинственного «острова Руса», неоднократно поминаемого арабскими историками. Вот, например, цитата из сборника «Откуда есть пошла русская земля...» (М. 1986, том II, стр. 568-569), со ссылкой на анонимного арабского летописца XII в.: «Рассказывают также, что Рус и Хазар были от одной матери и отца. Затем Рус вырос и, так как не имел места, которое ему пришлось бы по душе, написал письмо Хазару и попросил у того часть его страны, чтобы там обосноваться. Рус искал и нашел место себе. Остров не большой и не маленький, с болотистой почвой и гнилым воздухом; там он и обосновался. Место то лесистое и труднодоступное, и никогда ни один человек не достигал того места...».

Ну да о том острове будет ещё повод поговорить.

Имя Рус, как ни странно это звучит, было весьма распространённым в те века. О чём говорят хотя бы имена четырёх царей Урарту — Руса.

Произошло же имя Рус от слоговицы РУЧ, означающей «свет солнца». Откуда и наше русый, «светловолосый». Кое изначально означало «подобный солнцу». Т.е. подобный Индре-Даждьбогу. И эта трактовка имени Рус среди прочего говорит о том, что старший брат Руса вполне мог иметь имя Маричи (МАРӢЧИ), означающее, по словарю Кочергиной, «луч света» (и что Эггелинг разово переводит как «солнечные пылинки» (sun-motes; ШП 6.1.2.2)). Хазар же, очевидно, — это более позднее и обобщающее прозвище старщего Быева сына.

Коль же кто из читателей ненароком покривится от привязки арабского имени или прозвища Хазар к Иде и Ману, тому сообщаю, по-секрету, что имя Ида особо любимо и почитаем̲а не суть что евреями, но именно иудеями.

В чём и заключается самая страшная тайна уже... идиша и иврита.

Эпитет же Иды Великая Слава (МАХИ ВИШРУТИ), даже если тут ни один, но два разных эпитета, — это уже самая страшная славянская тайна. Поскольку именно в её честь потомкам Руса, сплошь князьям и царям, стали давать имена с окончанием на «-слав», типа Ярослав.

Акцентирую: имя на «-слав» мог иметь только лишь потомок божественной Иды-Славы. И никто иной.

Тем самым подвожу читателя к более-менее спокойному восприятию следующего личного вывода, который без вышеизложенных подробностей мог бы показаться натяжкой: в этом яджусе Бый обращается ни суть что к богине по имени Ида, но именно к собственной супруге, Славе, на тот момент уже покинувшей его.

Да и кто лучше супруги может знать благодеяния супруга?

И что Бый Иду в своей просьбе называет Коровой (АГХНЙĀ) — нас смущать не должно, ибо тогда подобное обращение к женщине соответствовало нашему «о богиня!».

Сам же Бый, как уже догадался проницательный читатель, и есть тот самый Ману, который через сына Руса и завещал нам «Законы» своего имени. И кои я, по сельской простоте, переложил на русския язык как «Быева Правда». Тем самым передав привет «Русской Правде» или, иначе, «Ярославовой Праде», сложенной одним из потомков Иды, о чём гласит «-слав» на конце имени того Мудрого князя, и завещанной им уже его потомкам.

◈◈◈


[Вāдж. 8.60]

девāндивамаганйаджн̃астато мā дравин̣амащт̣у манущйāнантарикщамаганйаджн̃астато мā дравин̣амащт̣у питрɪ̄нпрiтхивӣмаганйаджн̃астато мā дравин̣амащт̣у йан̄кан̃ча локамаганйаджн̃астато ме бхадрамабхӯтъ 60

К богам Сварги понеслось славление:

там меня [их] силой наполнит пусть!

К людям междумирья понеслось славление,

там меня [их] силой наполнит пусть!

К отцам земным понеслось славление:

тут меня [их] силой наполнит пусть!

И в какой бы мир [ни] явилось славление,

там мне благо было!

◇◇◇

Здесь во второй и третьей строках усматривается, ошибка переписчиков: в междумирье обитают предки, они же отцы, а на земле-протеве — люди. О чём и выше, и ниже говорится неоднократно. Что, впрочем, не отменяет смысла сказанного яджусом: в какой бы мир ни явилось Быево славление, т.е. жертва-яджна, везде оно для него добывает благо (БХАДРА) и иные ценности (ДРАВИН̣А).

С учётом же того, что Бый, как уяснили выше, — царь, причём безуспешно выискивающий премудрого и родовитого книжника-брахмана, то и в этих благах и ценностях вижу всё что угодно, но исключительно духовного и иже с ним порядка. То есть нечто нематериальное.

А кроме того этот яджус позволяет продолжить тему Иды-Славы через ведийское слово яджна (ЙАДЖН̃А), имеющее значение, по словарю Кочергиной, «1) набожность, благочестие 2) почитание, благоговение 3) жертва 4) жертвоприношение», и которое и тут, и далее частенько перевожу как «славление», при этом имея в виду «ритуальное славление», т.е. ведийскую жертву.

«Славлением» же перевожу ведийское «яджна» по той причине, что слово ЙАДЖН̃А произошло через ЙАДЖ от ИДЖ. Что знал ещё в начале XX-го века отечественный санскритолог, профессор Киевского университета и автор «Учебника санскритского языка» Ф. И. Кнауэр.


С подсказки Кнауэра и вывел, лично уже, это ИДЖ из слоговицы ӢД̣, имеющей значение, по словарю Кочергиной, «1) восхвалять, превозносить 2) умолять, взывать к кому-л. (Вин.) о чём-л. (Вин., Дат., Род.)». Для чего, однако, пришлось и эти значения, и значения некоторых иных слов сначала мелко пошинковать, затем запихать в миксер, потом тщательно перемешать, после чего на выходе и получить вкуснейший коктейль в виде глагола «славить». Вот те ингридиенты из Словаря Кочергиной: «ИД̣ ж. — 1) услада, отрада 2) молитва (при жертвоприношенӣ)»; «ИД̣Ā ж. — 1) земля 2) имя соб. мать Пурураваса»; «ӢД̣ЙА* (пб. от ӢД̣Ъ) — который должен быть прославлен, прославляемый».

Из слоговицы ИД̣, «славить», вывожу и ведийское имя супруги Быя Ида, которую в просторечии звали Славой. Поскольку Ида по-русски — Слава.

Старшего же сына Быя и Славы, чьё ведийское имя, скорее всего, Маричи и которого арабские историки называли Хазаром, славяне и славящие звали Севой. И имя это, ныне почитаемое русским, на самом деле ведийское, ибо возникло от СЕВĀ — «1) служба; прислуживание 2) почитание 3) преданность 4) применение 5) наслаждение».

От Севы произошли венды, коих славяне называли северцами или северянами. А возможно и готы от Севы род вели.

Впрочем, под словом «произошли» не имею в виду, что именно Сева породил вендов и готов, но имею, что летописные северяне получили своё название ни от стороны света, но по имени старшего сына Быя. Вендами же северян называли по имени царя ариев Венда, унаследовавшего царский венец Севы. Т.е. смысловой разницы между названиями северцы-северяне и венды нет. Это одно племя. При этом сам Венд хоть и был царского рода, т.е. потомком Быя, но вот потомком Севы он не являлся. Поскольку у Севы детей мужского пола не было. Откуда и вопрос в студию, т.е. тебе, уважаемый читатель: чьим потомком был тот Венд, коли у Быя было всего два сына, из которых у старшего своих сыновей не имелось?

Время пошло...

А я рассказываю дальше.

В 628 г. до н.э., или накануне, Бый покинул этот мир. Подробности чего мне не известны. Но известно, что накануне он находился в Голанских высотах при двух горных вершинах, именуемых Комонями (Кони), названных так, скорее всего, в честь Ашвинов-Комоньшцев, почитавшихся ариями адхварью (жрецами ЯВ) среди богов.

После его смерти арии разделились на две части: славящих и будущих славян. Славянами же последние назовутся спустя аж 52 года, до того некоторое время побыв под каким-то иным именем, которое «отец истории» по-гречески зафиксировал для нас как «каппадокийские сирийцы». После раскола большую часть рода, т.е. славящих, возглавил Сева, а меньшую — Рус. За Севой последовали, полагаю, три из пяти арийских родов, а за Русом — два, один из которых был «безбожным». Первые с Севой во главе и вслед за вавилонянами пошли на Египет, союзника разгромленной Ассирии, а вторые вместе за Русом, ведомым, как сказано, богами, отправились в Каппадокию, занимавшую северо-западную часть Малой Азии, а ныне Турции.

Впрочем, касательно исхода «безбожных ариев» есть и ещё версия. Те сначала могли пойти за Севой, а потом, по неясной причине, оставить его и перебраться к Русу. И Рус принял их, из практических соображений (ибо каждый меч был на счету), выделив им для проживания регион, располагавшийся по соседству с Каппадокией, т.е. к юго-западу от Арарата, где находился сам Рус. Хотя вполне может статься, что те не испрашивали ни у кого какого-либо разрешения, а просто поселились там, где хотели. Ибо в плане борзоты и воинственности стоили прочих четырёх родов.

То пребывание «безбожных ариев» в М. Азии сохранилось в турецкой топонимике и поныне, под названием Анталия (у греков Анатолия), поскольку прочие народы и племена «безбожных ариев» называли антами.

А так и разошлись Сева с Русом. По причине различного толкования одного из Быевых предсказаний.

Выводил же славящих из Египта царь Венд. О чём нашёл запись в британской энциклопедии «Кельтика», где Венд сын Бастаров по-кельтски назван Фениус Фарса, т.е. Веня Барсов. Вот те слова.

〈〈...Согласно этим «историкам», первым ирландцем был... скиф по имени Фениус Фарса. Будучи свергнут со своего трона, он отправится в Египет, где его сын Ниул женился на дочери правившего тогда фараона. Дочь фараона звали Скота, и у нее родился сын по имени Гоидел, прапраправнук которого носил имя Эбер Скот {примечание переводчика: «Скот (англ. Scott) - скотт, т.е. шотландец»}... Затем Фениус со своим семейством и кланом был изгнан из Египта за то, что отказался участвовать в избиении младенцев Израилевых, и долгих сорок два года скитался по Африке. Дорога странствий привела его к «алтарям филистимлян, к озеру Озириса». Затем, пройдя между Русикадой и холмистыми землями Сирии, клан Фениуса отправился в странствие по Мавритании, пока не вышел к Геркулесовым столбам. Оттуда будущие ирландцы переправились в Испанию, где прожили много лет, постоянно «плодясь и размножаясь»...〉〉

А ещё «Кельтика» гласит, что будущие ирландцы и шотландцы пришли на североафриканские «холмистые земли Сирии» и «Русикады» ни абы откуда, но именно из поверженной греками Трои. Т.е. ирландцы и шотландцы, по «Кельтике», — это потомки выживших троянцев. Ну да это так, для информации. Да чтобы параллельно подчеркнуть один смущающий меня момент той хронологии: гибель Трои и обретение ариями вече случились практически в одно время: второе — в 1128 г. до н.э., а первое, как считается, — около 1200 г. до н.э. Почему с учётом данных «Кельтики» и не исключаю связи между этими двумя географически разными событиями.

Впрочем, «Кельтика» рассказывает лишь об одной ветви вендов, «испанской», которая и дала начало кельтам, в целом, и ирландцам с шотландцами, в частности. А была ещё и «итальянская» ветвь вендов, либо давшая начало этрускам, либо вдохнувшая в протоэтруссков новую силу.

Тем самым говорю, что обе венедские ветви, «испанская» и «итальянская», имеют своё начало в... Карфагене. Где в те времена, по словам «Кельтики», была и «Русикада», и даже «холмистые земли Сирии». Что меня ни разу не удивляет. Особенно Сирия под Карфагеном. С подтекстом Голаны. Ибо помнили, откуда пришли.

Так что обе венедские ветви, что «испанскую», что «итальянскую», можно считать потомками Иды-Славы. А славян — сам Даждьбог велел. Ибо в то же самое время, когда Беню-Веню-Венда Бастаровича вместе с его родом изгоняли из Египта, его дед и младший сын Быя Рус со своей частью рода находился в другой «Сирии», каппадокийской, в пределах г. Арарат, обратив свой взгляд на север, в сторону Кавказских гор, пытаясь понять, как лучше и безопаснее пройти и горы те, и недружелюбное их население. Да и начал, как сказано, «творить конницу великую». На что ушло у него ровно 50 лет. После чего двинулся с родом на север. И за два года миновали Кавказ, точнее «мечами прорубились», и дошли до Днепра. На берегу которого и услышали имя своё, «славяне», произнесённое Русу кем-то из богов, скорее всего Индрой-Даждьбогом.

Таким вот, вкратце, был 52-летний исход будущих славян из Голан на земли будущей Руси, длившийся с 628 по 576 гг. до н.э.

Примерно через 400 лет после раздрая между славящими и славянами, во времена какого-то из египетских Птолемеев, семьдесят тамошних еврейских толковников то ли по забывчивости, то ли по умыслу какому списали их Моисея с двух разных персон арийских, однозначно, кровей: из которых первый «Моисей» — это Венд Бастарыч, 42 года водивший славящих по северо-африканской пустыне, а второй — Рус Быич, 50 лет сидевший у подножия Арарата, а потом два года ведший будущих славян через Кавказ до Днепра.

А ещё через тысячу лет значительная часть вендов, противившаяся христианизации, двумя потоками переберётся из Европы на Русь. Первый, более ранний поток, осядет на землях Новгорода, а второй на Черниговщине. Первых русские назовут «словене», дабы те помнили, что они не славяне, а вторых «северцы», по той же причине.

Теперь их потомки себя чистокровными русаками почитают. Вот только «благородные» удлинённые носы выдают северское происхождение, как и специфичная «очистость».









На последней фотографии видим российского лётчика времени 1-й Мировой войны А. Прокофьева-Северского, чьи фамилия и лицо и побудили обратить пристальное внимание на лица сородичей и окончания их фамилий. А опосля и выводы сделать.

Ниже привожу ещё один лик, для контраста и последующего понимания внешнего отличия руса (славянина) от потомков вендов-северцев-словен (славящих).


Откуда и предположение: старший сын Быя, Сева, выглядел примерно также, как А. Прокофьев-Северский, а младший его сын, Рус, — как лик на репродукции.

Из чего возникает и такое ещё предположение (основанное на социологической диссертации, имя автора которой, по прошествии двадцати с лишним лет с момента знакомства, я забыл): Сева был больше похож на отца, Быя, а Рус — на мать, Иду-Славу (ибо сказано было тем диссертантом, точнее доказано (посредством анализа большого числа родословных и соответствующих изображений, от картин до фотографий), что старший ребёнок, вне зависимости от пола, является «продолжением» отца, а второй — матери, (третий вбирает от родителей поровну, а четвёртый-пятый-шестой и т.д. повторяют первого-второго-третьего)).

И подобная внешняя разница лиц между сородичами меня не смущает. Хотя бы потому, что мой отец (третий ребёнок в семье) был похож на лик с репродукции, а вот его двоюродный брат (первый ребёнок в семье) лицом мало отличался от Прокофьева-Северского. При этом оба были потомственными старообрядцами (как и вся та деревня, расположившаяся на стыке Смоленской, Брянской и Калужской областей).

Задумавшись о несходстве лиц у отца и его кузена в итоге пришёл к выводу, что это те самые венды, ставшие в той части Руси северцами, когда-то... «наследили» в их селеньи. Ибо себя жители отцова села и поныне почитают потомками вятичей.

Летописных же вятичей, как и сопрягаемых с ними радимичей, историки, на основании записи одной из летописей, считают переселенцами из западно-славянских земель. Что как может быть, так может и не быть. Однако сам не вижу каких-либо оснований так считать. Напротив, полагаю вятичей прямыми потомками самых первых славян. К чему имею некое количество доводов не только былинно-сказочного, но и археологического характера. Жаль только, что нет возможности сравнить глиняные черепки былых горшков вятичей с хоть какими черепками горшков ариев. Поскольку, как сказал один археолог, «мы до сих пор не обнаружили ни единого черепка посуды ариев».

Завершу же этот экскурс вариантом расшифровки имени Венд, возникающим на основе данных словаря Кочергиной. При том что слов с ‐ВЕНД‐ ни в словаре, ни в текстах Веды нет. Что меня не расстроило. Ибо помню о «любви» ведийской А превращаться в русскую «е», точнее в старо-русский Узкий е, Є. Поэтому ищу слова на ‐ВАНД‐. И вижу такую слоговицу, означающую, по словарю Кочергиной: «1) восхвалять 2) приветствовать 3) почитать». Что Гильфердинг дополняет своим «кланяться». А где «восхвалять», там и «славить». Откуда и получается, что венды — это «славящие».

А так вот, скорее всего, и вознико название «словене»: ВАНД → венд → славящий → словен.

Кстати говоря, в английском языке есть слово wand, среди прочего означающее «жезл» или «скипетр», то есть атрибуты верховной власти, что очень подходит тому, чьё имя было Венд (Веня, Беня, Фениус). Тем более что рядом с wand наблюдаю прелюбопытное wander, означающее, по словарю Мюллера: «1. v. 1) бродить; странствовать, скитаться (тж. wander about/around) ⟡ This man was found wandering about with no money or papers 2) блуждать (о мыслях, взгляде и т.п.) 3) заблудиться ⟡ to wander out of oneʹs».

Перемешав же между собой смыслы ведийской слоговицы и этих английских слов на выходе получаю, что венды — «славные бродяги».

◈◈◈


[Вāдж. 8.61]

чатустрим̣шаттантаво йе витатнире йа⁰имам̇йаджн̃ам̐ свадхайā даданте | тещāн̃чхиннам̣ самветаддадхāми свāхā гхармо⁰апйету девāнъ 61

Тридцать четыре нити, кои вытянули,

[те,] кто это славление со «свадхой» дают,

их перерезаю,

и это кладу со «славой» в котёл;

да идёт к богам!

◇◇◇

Тут у меня нет слов. Вообще! Все слова яджуса понятны, но о чём Бый говорит — непонятно.

Впрочем, немного подсказал Яджнавалкья в ШП (5.3.4.23): «Из тех тридцати четырёх тридцать три — это боги, Праджапати — тридцать четвёртый; так [Бый] оного Праджапати творит.»

Откуда получается, что 33 — это буквы азбуки, а 34-й — Бог Род. Однако понятней ненамного стало.

Плюс у него же есть и ещё подсказки (ШП 5.1.2.10-13): «10. Он (адхварью) затем исполняет семнадцать (прочих) кубков сомы, а (нещтар) ― семнадцать кубков суры (спиртной напиток), ибо Праджапати принадлежат эти два (сока) растений, а именно сомы и суры; из тех двух сома ‒ это истина, процветание, свет; а сура ― неправда, страдание, тьма: и эти (соки) растений тем самым он выигрывает; ибо тот, кто жертвует ваджапею выигрывает всё здесь, так как он выигрывает Праджапати, а Праджапати действительно всё здесь. 11. И вот почему он исполняет семнадцать кубков сомы; Праджапати — это семнадцать, Праджапати — жертва: как велика жертва, как велика её мера, тем так он выигрывает свою истину, своё процветание, свой свет. 12. И вот почему он исполняет семнадцать кубков сурыньи; семнадцать ‒ это Праджапати, Праджапати ‒ это жертва: как велика жертва, как велика её мера, той величиной он покоряет свою неправду, своё страдание, свою тьму. 13. Эти два кубка равны тридцати четырём, ибо есть тридцать три бога, а Праджапати ‒ тридцать четвёртый: так он побеждает Праджапати.» (10. He (the Adhvaryu) then draws seventeen (other) cups of Soma, and (the Neṣṭṛ) seventeen cups of Surā (spirituous liquor), for to Prajāpati belong these two (saps of) plants, to wit the Soma and the Surā; ― and of these two the Soma is truth, prosperity, light; and the Surā untruth, misery, darkness: both these (saps of) plants he thereby wins; for he who offers the Vājapeya wins everything here, since he wins Prajāpati, and Prajāpati indeed is everything here. 11. Now as to why he draws seventeen cups of Soma; ― Prajāpati is seventeenfold, Prajāpati is the sacrifice[5]: as great as the sacrifice is, as great as is its measure, with that much he thus wins its truth, its prosperity, its light. 12. And why he draws seventeen cups of Surā; ― Prajāpati is seventeenfold, Prajāpati is the sacrifice: as great as the sacrifice is, as great as is its measure, with that much he thus wins its untruth, its misery, its darkness. 13. These two amount to thirty-four cups; for there are thirty-three gods, and Prajāpati is the thirty-fourth: he thus wins Prajāpati.).

◈◈◈

∎∎∎


ГЛАВА 9


[Вāдж. 9.5]

индрасйа ваджроси вāджасāствайāйам̣вāджам̣ сетъ | вāджасйа ну прасаве мāтараммахӣмадитиннāма вачасā карāмахе | йасйāмидам̇вишвамбхуванамāвивеша тасйāнно девах̣ савитā дхарма сāвищатъ 5

Даждьбога перун ты, ВĀДЖАСĀ:

с тобою этот [имярек] ВĀДЖЕМ да станет!

ВĀДЖИ же по-побужденью

мать великую, Мокошей именуемую, Словом творим;

на чьей [речи] в этом [мире] всё сущее явлено,

на той нам бог Святовит закон и объявил.

◇◇◇

Яджус этот весьма информативен, поэтому хотелось бы понять его максимально точно. Но ВĀДЖА не пущает. И так я к нему, и этак, но тот — как скала. Весь лоб в итоге расшиб, но точного слова для определения ВĀДЖИ так и не сыскал. При этом понимая, что за ВĀДЖЕЙ кроется некая филология, нечто, имеющее отношение к слову. Но что именно, тем более конкретно и однозначно — неясно. И словарь тут помощь не оказал, хоть и даёт кучу определений: «1) сила 2) быстрота, выносливость (коня) 3) состязание 4) борьба 5) победа 6) награда, вознаграждение (в состязанӣ , борьбе) 7) пища (тж. жертвенная) 8) добыча 9) вода 10) шум воды 11) звук; тон 12) крылья 13) оперение павлина», из которых наиболее интересными кажутся «10) шум воды» и «11) звук; тон».

В итоге решил, что ВĀДЖАСĀ — это иное название тысячи первых слоговиц, общее для всей тысячи и являющееся синонимом названия «Тысяча» (САХАСРА). А ВĀДЖА — это состовная часть ВĀДЖАСЫ, т.е. любая слоговица той «Тысячи», а по-умному — «базовый корень».

Иными словами, ВĀДЖАСĀ — это как бы азбука, а ВĀДЖА — как бы буква. Только относительно слогов. Почему ВĀДЖАСУ иной раз буду именовать «Слоговицей», а ВĀДЖУ — слоговицей. Без кавычек же и с заглавной буквы — Слоговица — буду именовать сам ведийский язык, то бишь санскрит.

Вот эта-то Ваджаса-»Слоговица» и названа тут ИНДРАСЙА ВАДЖРА — «Даждьбожий перун». Ибо ВАДЖРА — это «1) молния 2) громовая стрела, перун Индры 3) алмаз». На основе слова ВАДЖРА Индре-Даждьбогу и был присвоин эпитет ВАДЖРИНЪ, «Владеющей ваджрой», а по-русски — Перунько, ибо ВАДЖРА — это именно «перун», то есть некое оружие, напоминающее молнию. Переводят же ВАДЖРУ то «молнией», то «громовой стрелой», то «дубиной грома». Я эти изыски игнорирую в пользу «перуна».

Творит же перуны, как пояснено в ЧЯ, бог Перун-Твастер (ТВАЩТ̣АРЪ). Но поскольку санскритологи, включая составителей словарей, ЧЯ не читают, то отсылки к Тващтару-Твастеру-Перуну, как творцу ваджр-перунов, мы не видим. Как и многого другого, что разжёвано в ЧЯ, но отсутствует в словарях. Где, например, вскользь говорится о двух ликах или головах матери богов Адити-Мокоши. Да с «приветом» между словами нашему двуглавому орлу.

В этом же яджусе Бый называет Великую Матерь Адити ВАЧАСĀ, имеющем, по словарю Кочергиной, следующие смыслы: «1) слово 2) речь 3) обозначение 4) грам. правило 5) грам. число 6) совет 7) приказ». То есть эпитет ВАЧАСĀ означает, скорее всего, именно Слово, ибо произошёл от слоговицы ВАЧ, «говорить». При этом, сказав НĀМА ВАЧАСĀ (именуемая Словом), следом Бый говорит: «йасйāм-идам̣-вишвам-бхуванам-āвивеша» — «на которой это всё бытие (=вся вселенная) ĀВИВЕША». Последнее слово Гриффит перевёл по контексту как «обосновалось» (hath settled), а я по чуйке как «явлено». При том что ĀВИВЕША произошло от слоговицы ВИШ, означающей «1) входить, вступать 2) опускаться, садиться 3) отправляться 4) подниматься 5) попадать в (Вин.) 6) выпадать на долю 7) возвращаться 8) успокаиваться».

Т.е. это предложение Гриффит и я поняли по-разному. Вот его перевод: «При обретении богатства мы поздравляем похвалами её, Адити по имени, могущественную Мать, на которой эта вселенная жизни обосновалась.» (In gain of wealth we celebrate with praises her, Aditi by name, the Mighty Mother, On whom this Universe of life hath settled.). Из чего видим, что Гриффит понимает эти слова как возникновение вселенной на Адити. Я же понял эти слова как сотворение всего и вся во вселенной посредством некоего Слова, причём того самого, что «Вначале было», кое тут и названо Мокошью-Адити.

После чего Гриффит переводит: «На этой бог Савитар укрепит наше обитание!» (Thereon God Savitar promote our dwelling!). Имея в виду под «На этой» и Адити, и вселенную, а ДХАРМУ, исходя из получившегося смысла, перевёл как некое «обитание» (dwelling). И в целом складно вышло. Если бы ни одно «но»: нет у ДХАРМЫ подобного смысла. Но есть следующие: «1) состояние (душевное) 2) мораль, нравоучение 3) религиозное предписание 4) совесть 5) добродетель 6) справедливость 7) долг, обязанность 8) закон 9) природа, сущность; характерная черта 10) Дхарма, религия, вера 11) имя соб. мудрец, один из Праджапати 12) имя соб. см. йама». Почему перевожу ДХАРМУ как «закон». «Дхарму Ману» при этом имея в виду, то есть «Законы Ману». Кои Ману ни сам придумал, но от кого-то услышал. А от кого — поясняет последняя строка, которую в пространном переводе так можно изложить: На том [языке, которым Мокошь-Адити всё тут явила] , на нём же нам [=мне] бог Святовит свои законы и объявил».

А кроме того возникло подозрение, что Святовит-Савитар и есть этот таинственный ВĀДЖА. Ибо только Святовит именуется по эпитету Побудитель. А тут вдруг видим «вāджасйа ну прасаве» — «Ваджи же по побуждению».

Пришлось пробежаться по всей этой «Жереведе», дабы однозначно выявить наличие или отсутствие связи между Святовитом-Савитаром и Ваджей-Слоговицей.

И вот результат поиска. Слово «побуждение» (ПРАСАВА) и эпитет Побудитель (ПРАСУВА) в восьми случаях из десяти связано с именем Савитар, в остальных с Ваджей. Плюс ПРАСАВА разово привязано к Марутам, что на фоне нескольки десятков случаев его употребления можно считать статистической погрешностью.

В итоге допустимо констатировать, что Савитар-Святовит = Ваджа-Слоговица = побуждение к действию.

Кстати, поговорка «шило в жопе» — о том же. Тут только нужно постоянно помнить про верных и неверных ленинцев из известной юморески М.Н. Задорнова. Т.е. про Истинного Побудителя и Лукавого. А так само по себе это шило — предмет исключительно позитивный. Даже когда результат печальный.

И до кучи филологический вопрос в эфир, в смысле в никуда, который мучает меня уже десяток лет и ответа на который до сих пор не имею: какой язык ближе к современному русскому — санскрит или язык новгородцев времени христианизации? А для примера приведу пару русских, как бы, слов, которые подобрал у известного филолога рубежа XIX—XX вв. А. В. Старчевского в его «Словаре древнего славянского языка», составленном, как сказано на титульном листе, «по ОСТРОМИРОВУ ЕВАНГЕЛIЮ». Вот те совершенно русские по внешнему виду слова: РѢПИЙ и РѢЯНИѤ, плюс ОСТЬНЪ и ОСТЬНЬ. А если современной орфографией, то «репий» и «реяние», плюс «остен» и «остень». Русские же слова? — спрашиваю. Да однозначно! — ответит любой. И будет совершенно прав. Покуда на перевод не посмотрит. А там: «РѢПИЙ м. побужденiе, поощренiе»; «РѢЯНИѤ ср. побужденiе, влеченiе, увлеченiе»; «ОСТЬНЪ, ОСТЬНЬ ср. побужденiе, поощренiе».

Откуда и сам вопрос: что более... нерусское: ПРАСАВА или РѢЯНИѤ и ОСТЬНЬ?

Прикол же вопроса в слоговице, на которой возникло ведийское ПРАСАВА (которое и я и Гриффит, и прочие переводим как «побуждение», чего, однако, в словаре Кочергиной нет; зато есть «1) выжимание сомы 2) рождение 3) роды 4) место рождения 5) потомок, отпрыск 6) мн. потомство 7) причина», что и позволяет выявить слоговицу, породившую ПРАСАВУ). И слоговица та — СУ, изначально имеющая значения «выжимать, выдавливать», а затем «1) побуждать, подстрекать 2) обладать силой или верховной властью». Эта-то СУ породило и наше «ссу» с «ссать», означающие «выжимать из себя», и ведийское ПРАСАВА, «выжимание сомы», в частности. Ну и роды те, да с потомками их и отпрысками.

Тем самым говорю, что ведийское ПРАСАВА возникло на совершенно родном корне, пардон, слоговице, и является если и не синонимом, то однозначно сородичем куче наших слов типа «ссыкотно», тогда как внешне русские синонимы ведийской ПРАСАВЫ РѢПИЙ с РѢЯНИѤМЪ и ОСТЬНЪ с ОСТЬНЬЮ непонять откуда взялись, на чём образовались и куда, когда и почему делись. Отчего и забылись.

Ибо вряд ли были именно русскими словами. Скорее венедскими.

◈◈◈


[Вāдж. 9.6]

апсвантарамрiтамапсу бхещаджамапāмута прашастищвашвā бхавата вāджинах̣ | девӣрāпо йо ва⁰ӯрмих̣ пратӯртих̣ какунмāнвāджасāстенāйам̇вāджам̣ сетъ 6

Вод внутри — бессмертие,

в водах — [любое] лекарство:

и также вод при прославлении, о кони, станьте ВĀДЖИНАМИ!

О Божественные воды, каков ваш поток —

стремительный, высокий, ВĀДЖАСЫЙ —

таким и этот [имярек] ВĀДЖЕМ да станет!

◇◇◇

Этот яджус является продолжением предыдущего. Связывает их предложение «айам̣-вāджам̣ сетъ» — «этот [имярек] ВĀДЖЕМ да станет!». Причём под имяреком Гриффит видит жертвователя (ЙАДЖАМĀНА) или заказчика жертвы (ЙАДЖН̃АПАТИ), ради которого, по его мнению, Бый и творит некий обряд. Я же не исключаю, что тут во всех случаях Бый говорит о себе, наглядно на собственном примере демонстрируя зрителю\зрителям как всё то должно быть.

Впрочем, покуда это не факт, но лишь предположение.

Зато с конями этими худо-бедно, но всё понятно. Как и с коровами теми. И колесницами их. Ибо и то, и это и третье — сплошная филология «Слоговицы»: либо буквы и слоги, либо иные члены предложения. Но однозначно не кони-коровы-колесницы в обычном понимании. Как и словосочетание «божественные воды» (ДЕВӢХ̣ ĀПАХ̣), которые не есть наши воды, но суть некие вселенские или космические. Возможно даже — поминаемая выше Рай-река.

А вот что кроется за словами «таким и этот [имярек] ВĀДЖЕМ да станет!» — однозначного понимания у меня нет. Несмотря на кой-какое появившееся понятие слова ВĀДЖА. Ибо в некоторых случаях, как в этом, от ВĀДЖИ веет нашим прилагательным славный.

И вот несколько примеров использования слова ВĀДЖА в ЧЯ и ШП:

сомāйа вāджине шйāмāкам̣ чарум̣ нирвапетъ (ЧЯ 1) — Соме-Ваджине просяную кутью жертвует.

аннам̣ ваи вāджах̣ (ЧЯ 5, ШП 13) — [очищенная] пища ибо ВĀДЖА.

мāсā ваи вāджāх̣ (ЧЯ 1) — месяцы ибо ВĀДЖА.

агнир-вāва вāджӣ (ЧЯ 1) — Агни воистину ВĀДЖИНЪ.

рiтаво ваи вāджино (ШП 1) — сезоны ибо ВĀДЖИНЫ.

рето вāджинам̣ (ШП 1) — семя — ВĀДЖИНА.

вӣрйам̣ ваи вāджāх̣ (ШП 1) — мужество ибо ВĀДЖА.

еща ваи вāджах̣ (ШП 1) — этот (Агни) ибо ВĀДЖА.

◈◈◈


[Вāдж. 9.10]

девасйāхам̣ савитух̣ саве сатйасавасо брiхаспатеруттаманнāкам̣ рухейамъ | девасйāхам̣ савитух̣ саве сатйасаваса⁰индрасйоттаманнāкам̣ рухейамъ | девасйāхам̣ савитух̣ саве сатйапрасавасо брiхаспатеруттаманнāкамарухамъ | девасйāхам̣ савитух̣ саве сатйапрасаваса⁰индрасйоттаманнāкамарухамъ 10

По бога я Святовита побуждению, истину искать побуждающего,

до Горнебога высшей сферы да вознесусь!

По бога я Святовита побуждению, истину искать побуждающего,

до Даждьбога высшей сферы да вознесусь!

По бога я Святовита побуждению, истины родителя,

до Горнебога высшей сферы вознёсся.

По бога я Святовита побуждению, истины родителя,

до Даждьбога высшей сферы вознёсся.

◇◇◇

Этот яджус напомнил фрагмент из юморески «Не понимаю!» М. Н. Задорнова, озвученной им в конце 80-х, по памяти: «Я не понимаю, кто такие «верные ленинцы». Ведь если есть верные ленинцы, значит есть и... неверные?»

Как в воду сатирик глядел: пятилетка не успела закончится, а верные ленинцы уже превратились в олигархов.

Это я к тому, что и сам тут и сейчас, как и Задорнов там и тогда, не понимаю, что значит «Истиный побудитель», как перевёл САТЙАСАВАСУ Гриффит. При этом понимая логику его перевода: САТЙА, «истина», + САВАСА, «побудитель» = «истинный побудитель» (true Impeller). Однако следом возникает вопрос: коль есть истинный побудитель, значит где-то имеется и неистинный?

Впрочем, у меня лично нет сомнений в наличии неистинного побудителя. Хотя бы потому, что есть четвёртая строка самого первого яджуса ЯВ, гласящая: «Да не властвуют над вами ни Сатана, ни Извратитель!». Кто-то из тех двух и подразумевается под тем «неистинным». Скорее всего второй, Извратитель, в котором подозревается Искуситель, который успел на тот момент искусить один из пяти арийских родов, причём, как понимаю, самый борзый их род, в смысле воинственный.

Однако сам слово САТЙАСАВАСА понял ни как «истинный побудитель», но как «тот, кто побуждает идти к истине». Разница, вроде как, и не принципиальная, однако в контексте этого яджуса весьма ощутимая. Ибо во второй его части видим слово САТЙАПРАСАВАСА, которое Гриффит перевёл аналогичным САТЙАСАВАСЕ образом, «истинный побудитель» (true Impeller). Т.е. не усмотрел разницы между этими слова. При том что она есть и весьма значительная, поскольку по словарю Кочергиной ПРАСАВА означает «1) выжимание сомы 2) рождение 3) роды 4) место рождения 5) потомок, отпрыск 6) мн. потомство 7) причина». Где меня более всего заинтересовало определение «рождение». Осмыслив которое на его основе и сделал свой перевод. И тот... заиграл. Точнее раскрылся. Пояснив между строк туманный язык яджуса. Например, сфера Брихаспати-Горнебога — это небесный мир, т.е. Сварга, а сфера Индры-Даждьбога — это междумирье, Ирий. Истина небесного мира — это «Самаведа», а истина междумирья — «Яджурведа». Словами «да вознесусь» Бый высказывает стремление не попасть в те обе сферы, но постичь их истину, их книги. А словами «я вознёсся» докладывает, что получил желаемое. Т.е. в каждой той строке при глаголе «возноситься» разумеется не физическое следование куда-либо, но умственное постижение чего-либо. Откуда в сферах тех, ибо НĀКА — это «1) небосвод 2) небо», а в частном случае — «небесная сфера», усматривается ни небесный мир или междумирье, но «наука», в целом, и одна из книг Веды, в частности. В связи с чем и возникло понимание, что Брихаспати-Горнебог соотносится именно с «Самаведой», а Индра-Даждьбог — с «Яджурведой». При том что их родитель (САТЙАПРАСАВАСА), он же и побудитель к их изучению (САТЙАСАВАСА) — это Савитар-Святовит.

Во сколько всего оказалось зарыто в этом внешне безынформативном яджусе.

После чего и пошёл смотреть ШП, как там её автор разобрал этот яджус. И выяснилось, что правильно я соотнёс «Самаведу» и «Яджурведу» со Сваргой и Ирием, поскольку Яджнавалкья начинает свой комментарий словами: «Он трижды поёт саман.» (hrice he sings the Sāman.), где под саманами имеет в виду гимны «Самаведы». После чего говорит, что к Брихаспати-Горнебогу обращается только брахман, а к Индре-Даждьбогу — кшатрий. За что и заработал от меня «Сенькс!», мол буду иметь в виду.

◈◈◈


[Вāдж. 9.13]

девасйāхам̣ савитух̣ саве сатйапрасавасо брiхаспатервāджаджито вāджан̃джещамъ | вāджино вāджаджитодхвана скабхнуванто йоджанā мимāнāх̣ кāщт̣хāн̄гаччхата 13

По бога я Святовита побуждению, истины родителя,

Горнебога, Обладателя ВĀДЖИ,

ВĀДЖУ да осилю!

О скакуны, о обладатели ВĀДЖИ,

пути прокладывающие и поприща отмеряющие:

к цели скачите!

◇◇◇

При кажущейся несложности текста на предпоследнем слове я прилично подзавис. Ибо нечаянно увидел в слове КĀЩТ̣ХĀ, через КѺЩТКА, имя Кощка. А следом припомнилось и бессмертное пушкинское «Там царь Кощей над златом чахнет...»

И не могу от этого имени отделаться. Поскольку оно порождает и такой вариант прочтения последней строки: «О скакуны, о обладатели ВĀДЖИ, о пути прокладывающие и поприща отмеряющие: до Кощки скачите!» При этом в Кощке видится некий брахман, поскольку выше, как помним, автор ШП пояснил, что к Брихаспати-Горнебогу мог обратится только брахман. А ещё а Кощке видится именно Бый. Который, как уже выяснили, был царём. То есть кшатрием. Почему и не мог обращаться к Горнебогу...

Поразмышляв немного над этим видением и его несуразицей в итоге решил, что всё это может быть, если следом предположить, что здесь описан обряд, во время которого Бый переходит из варны кшатриев в варну брахманов. Что не запрещалось. Более того, даже единыждырождённый, т.е. шудра, мог стать брахманом, было бы желание и способности. О чём говорит сам Бый в его «Правде», более известной под названием «Законы Ману».

С учётом же того, что в ШП этот и вышеприведённый яджус её автор разбирает в главе под названием «Раджасуя» (РĀДЖАСӮЙА), а само это слово означает, по словарю Кочергиной: «1) священное празднество при посвящении в цари 2) великое жертвоприношение при посвящении на трон великодержавного царя», то следом возникает предположение, что здесь, до кучи, может быть описан обряд посвящения Быем его старшего сына в цари. Почему сам Бый, на тот момент уже перешедший в варну брахманов, во время ритуала обращается к Брихаспати-Горнебогу, а сын — к Индре-Даждьбогу.

Откуда возникает другое предположение, что тот Кощка ни Бый, но его старший сын.

Впрочем, вполне может статься, то КĀЩТ̣ХĀ означает не имя, а что-либо из Словаря Кочергиной: «1) путь (ветра, облаков) 2) страна света 3) предел; вершина 4) цель 5) имя соб. одна из дочерей Дакши, супруга Кашьяпы, мать мифических существ». Поэтому изрядно пометавшись между этими определениями, и возникшим как чёртик из табакерки именем, всё же решил довериться словарю Кочергиной. А царь Кощей в уме. При том, что Эггелинг при переводе «Шатапатхи» в КĀЩТ̣ХЕ разово увидел некий «финишный столб» (winning-post). Видимо, юпу имея в виду (ШП 5.1.5.17).

И скакуны те, «пути прокладывающие и поприща отмеряющие», тоже не простые. Во всяком случае, к обычным коням отношение вряд ли имеющие. Тут, скорее всего, под скакунами-рысаками имеются в виду первые сто букв Слоговицы или нечто, на них основанное, стих какой-либо. К чему напомню последние слова уже цитируемого рича РВ (2.18.4-6), обращённые к Индре: «...Приезжай сюда на восьмидесяти, на девяноста, На ста конях, влекомый (ими)!», где с вероятностью в 99% говорится о ведийской азбуке.

До кучи к чему помяну ещё процитированный Быем рич (БЯ 9.16, РВ 7.38.7), который Гриффит в БЯ, Эггелинг в ШП и Елизаренкова в РВ перевели по-разному, и из которых, по моему разумению, его смысл точно уловил лишь Эггелинг (ШП 5.1.5.22): «Благоприятны да будут кони к нам, при призыве на богослужение, бегущие мерным ходом, с красивой песней; глотающие дракона, волка, злых духов...» (Auspicious be the coursers unto us at the invocations in the divine service, running their measured course, with beautiful song; swallowing the dragon, the wolf, the evil spirits...).

Предпочтение же переводу Эггелинга отдаю по двум причинам. Первая. Словосочетание СВАРКĀХ̣, состоящее из СУ, «супер-пупер», и АРКА, означающее по словарю Кочергиной, «1) луч 2) солнце 3) имя соб. бог солнца 4) гимн 5) песнопение 6) певец 7) вид дерева», из тех троих лишь Эггелинг перевёл как «прекрасная песня» (beautiful song). Гриффит же в этом слове увидел «сильных певцов» (strong singers), а Елизаренкова — прилагательное «прекраснозвучные». Сам же тут, как и Эггелинг, вижу «прекрасные песни», во множественном числе. А ещё, отвлекусь немного, вижу тут «привет» из глубины арийских веков «Слову о полку Игореве», несколько раз помянувшем это ведиское АРКА: разово в самом начале и трижды в «плаче Ярославны». Вот первое использование АРКИ «Словом...»: «Жены руския въсплакашась, аркучи: "Уже нам своих милых лад ни мыслию смыслити, ни думою сдумати, ни очима съглядати...». А так вот Ярославна начинает свой плач: «Ярославна рано плачет в Путивле на забрале, аркучи: "О, ветре, ветрило! Чему, господине, насильно вееши...». Вот. К чему ещё добавлю, что слова АРКА, РIЧЪ и РIГВЕДА — единого происхождения. Однако на какой слоговице они возникли — не ясно. Ибо в Словаре Кочергиной нет ни слоговицы АРК, ни слоговицы РIЧ. При том, что обе поминается Гильфердингом (§§ 12, 17, 19, 34): «ṛc̆ и ark — хвалить»; «ark ― хвалить → цс. РЕКѪ, РЕШТИ — говорить»; «ṛč, ark ― славить → цс. ЛИКЪ — хор»; «arkа ― солнце → чеш. ЯРО — весна; ЯРА серб. — жар; яркий».

Вторая же причина предпочтения переводу Эггелинга перед Гриффитом и Елизаренковой ещё более серьёзная, поскольку только он перевёл ДЖАМБХАЙАНТА как «глотая» (swallowing), тогда как Грифит — «круша» (Crushing), а Елизаренкова «хватая». При том что сам тут вижу экспрессивное «пожирая». И это ещё мягко сказано. Ибо ДЖАМБХА, «челюсть», напомню, это некая вселенская «труба» в один конец, куда отправляют тех, кто настолько «отошёл от прави-риты», что даже ада не достоин. Та-то Джамбха-Челюсть в русском языке и превратилось в негативное «жопа». Откуда же и посыл в оную означает самое страшное проклятие, какое только есть. Поэтому и не рекомендую своим тот «посыл» употреблять по отшношению к своим, пусть даже самым отъявленным негодяям. Не стоит. Те «кони» сами разберуться, кого схавать и в Джамбху отправить.

Причём и ведийские кони — один другому рознь. О чём категорично утверждает ЧЯ, причём в предпоследнем своём с конца яджусе (что говорит о его значимости для младшего Быева сына): на конях-ваджинах ездят некие гандхарвы, которые не являются ни дивами-богами, ни асурами-ящерами; боги же ездят на конях-хайях (ХАЙА); асуры — на конях-арванах (АРВАНЪ); люди на конях-ашвах (АШВА). Почему когда вижу слово на ВĀДЖ и в нём усматривается конь, то следом приходится иметь в виду и тех таинственных гандхарвов, которых Словарь Кочергиной называет «добрыми полубогами», а также «небесными певцами и музыкантами», при том что «Атхарваведа» совершенно не разделяет мнение словаря относительно доброты гандхарвов. Впрочем, речь тут ни о них, но о том, что на каких бы конях не ездили насельники иных миров, коней в тех конях нужно видеть с постоянной оглядкой на ведийскую азбуку.

К тому ещё добавлю, что комментируя один из яджусов БЯ автор ШП про двух буланых коней (ХАРӢ), которые в книгах Веды поминаются десятки, если не сотни раз, говорит следующее: «Тут, два буланых коня ― это ричь и саман: для ричь и саман так он исполняет этот {обряд}.» (Now, the two bay horses are the Ṛc and Sāman: it is for the Ṛc and Sāman that he draws it.). Откуда и Ашвины-Комоньшцы вдруг предстают ни странного вида животиной, с двумя лошадиными головами и единым крупом, но тремя книгами Веды, где две головы ― это «Ригведа» (в краткой форме РИКЪ или РИЧЪ) и «Самаведа» (СĀМА), а круп — «Яджурведа» (ЙАДЖУРЪ). Вот этих-то коней Бый и стремиться «запрячь». Из чего и возникает предположение, что ВĀДЖАДЖИТА означает не победу над теми скакунами, и даже не запряжение каких-либо коней, но чтение книг Веды, разумение их аллегорий и дальнейшее использование освоенного материала в практических целях.

В связи с чем процитирую один из ричей РВ, в переводе Елизаренковой (1.84.3), исполняемый при отжиме сомы: «Взойди на колесницу, о убийца Вритры! Запряжены молитвой два твоих буланых коня». Тут под булаными конями имеются в виду «Ригведа» и «Самаведа», под колесницей — «Яджурведа, а вот под Вритрой, как ни странно, имеется в виду ни змей Ахи-Вритра, но растение сома, из которого те жрецы отжимают сок. Срезание растения и последующий отжим из него сока тут аллегорически и называется «убийством Вритры». Сопровождался же процесс отжима чтением ричей и саманов. Ибо без того чтения, а по сути освящения, на выходе получится не божественный напиток, а татарская сома-буха, русская буза или им подобный слабоалкогольный просяной напиток.

На картинке: змей Ахи-Вритра в современном индийском представлении

◈◈◈


[Вāдж. 9.21]

āйурйаджн̃ена калпатāмпрāн̣о йаджн̃ена калпатāн̃чакщурйаджн̃ена калпатāм̐ шротрам̇йаджн̃ена калпатāмпрiщт̣хам̇йаджн̃ена калпатāм̇йаджн̃о йаджн̃ена калпатāмъ | праджāпатех̣ праджā⁰абхӯма свардевā⁰аганмāмрiтā⁰абхӯма 21

Жизнь пусть жертвою рядится!

Дыханье пусть жертвою рядится!

Зрение пусть жертвою рядится!

Слух пусть жертвою рядится!

Хребет {=смысл жизни} пусть жертвою рядится!

Треба пусть жертвою рядится!

Рода Бога чадами стали!

Сварги, о боги, достигли!

Бессметными стали!

◇◇◇

Глагол повелительного наклонения третьего лица единственного числа КАЛПАТĀМЪ, переведённый тут как «пусть рядится», возник на слоговице КАЛП, имеющей, по словарю Кочергиной, массу значений: «1) быть пригодным, соответствовать кому-л., чему-л. (Род.) 2) процветать, преуспевать 3) достигать цели 4) служить чему-л. 5) казаться чем-л., кем-л. (Тв.) 6) становиться чем-л., кем-л. (Дат.) 7) выпадать на долю кому-л. (Дат., Род., Мес.), случаться 8) считать кого-л. (Вин.) кем-л. (Вин.) 9) принимать участие в чём-л. (Дат.).» И это — без учёта её производной КЛIП, которую Гильфердин понимал как глагол «делать». При соединении же КАЛП и КЛIП с разнообразными префиксами и аффиксами на выходе иной раз получается совершенно неожиданное слово, типа «ножницы» (КАЛПАНӢ; пример подсмотрен у Гильфердинга).

Тем самым хочу сказать, что приведённые определения слоговицы КАЛП с ведийскими текстами работают... не очень. То есть они работают, но только если при переводе все те понятия иметь в виду все вместе и разом.

Гриффит в БЯ и Эггелинг в ШП КАЛПАТĀМ перевели как «пусть преуспевает» и «пусть процветает» (may succeed; may thrive; may prosper). Что правильно. Но чего-то в этом процветании явно не достаёт. Типа соли и перцу. Поскольку речь в яджусе идёт не суть что о благости какой, типа процветания, но о том, что все наши личные ценности обязательно должны если не соответствовать, то, как минимум, соразмерятся с нашей же личной жертвенностью. Соразмеряться и основываться. А по-старому — чиниться или рядится. Причём — во всём. Ибо главный смысл слоговицы КАЛП — порядок, правильность и соответствие исконным установкам. Соблюдение которых и приводит к преуспеванию и процветанию.

На основании чего и перевожу КАЛПАТĀМ как «пусть рядится», имея в виду «соответствует установленному порядку». Что когда-то в русском языке звучало просто и кратко, как всё истотное, — РЯДЪ.

Автор же ШП разбор этого яджуса предворяет пояснением, что перечисленные там шесть человеческих свойств — ĀЙУ (срок жизни), ПРĀНА (дыхание), ЧАКЩУ (зрение), ШРОТРА (слух), ПРIЩТ̣ХА (хребет, по контексту — смысл жизни) и ЙАДЖН̃А (жертва-яджна-славление) — все вместе именуются ЩАТ̣-КЛIПТӢ, т.е. «шестиклиптие», или «шесть клипти». Что можно перевести как «шестирядье», точнее «шестирядка», поскольку КЛIПТИ — женского рода. Это слово Словарь Кочергиной трактует как «удача, успех», что не очень вяжется с числительным «шесть». Вяжется, но не очень. Особо, если глянуть на существительное КЛIПТИ через однокоренное с ним причастие КЛIПТА, означающее «1) правильный 2) готовый, сделанный», и при этом иметь в виду существительное КАЛПА, «1) правило, положение 2) обычай; обряд», где особо порадовало «обряд», если откинуть её приставку «об-». На основе чего и возникает понимание слова ЩАТ̣-КЛIПТӢ как «шестирядка, в котором под «-рядка» усматривается слово обряд, но без приставки «-об».

В пространном же переводе ЩАТ̣-КЛIПТӢ можно толковать как «шесть изначальных обрядовых правил». Соблюдение которых и приводит их придерживающегося к бессмертию. Через предварительное, однако, осмысление словосочетания «Бога Рода чада» (ПРАДЖĀПАТЕХ̣ ПРАДЖĀ), кое позже на Руси превратилось в помянутый «Словом о полку Игореве» эпитет «Даждьбожьи внуки».

Теперь-то и перескажу из «Шатапатхи», как в арийские времена становились теми внуками, точнее «чадами Бога Рода». При этом цитат приводить не стану, в силу того, что в ШП комментарий этого яджуса занял целую главу из 24 стихов, да на восьми листах формата А4. Поэтому просто перескажу всё то весьма информативное повествование своими словами.

Начну с того, что здесь Бый описывает обряд под названием ваджапея, который идёт в паре с обрядом под названием раджасуя. Последнее название означает «воцарение». А первое понимаю как «добыча пропитания». Вместе же эти обряды идут потому, что любой царь, а на раджасуе происходит помазание кого-либо именно в цари, обязан заботится о пропитании своего народа. Откуда и ваджапея.

Сначала помазанник читает двенадцать жертв-славлений под названием апти (ĀПТИ), посвящённые двенадцати месяцам года. Так он «побеждает» (УДЖДЖАЙАТИ) Бога Рода-Праджапати. Ибо 12 месяцев ― это год. И Бог Род-Праджапати ― тоже год.

Затем читает ту самую «шестирядку» или «шесть клипти», о которых говорил выше. Цель чтения та же, что и при чтении двенадцати ĀПТИ: так жертвователь-помазанник ещё раз «побеждает» Рода-Праджапати. Хотя точнее будет перевести УДЖДЖАЙАТИ не «побеждает», а «воспобеждает», поскольку преффикс УД (из-за корня ДЖАЙ, «побеждать», тут превратившийся в УДЖ) соответствует русской приставке «воз-», «вос-».

А в это время жрецы-брахманы и народ-миряне-вайшья воздвигают юпу-сваю. Причём эта юпа не четырёхугольная, как обычно, но восьмиугольная, «царская», на все четыре «главные» стороны розы ветров, и четыре промежуточных. И высота юпы ни абы какая, но чётко регламентированная в 17 локтей. Ибо, напоминаю ведийскую нумерологию, число 17 ― это символ Бога Рода-Праджапати. Почему всё с ним связанное имеет отношение к этому числу. Откуда и высота юпы в 17 локтей. Что соответствует минимум шести метрам, т.е. двум с чем-то этажам.

А до установки юпу «одевают» в несколько «одёжек», точнее обматывают тканью. Вот и включи, уважаемый читатель, чуйку, да и угадай с первой же попытки, сколько «одёжек» одевали на юпу?

Правильный ответ — семнадцать.

А ещё в навершии юпы, то есть на колесе её, которое на шапку похоже, устанавливали, как сказано «пшеницу» (ГОДХӮМА), как символ сытой жизни подданных будущего царя. Насчёт той пшеницы и её установки в ШП сказано максимально кратко: «гаудхӯмам̣ чащāлам̣ бхавати», что дословно означает: «пшеничным навершие [юпы] бывает {творится}». И что автор ШП никак не откомментировал. Поэтому тут сам додумываю, что «пшеница» та выглядела в виде снопа из пшеничных колосьев. А вот Эггелинг в той пшенице увидел нечто иное и тоже весьма интересное, переведя это же предложение следующим образом: «6. Там ― пшеничный шлем на нём {на столбе-юпе}» (6. There is a wheaten head-piece on it;). Это я так перевёл, поскольку в словаре Мюллера «head-piece» означает только лишь шлем.

А кроме «пшеницы» в навершии юпы имелось то ли дупло, то ли некое углубление, то ли вообще трон, поскольку именно эти определения кроются за ведийским словом ГАРТА. Впрочем, последнее, «трон», — маловероятно. Скорее всего под той гартой в навершии юпы разумеется некое углубление, символизирующее трон, поскольку, как уже говорил, тут описывается обряд помазания в цари.

И тут вдруг на сцене появляется... жена будущего царя. Ну да выдохнем, ибо ни сама по себе является, а ведёт её жрец-гид-поводырь, именуемый «нестором» (НЕЩТ̣АРЪ; коли ТВАЩТ̣АРЪ ― это Твастер, то НЕЩТ̣АР ― это нестор). Присутствие жены тут просто необходимо, поскольку она и супруга будущего царя, т.е. потенциальная царица, и просто половина своего мужа. Если её рядом не будет, то и царь, получается, ни царь, а лишь полцаря. Поэтому жена должна быть. И у царя, и у прочих мудрых мужей. Даже если сперматазоиды в голову не бьют уже. А немудрый над этим вопросом и задуматься себе не позволит. Те самые сперматазоиды не позволят. И правы будут.

Ну да отвлёкся.

Очистив будущую царицу священной травой КУЩА (из которой тогда плели священные пояса-кушаки), нестор подводит её к юпе. А будущий царь в это время приставляет к юпе лесницу с южной стороны и начинает карабкаться к снопу и «трону»...

Вот.

После чего там много чего творится и говорится, включая семнадцать мешочков соли, что тут решил не описывать, дабы не захламлять файловую систему читателя (ибо дефрагментацию совсем разучились делать). Поэтому среднюю часть обряда пропускаю и перехожу к финальной сцене, когда новоиспечённый царь на верху юпы касается снопа и дупла-трона, после чего говорит необходимые слова и спускается. На земле ему под ноги кладут золото, символизирующее бессмертие. Он ступает на него, после чего направляется к ожидающему его настоящему трону (ĀСАНДӢ). А проводящий церемонию жрец-адхварью (знаток «Яджурведы») встречает уже не царя, но спустившегося с «небес» на землю бога, да под возглас: «ийам̣ те рāджъ», то бишь: «Ия — т[в]е рāдж(ство)!», в смысле: «Земля — твоё царство!». После чего наделяет нового царя символами царской власти.

И чепчики с треухами и колпаками в воздух полетели.

Впрочем, филологической правды ради, стоит уточнить, что ведийское ИЙАМЪ означает «она». Почему тот же Эггелинг перевёл тот возглас этак: «Это твоё царство!» (ʺThis is thy kingship!ʺ), имея в виду под «этот» эта. Как и прочие без исключений переводчики. Ибо не вижу ни одного, кто бы в ИЙАМ увидел греческую Гею, а через неё — Землю.

Тем самым говорю, что слово ИЙАМЪ в ЯВ сплошь и рядом не местоимение «она», но ведийское название этого мира — Ия, точнее одно из названий, которое греки через свойственное им придыхание, превратили в Гея.

С чем всех и поздравляю. Ибо ещё одной филологической тайной стало меньше.

Завершается же обряд помазанием царя и уже известной нам формулой-яджусом в адрес Савитара-Святовита, в переводе Эггелинга (ШП 5.2.2.13): ««По побуждению божественного Савитара, (я окропляю) тебя, руками Ашвинов, ладонями Пушана!» — так он окропляет (освящает) его руками богов...» (ʺAt the impulse of the divine Savitṛ, (I sprinkle) thee, by the arms of the Aśvins, by the hands of Pūṣan!ʺ he thus sprinkles (consecrates) him by the hands of gods...).

После чего в «Шатапатхе» следует ну очень длинное повествование о том, что творит новоиспечённый царь в последующие одиннадцать дней, когда в каждый из тех дней он официально посещает кого-либо из подданных, начиная с царицы и заканчивая старостой деревни. При этом все те одиннадцать подданных царя именуются, смущавшим меня до того, словом РАТНА, «драгоценность». Кое теперь не смущает. Ибо стало понятно, что любой подданный того царя для него являлся драгоценностью.

Заканчивается же тот одиннадцатидневный обряд такими словами (ШП 5.3.1.12): «етещāм̣ ваи рāджā бхавати», то бишь: «для етѣ̲хъ бо рāджā[м] бывати», т.е. «[так он] для них царём становится».

Таким же образом старший Быев сын Сева и стал царём.

Точнее, в изложенном тут обряде воцарения усматриваю описание помазания именно Севы. Поскольку следом в ШП вдруг говорится о наличии у новопомазанного царя жены и отсутствии сына. Вот тот текст в переводе Эггелинга (ШП 5.3.1.13): «На следующий день он приходит в дом брошенной жены и готовит кашу для Ниррити; брошенная жена ‒ это жена, у которой нет сына.» (And on the following day he goes to the house of a discarded (wife), and prepares a pap for Nirṛti; ― a discarded wife is one who has no son. ).

◈◈◈


[Вāдж. 9.31]

агнирекāкщарен̣а прāн̣амудаджайаттамуджджещамашвинау двйакщарен̣а двипадо манущйāнудаджайатāнтāнуджджещам̇вищн̣устрйакщарен̣а трӣм̇ллокāнудаджайаттāнуджджещам̣ сомашчатуракщарен̣а чатущпадах̣ пашӯнудаджайаттāнуджджещамъ 31

Зничь односложием дыхание подчинил:

[и я] то [слогом этим] да подчиню!

Комоньшцы двусложием двуногих людей подчинили:

[и я] тех [слогами этими] да подчиню!

Животъ трёхсложием три мира подчинил:

[и я] те [слогами этими] да подчиню!

Прове [Сива] четырёхсложием четвероногих животных подчинил:

[и я] те [слогами этими] да подчиню!

◇◇◇

Возможно, выбранное мною «подчинил» для глагола прошедшего времени третьего лица единственного числа УДАДЖАЙАТЪ и не очень точно передаёт его смысл, однако варианты перевода «победил» и выиграл», как, например, у Гриффита, да применительно к миру богов, кажутся ещё менее удачными. И как быть тут — не знаю. Ибо слоговица ДЖИ — это наше «победа» и побеждать» одновременно. Тут нет вопросов. Однако слово «победа» изначально подразумевает, вспоминаем капитана Врунгеля и его яхту, некую предварительную беду, плюс обязательную конфронтацию с её носителем. После которой, в случае успеха конфронтации, и приходит по-беда, победа. Она же — буржуйская виктория. Она же — ведийская ВИДЖАЙА. Которая и породила «викторию» ту, «победу» нашу, и даже старое «витязь».

Почему и выбрал более нейтральное «подчинил». Поскольку даже представить себе не могу, что Бый желает именно победы над миром богов. Нет конечно! Просто он желает, чтобы все три мира — это, тот и междумирье — его слышали. А не раболепствовали перед ним.

А вот посредством какого глагола передать его стремление владеть чем-либо — не пойму. Поэтому пусть будет «да подчиню!»

Плюс несколько слов касательно слова ПАШУ, «скот», которым в Веде зачастую и человек именуется. Вот как его растолковал автор ШП (6.2.1.2), в переводе Эггелинга: «Он {Агни} увидел эти пять животных: Пурушу (человека), лошадь, быка, барана и козла. Из-за того, что он увидел (ПАШ) их, они стали (называться) скот (ПАШУ).» (He saw those five animals, — the Puruṣa (man), the horse, the bull, the ram, and the he-goat. Inasmuch as he saw (paś) them, they are (called) cattle (paśu).)

Эта расшифровка напомнила мне вычитанное ещё в детстве, что на Руси скотом назывались все животные, за исключением волка; последнего именовали «зверь».

В приведённой же цитате видим, что скотом ШП разумеет только лишь четырёх сакральных животных, возникших из рта, рук, бёдер и ног Бога Рода-Праджапати: козла, барана, быка и коня; плюс пятое — сам человек. И эти пять, с одной стороны, — скот, а с другой — пятисоставная яджна-жертва. Из чего возникает предположение, что изначально прочие животные скотами не являлись, ибо назывались, скорее всего, зверями.

А ещё можно предположить, что наше «скот» означает именно «увиденный» или типа того, тогда как «зверь» должно быть его антонимом «неувиденный». Впрочем это предположение можно считать рабочим только в том случае, если этимология слова ПАШУ, «скот», именно такова, как нам поведал автор ШП, от слоговицы ПАШ, возникшей из слоговицы ДАРШ, означающей, по словарю Кочергиной, «1) видеть, смотреть, рассматривать 2) наблюдать; замечать 3) посещать; являться на поклон 4) узнавать; исследовать 5) устанавливать, удостоверять». Впрочем, самому версия автора ШП о возникновении слова «скот» (ПАШУ) от созвучного глагола «видеть» (ПАШУМЪ) кажется... народной этимологией.

Но это лишь в том случае, если тут нет умышленной запутки автора ШП. Точнееё, намёка на правду. К этому подозрению подталкивают такие слова из ЧЯ (5.5.2), в переводе Кейта: «Тем самым они создали тысячу, горшок суть тысячная; кто знает этот горшок как тысячную, получает тысячу скотов.» (Thereby they created a thousand, the pan being the thousandth; he who knows thus the pan as the thousandth obtains a thousand cattle.). Иными словами, Тысячная в ЧЯ именуется «горшком» (УКХĀ), а точнее «крынкой», поскольку УКХĀ ― слово женского рода. Содержимое же крынки, т.е., условно говоря, «каша», ― это 999 слоговиц. А всё вместе, 999 слоговиц и крынка, и есть Слоговица, т.е. азбука.

И вот какое подозрение возникает из осмысления этого яджуса ЧЯ и предыдущего разбора «Шатапатхой» слова «скот» (ПАШУ). Поскольку ПАШУ — это «то, что было увиденно», т.е. иначе «зримое», то далее можно предположить, точнее констатировать, что буква, как символ речи, отличается от её родителя мысли тем, что буква видима, а вот мысль нет.

Полчему в ведийских «скотах» (ПАШӮ) следует предполагать и аллегорическое название букв или слоговиц.

Вот к тому небольшая подборка словосочетаний из ЧЯ и ШП, где разжёвываются смыслы слова ПАШУ, скот:

ваджро ваи пашаво (ШП 2) — перун (молния) — это скоты.

грāмйā ваи пашавах̣ пайограхāх̣ (ШП 1) — домашние ибо скоты — «чаши молока».

джāгатā ваи пашавах̣ (ЧЯ 2, ШП 1) — для [поэтического метра] джагати ибо скоты.

индрийам̣ ваи пашавах̣ (ЧЯ 1) — сила Индры ибо скоты.

медорӯпā ваи пашавах̣ (ЧЯ 3) — жира форма ибо скоты

пāн̄ктā ваи пашавах̣ (ШП 2) — пятиричны ибо скоты.

пашаво вā аннамъ (ШП 2) — скоты ― это [очищенная] пища

пашаво вā ануйāджāх̣ (ШП 1) — скоты — это преджертва (предваряющие приношения).

пашаво вā апāм-ощадхӣнāм̣ гарбхах̣ (ЧЯ 1) — скоты — это вод и растений семя.

пашаво вā ахорāтрāн̣и (ЧЯ 1) — скоты — это дни и ночи.

пашаво вā екашапхā (ШП 1) — скоты — это непарнокопытные

пашаво вā ид̣āх̣ (ЧЯ 4, ШП 5) — скоты — это Ида.

пашаво вā ӯщāх̣ (ШП 1) — скоты — это Зори.

пашаво вā ӯщāх̣ кāма-дхāран̣амъ (ШП 1) — скоты — это Зорь желаний поток.

пашаво ваи вāмадевйамъ (ЧЯ 1) — скоты — это [гимн] «Вамадевья».

◈◈◈


[Вāдж. 9.32]

пӯщā пан̃чāкщарен̣а пан̃ча диша⁰удаджайаттā⁰уджджещам̣ савитā щад̣акщарен̣а щад̣рiтӯнудаджайаттāнуджджещаммарутах̣ саптāкщарен̣а сапта грāмйāнпашӯнудаджайам̇стāнуджджещамбрiхаспатиращт̣āкщарен̣а гāйатрӣмудаджайаттāмуджджещамъ 32

Велес пятисложием пять сторон света взял:

[и я] те [слогами этими] да возьму!

Святовит шестисложием шесть сезонов [года] взял:

[и я] те [слогами этими] да возьму!

Перунцы семисложием семь [видов] домашних животных взяли:

[и я] те [слогами этими] да возьму!

Горнебог восьмисложием [поэтический метр] гаятри взял:

[и я] ту [слогами этими] да возьму!

◇◇◇

Тут вдруг припомнил, что Париж и Берлин предки не суть что победили, но именно взяли. Решил попробовать глагол «возьму» вместо «одержу победу», «выиграю» или «подчиню». И вроде как получше стало.

А ещё тут представился случай филологически пройтись по сезонам ведийского года, которые при помощи неких шести слогов, мне, кстати говоря, не известных, взял-победил-выиграл (УДАДЖАЙАТЪ, «возаджаял») Савитар-Святовит. В смысле, покуролесить со словом РIТУ, проверив его на причасность к английскому «season», с одной стороны, и русскому «время года», по-над. Ибо никак не мог понять, есть ли та связь или нет. Чуйка моя в ответ на этот неоднократный вопрос мой даже позволяла себе стучать кулаком по башне моей и орать, голосом Жириновского, что даже коль нет, то была, однозначно! На что Логика, в очередной раз перебрав чётки-цепочки свои, лишь «фигвамила» голосом Шарика из Простоквашино. А так тот воз и тянулся более десятка лет, под грохот кулака по башне и фигвамы. А тут вдруг взял и... приехал. Нечаянно, как всегда, и при этом куда надо. Т.е. разобрался. И потому, пользуясь случаем, кратко докладываю результат того разбора.

Английское «сезон» (season, звучит сизън) возникло из «се» (санс. СА, ст.-слав. СЕ, «сие») и «зона», у которого, зоны т.е., отпал показатель мужского рода единственного числа в именительном падеже конечный «а», за ненадобностью, поскольку смысл того «а» такой же, как у «ъ» на конце слов. Поэтому «сезон» буквально — «то, что как зона», но не зона, а «зон». А точнее. «что как пояс». Ибо «zone» в английском — не только «зона», но ещё и «пояс». Плюс английское «year», год, в уме. Из чего получается, что сезон — это «пояс года». Причём, один из былых шести поясов. Коих ныне четыре. Что, между прочим, весьма символично. Особо, если те пояса в виде «звёзд» представить. Да и само толкование пояса как времени года кажется вполне приличным. Хоть и не однозначным.

А вот русский аналог английского сизъна ― это «время года». Которое и есть то самое ведийское РIТУ, только немного... поправленное. Можно даже сказать расширенное. Ибо не знаю, как по-умному назвать лингвистический процесс, когда какое-либо древнее слово со временем прирастает какой-либо буквой. Тем более, что лингвисты говорят о невозможности подобного процесса в естественных условиях.

Тем самым говорю, что ведийское РIТУ со временем, и против закона лингвистики, приросло начальным «в» и превратилось в русское слово «время».

Смотрим: РIТУ = время (года).

И не видим. Что РIТУ = время. Что естественно. Ибо чтобы увидеть в ведийском РI старое ВРѢ нужно, как минимум, прочесть Гильфердинга, книга которого от корки до корки, да на несколько сот страниц, состоит из подобного рода обращениям ведийских букв в славянские (Г-г использует термин «сближения»). Там-то, среди прочего, разжёвано и обращение У → Ы, и пройденное выше обращение ВРА → РА, кое, вспоминаем, превратило ведийские слова ВРАН̣А и ВРАТА в русские «рана» и «рота». И с РIТУ случилась та же самая песня, что и с ВРАН̣А, только наизнанку, поскольку здесь ведийское слово на РI в русском приросло начальным «в»: РIТУ (РI→ВРѢ, У→Ы) → ВРѢТЫ → ВРѢМЫ → время.

Вот.

Вся же хитрость превращения РIТУ во «время» заключается в обращении Т→м. Кое, согласен, не очевидно. Но только до тех пор, пока не поясню, причём максимально категорично, что в былые времена каждой нашей букве соответствовало четыре разных формы, и что каждая та форма называлась азом, «аз». Почему и у буквы «м» было четыре формы-аза. Два из которых хорошо известны: «м» и «m». Один из тех азов на букву м назывался Мама, в смысле «мой», а имя другого или Меже, или Митая или Муро (возможно Миро). Что тут не важно. Ибо суть вот в чём: РIТУ → (в)рiту → вреты → время. Где я строчную «т» взял, да и записал курсивом. И та «т», через «т», превратилась в буржуйскую m, «m», а из той — в русскую «м». И вся недолга: РIТУ → ВРѢтЫ → время. А «год» в уме.

Это был пример чаромути слов третьего уровня. Или третьего уровня тарабарщины.

А четвёртый уровень, крайний по глубине, — не про мою честь.

И вот что о слове РIТУ гласит Словарь Кочергиной: «1) срок, время 2) месячные, менструация 3) период времени после менструацӣ 4) время года 5) определённый результат 6) порядок 7) правило».

Все эти словарные определения можно смело делить на-два: РIТУ-время и РIТУ-порядок. После чего припомнить основополагающее слово ведизма РIТА, имеющее следущие значения: «1) правда, истина 2) порядок 3) закон 4) пожертвование», да и увидеть в РIТУ-порядке производную от РIТА-истина. После чего от РIТУ остаётся только «время». Кое то ли машет ручкой, то ли грозит пальчиком ведийскому КАЛА-время, ибо то на поверку, час от часу, то «час», то «щас», в смысле «сейчас», то типа того. Откуда получается, что РIТУ — это порядок времён вообще, а КАЛА — порядок некоего конкретного времени и его часов и... «щасов».

◈◈◈


[Вāдж. 9.33]

митро навāкщарен̣а триврiтам̐ стомамудаджайаттамуджджещам̇варун̣о дашāкщарен̣а вирāджамудаджайаттамуджджещаминдра⁰екāдашāкщарен̣а трищт̣убхамудаджайаттамуджджещам̇вишве девā двāдашāкщарен̣а джагатӣмудаджайам̇стāмуджджещамъ 33

Ладо девятисложием «Тройной» стом взял:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Купало десятисложием [поэтический метр] вирадж взял:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Даждьбог одиннадцатисложием [поэтический метр] трищтуб взял:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Мирские боги двенадцатисложием [поэтический метр] джагати взяли:

[и я] ту [слогами этими] да возьму!

◇◇◇

Глядя на этот яджус возникла мысль: как бы у слоговицы ДЖИ, имеющий, по словарю Кочергиной, лишь одно значение «побеждать», не появилось и другое, типа «исполнять до конца, завершать должным образом». Хотя бы потому, что поэтический метр или гамму невозможно ни победить, ни выиграть, ни подчинить. Ими можно лишь обладать или не обладать. Как, например, талантом.

Однако обладать означает владеть. А за владение, как и обладание, кои есть не только синонимы, но и однокоренные слова, отвечает слоговица ӢШ. Которая не просто так начинается с долгого «и» (Ӣ). Тем более, что на ИШ слов не имеется вовсе. Значит «обладать» тут не подходит. Господин ӢШ не велит. Почему в этих яджусах Бый везде и «джаящит», а не «иишусит». Поэтому продолжаем поиски. В смысле размышляем дальше, ибо тут ӢШ не владыка. Да и соображаем неспехом, что любой поэтический метр — это, как минимум, слог. А слог — это звук. А звук — это нота. А ноту именно берут. Из чего и выходит, что поэтический размер можно взять и исполнить. Как гамму какую-нибудь. Или песню. Или стишок... В детстве... на Новогодней ёлке... Типа: «А теперь Вовочка исполнит стихотворение для Дедушки Мороза! Да Вовочка?» «У-гу! Здравствуй Дедушка Мороз, борода из ваты! Ты подарки нам принёс...?» Вот. Вспомнилось чёй-то из детства не шибко далёкого (полвека на фоне вечности — не срок!), и аж хвоёю той пахнуло, и любимыми конфетами «Грильяж в шоколаде», как и некоторыми иными сопливыми моментами предпионерского возраста, включая взгляд любимой тогда девочки, а ныне бабки.

Вот и глянем на этот яджус посредством глагола «исполнить»: «Ладо девятисложием «Тройной» стом исполнил: [и я] тот [слогами этими] да исполню! Купало десятисложием [поэтический метр] вирадж исполнил: [и я] тот [слогами этими] да исполню! Даждьбог одиннадцатисложием [поэтический метр] трищтуб исполнил: [и я] тот [слогами этими] да исполню! Мирские боги двенадцатисложием [гамму] джагати исполнили: [и я] ту [слогами этими] да исполню!»

Хуже, как видим не стало. Но и лучше тоже. В идеале просится первые пады, «боговы», переводить через «исполнить», а вторые, «быевы» через взять».

Плюс небольшая выборка из ШП и ЧЯ, поясняющая слово СТОМА, гимн или славление:

аннам̣ ваи стомāх̣ (ШП 1) — [чистая] пища ибо гимны-стомы.

екавим̣шо ваи стомāнāм̣ пратищт̣хā (ШП 1) — «Одиннадцатый» ибо среди стом — поддержка.

йаджн̃о ваи стомо (ШП 1) — жертвенное славление ибо гимн-стома.

пан̃чадашо ваи рāджанйах̣ (ЧЯ 1) — «Пятнадцатый» [стом] ибо дворяне.

прāн̣ā ваи стомāх̣ (ШП 4) — [озвученные] дыхания ибо гимны-стомы.

саптадашо ваи ваишйах̣ (ЧЯ 1) — «Семнадцатый» [стом] ибо вайшьи (веси-миряне, народ).

стомā āтмā (ЧЯ 1, ШП 1) — стомы — тело (огненного алтаря, птицы Гарутман).

стомачитих̣ (ШП 1) — слой [огненного алтаря, называемый] «стома».

триврiд-ваи стомāнāм-авамах̣ (ЧЯ 1) — «Троица» ибо среди стом наименьший.

◈◈◈


[Вāдж. 9.34]

васавастрайодашāкщарен̣а трайодашам̐ стомамудаджайам̇стамуджджещам̣ рудрāшчатурдашāкщарен̣а чатурдашам̐ стомамудаджайам̇стамуджджещамāдитйāх̣ пан̃чадашāкщарен̣а пан̃чадашам̐ стомамудаджайам̇стамуджджещамадитих̣ щод̣ашāкщарен̣а щод̣ашам̐ стомамудаджайаттамуджджещампраджāпатих̣ саптадашāкщарен̣а саптадашам̐ стомамудаджайаттамуджджещамъ 34

Сварожичи тринадцатисложием «Тринадцатый» стом [«Ригведы»] исполнили:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Скотичи четырнадцатисложием «Четырнадцатый» стом [«Ригведы»] исполнили:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Мокошичи пятнадцатисложием «Пятнадцатый» стом [«Ригведы»] исполнили:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Мокошь шестнадцатисложием «Шестнадцатый» стом [«Ригведы»] исполнила:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

Бог Род семнадцатисложием «Семнадцатый» стом [«Ригведы»] исполнил:

[и я] тот [слогами этими] да возьму!

◇◇◇

Глядя на последнюю строку, где Бый берётся за то же «Семнадцатое» восхваление (стом РВ), кое когда-то сам Бог Род Праджапати исполнил, поначалу было ухмыльнулся его дерзости. А следом, буквально через секунду, сообразил, что глагол «исполнить», применительно к этим яджусам, — идеален. Поскольку наше «исполнить» среди прочего означает озвучивание какого-либо текста. Откуда выходит, что ведийское УДАДЖАЙАТЪ в этих яджусах означает не победил-выиграл-подчинил-присвоил, а исполнил, в смысле прочёл или спел.

Вот. Разобрались. Путём многих проб и ошибок. И с пренепременной любовью к последним. Как и учили когда-то добрые люди: «Учись любить собственные ошибки!»

Ай да мы, ай да молодцы, что научились.

А учителя тем паче молодцы!

И несколько слов насчёт содержимого этих яджусов, где какое-либо божество берёт\исполняет что-либо. Кто-то гимн-стом какой-нибудь из «Ригведы», кто-то тот или этот поэтический размер, кто-то двуногих, кто-то четвероногих, а кто и три мира разом. В чём всякий ведолог увидит своё. Я же тут, среди прочего, вижу азы ведийской нумерологии. Которая ну очень серьёзно отличается он нынешней нумерологии, которую можно назвать европейской. Ибо непонятно, египетская она или еврейская. Но понятно, что толку от нынешней чуть больше, чем от козла молока. Я в этом давно уже убедился. Сразу же, как сравнил ведийскую и европейскую. И если в первой мгновенно увидел не только структуру, но и богатые смыслы, тянущие один другого, а те — третий и прочие за ним, то о европейской могу сказать лишь одно: нет в ней смысла! Как нет смысла в гороскопах или картах таро. Или как в широкоизвестном в узких родноверческих кругах «Буковнику». Это всё пшики. Баловство и убийство времени. Вброс Искусителя в ответ на запрос страждущего. Просите? Нате, балуйтесь!

Ибо что вбрасывается в этот мир с так называемых инфополей, всё то обязательно подвержено воздействию и влиянию Первого следствия из «Всемирного закона прави», кое продвинутым перцам известно под названием «Закон запутывания».

Поэтому даже родные боги обязательно облекают свои послания пробившемуся к ним исходя из этого «ЗЗ», когда в ответ на запросы страждущих дают именно правду, и даже истину, но так её преподносят, такими словами и буквами разукрашивают, что на первый взгляд та истина сказкой кажется.

А вот буржуйские боги в этом плане поступают ровно наоборот. Говорят идеальной современной речью и при этом несут пургу несусветную, слегка разбавленную вставками каких-либо истин. При этом заурядных и довольно известных, но преподнесённых несколько иначе, чем раньше, и более модным языком.

То есть, всё что идёт от Сатаны, а именно Сатана является хранителем Западного мира, — море дистилированной воды, щедро обогащённое ароматом «юппи».

А что идёт от Сварога, кой есть Бог Род-Праджапати и который является хранителем славянского мира, как и некоторых соседствующих с теми стран, — это те самые пять вобл, которыми можно накормить тысячи страждущих. Однако поступающая от Самого и иже с ним информация хоть и очень каллорийная, но при этом настолько сухая, что ни каждой голове по зубам её. Тем более что преподносится исключительно старославянской речью.

Есть ещё и третий хранитель, мусульман курирующий. А с теми, как ни странно, и Китай.

Индия же, как сказано, по Сатаной. А Япония — под Сварогом.

Почему хоть взасос целуйся с Китаем и Индией, но толку от той любви много не будет; при первом приличном шухере на нет сойдёт. Во всяком случае «куратор Индии приложит все силы для этого. А китайский куратор будет действовать по обстоятельствам, исходя из личной выгоды.

Это я к тому, что нужно потихоньку готовиться к дружбе с Японией. Как и когда та дружба случится — не знаю, но что она будет — сомнений нет.

Такое вот получилось предисловие к ведийской нумерологии. В которой смысл как раз МОЖЕТ БЫТЬ. И позитивный результат на выходе. Однако я в эту тему погружаться не стал. Точнее оставил на потом. Ибо задача на ближайшие годы — тупо переложить ведийские тексты на современный или около того русский язык. Чем и занимаюсь. При этом имея кой-какие наработки и по этой широчайшей и глубочайшей тематике. Поэтому, предполагая, что у кого-либо из читателей возникнет желание и найдётся время позаниматься именно ведийской нумерологией, ниже и приведу кое-что из уже понятого. На примере только что прочитанных яджусов.

Итак.

Цифра 1 — это символ ведийского Агни и славянского Знича, включая Общебога Семаргла (Вайшванара). Т.е. единица — это огненная стихия и всё, что связано с огнём. А поскольку Агни-Зничь-Семаргл при помощи некоего одного слога «взял» дыхание (ПРĀНА), то и единицу можно рассматривать как символ дыхания. А точнее — выдоха. Поскольку ПРĀНА — это и дыхание вообще, и выдох в частности. С учётом же того что говорим мы именно на выдохе, т.к. любой звук возникает именно с выдохом, то в единице также видится речь, в целом, и слово, в частности.

Цифра 2 — это символ двух солнечных всадников Ашвинов, коих перевожу как Комоньшцы, од ст.рус. КОМОНЬ, «конь». А поскольку Ашвины-Комоньшцы при помощи неких двух слогов «взяли» двуногого человека, значит цифра 2 является ещё и символом человека.

Цифра 3 — это символ божественной жертвы (ЙАДЖН̃А), кою впервые сотворил Творец этого мира Бог Род (ПРАДЖĀПАТИ). А вот олицетворяющее яджну божество Ведой именуется ВИЩНУ (тут и ещё один раз порекомендую не путать ведийского Вищну и индуистское божество под тем же именем). Именно Яджна-Вищну-Живот при помощи неких трёх слогов «взял» все три мира, какие есть: мир людей, мир богов и мир предков. То есть всю вселенную. Откуда соображаем, что цифра 3 является не только символом жертвы, но и символом всей вселенной, точнее — троемирия.

Цифра 4 — это символ ведийского Сомы, кой есть венедский Прове и славянский Сива или Сивый. При помощи неких четырёх слогов Сома-Сива-Прове «взял» четвероногий скот». Что означает, что четвёрка — символ любого четвероногого животного. И при этом же четвёрка — это символ пророческих способностей. Хотя бы потому, что имя Прове, как и его вариант Проно, по слову Глинки, означает несто пророческое: «Прове или Проветь, провещающий, пророчествующий: Проно же от слова прознать, т. е. предведать, или проникнуть». Плюс, четвёрка также означает напиток сома, который для пронзания взглядом миров и был утворён.

Цифра 5 — это символ ведийского Пущана и нашего Велеса. Ибо оба они и скотьи боги, и знатоки всех путей во вселенной. При помощи неких пяти слогов Пущан-Велес «взял» пять сторон света. При том что их шесть. Однако от шестой стороны Веда дистанцируется, что чёрт от ладана. Знать-то знает, но всего раз или два поминает, как будто и нет её. Взял же Пущан-Велес сначала восточное направление, затем южное, западное, северное и в конце — зенит. А что под ногами, т.е. «надир», у штурманов и астрономов, — не тронул. Причину чему не ведаю. Потом с этими частностями буду разбираться. А пока просто отложим в памяти, что ведийская пятёрка — это «роза мира» в ладонях Велеса.

Цифра 6 — это символ ведийского Савитара и славянского Святовита, кой иначе и Святовид, и Святовед и Свендавид. При помощи неких шести слогов Святовит «взял» шесть сезонов. Ибо когда-то год состоял из шести сезонов по два месяца каждый (что мне лично кажется более разумным, нежели четыре сезона по три месяца). Из чего следует, что шестёрка символизирует не суть что шесть сезонов, но именно год. Как и Савитар-Святовит. Который у славян являлся одной из глав Триглава, вместе с Перуном и Сварогом.

Цифра 7 — это символ самых, наверное, занимательных и невероятных ведийских божеств под названием Маруты (МАРУТАХ), от коих были в ужасе, когда те разбушуются, и боги-дивы, и асуры-ящеры. И было тех марутов семь полков. Они-то при помощи неких семи слогов «взяли» семь видов домащних животных. Семь же они взяли потому, что восьмого отродясь не было (параллельно этих семи Бог Род-Праджапати создал и семь видов диких животных, но у тех другой владыка). Откуда выходит, что семёрка символизирует, во-первых, домашний скот, а во-вторых Ирий, поскольку маруты — это насельники междумирья (АНТАРИКЩА). Плюс дерзость в уме.

Цифра 8 — это символ ведийского бога-брахмана, т.е. верховного брахмана богов, Брихаспати (БРIХАСПАТИ), аналога которому в славянской теологии я не сыскал. Почему перевожу его имя буквально — Горнебог, в смысле Горний или Высший бог, т.к. ведийское БРIХАТЪ — это «высота», в целом, и «зенит», в частности. При помощи неких восьми слогов Горнебог-Брихаспати «взял» поэтический метр гаятри, имеющий официальный ведийский титул «царица всех поэтических метров». Из чего следует, что восьмёрка — это символ поэтического вдохновения. Причём высшего уровня (БРIХАТЪ). Т.е. гениальности.

Цифра 9 — это символ ведийского бога Митры, в ком усматривается славянский Ладо, который некими девятью слогами «взял» гимн-стом «Ригведы» под названием «Тройной (ТРИВРIТЪ) или «Троица». Ведийского Митру можно назвать уникальным богом, поскольку у него, как и у божественной Коровы, нет врагов. Он является другом всех и каждого, включая смертельных противников. Откуда и имя Митра, означающее по-ведийски «друг». Прочие же божества поляризованы. Как и мы здесь. Поэтому как видим девятку в Веде, так имеем виду, что она может означать бескорыстную дружбу и всё, что с нею связано.

Цифра 10 — это символ ведийского Варуны и славянского Купалы, который некими десятью слогами «взял» поэтический метр вирадж. Варуна-Купало — царь и владыка вод. Почему под десяткой видится царственность с одной стороны и водная стихия с другой. А ещё он символизирует собой и левую руку, и щит, который она держит. Почему в десятке усматривается и функция защиты.

Цифра 11 — это символ Индры-Даждьбога, который некими одиннадцатью слогами «взял» поэтический метр трищтубх. Индра-Даждьбог — самодержец, то есть царь царей. Однако в числе одиннадцать усматриваю не суть что властность, но непреодолимую силу в виде ваджры-перуна в его руках. А ещё Индра-Даждьбог символизирует правую руку своих внуков и меч в ней. Что дополняет символичность непреодолимой силы числа одиннадцать прилагательным атакующая.

Цифра 12 — это таинственные ведийские Все-боги (ВИШВЕ ДЕВĀ), которые некими двенадцатью слогами «взяли» поэтический метр джагати. Их коллективное имя возникло от ВИШВЕ, «все» или «всё» Откуда и Все-боги. И это почти так. Но с поправкой «Все свои боги». В которых усматриваю «Родовых богов всех арийских времён и народов». То есть щуров и пращуров. Включая их давно забытые имена. С учётом же того, что слово ВИШВА очень похоже на название варны ВАИШЙА, а последнее стало нашим старым «веси», в смысле «мир» или «община», то этих Всебогов решил понимать как «богов весей» или «мирских богов». А в частном случае — божество того или иного селения или некой конкретной земли внутри страны. Функция Мирских богов такая же , что и у святых земли русской. Из чего число 12 понимаю как символ-обрег какого-либо рода.

Цифра 13 — это символ ведийских богов рода Васу, коих переиначил во Сварожичей, которые некими тринадцатью слогами «взяли» одноимённый стом. Коллективное имя этих богов трактуют как «Добрые».

Цифра 14 — это символ ведийских богов под общим названием Рудры, коих переиначил в Скотичей, которые некими четырнадцатью слогами «взяли» одноимённый стом. Их коллективное имя произошло от слоговицы РУД, рыдать.

Цифра 15 — это символ ведийских богов под общим названием Адитьи, коих переиначил в Мокошичей, которые некими пятнадцатью слогами «взяли» одноимённый стом. Их коллективное имя возникло от имени матери богов Адити, в которой усматривается славянская Мокошь.

Цифра 16 — это символ матери богов Адити, кою переиначил в Мокошь, которая некими шестнадцатью слогами «взяла» одноимённый стом.

Цифра 17 — это символ отца дивов-богов и асуров-ящеров Бога Рода-Праджапати, который некими семнадцатью слогами «взял» одноимённый стом.

И так до цифры 100.

А потом и до 1000.

И это однозначно. Ибо у каждой буквы и у каждой слоговицы было своё уникальное число. Поскольку буквы и цифры творились одновременно.

А вот кем и когда творились — точного ответа нет. Имя его покрыто мраком собственного невежества. В смысле неведения. Почему остаётся лишь доверять изложенному Быем и его сыном в обоих «Жереведах», где сказано, что первые «трижды одиннадцать божеств» были порождены Богом Родом-Праджапати. После чего те уже сами плодились. Что, однако, не отменяет естественного предположения, что на последующих этапах творения слоговиц, точнее размножения, с ними кто-то поработал, придав им окончательные и уникальные смыслы и формы. А вот кто — сие неясно.

◈◈◈

∎∎∎

Новостишки 23 июля 2024 года

*МИД Венгрии заявил об истерике в ЕС*Кремль понимает, что Украину будут финансировать минимум до конца каденции Байдена*Жопез Бордель рассказал, что совсем скоро станут доступны российс...