Инесса Сергеевна выпила немного. Ноль-пять водочки и на донышке красненького. Запах и только. Приехала к сестре из города. Инесса Сергеевна там главным бухгалтером. Приехала, а в деревне свадьба. Сестра сказала, что это к месту, ведь Инессу Сергеевну в деревне любят. И они пошли на свадьбу.
И тут время подходит корову доить, а сестра что-то встать не может, устала «горько» кричать. И тогда Инесса Сергеевна сказала: если она квартальные отчеты в большом советском учреждении сдает, то уж корову подоить как-нибудь сможет. Более-менее трезвые бабы вызвались помочь, но Инесса Сергеевна сказала - нет, нет и нет. И пошла доить корову за сестру. Её стали ждать как мать родную.
Без Инессы Сергеевны свадьба не та, это в деревне знали. Частушек нет, пляски унылые. Баян порвать некому. Но полчаса потерпеть можно. Вспомнили, наконец, и про тамаду. Но он жиденький какой-то, вялой закваски. Нету этого, как его, антуражу. Местным реалиям не обучен. То в какие-то стульчики играть просит, то ручейком бегать.
В прошлом году тамады вообще не было, Инесса Сергеевна всё в свои руки взяла. Конкурсы – ну прямо от души. Поставила будущего тестя посреди двора, и вся свадьба на него покрышки от трактора на точность набрасывала. Тесть пьяный, качался. Чем задачу осложнял. Смешно было, задорно.
А утром инструктора из облисполкома потеряли. Был почетный гость на свадьбе – и нету. Стыдно сказать – большого гостя пригласили и просрали. Не по-людски как-то. Главное – водитель здесь, машина здесь, а инструктора нет. Всей деревней искали. И только ближе к обеду кто-то в стопке колес посреди двора страшно закричал. Покрышки разобрали – инструктор. А думали - тесть. В общем, решили ждать Инессу Сергеевну.
Но Инессу Сергеевну ждала проблема. В загоне тосковал скот. Корова её почему-то не узнала. Возможно, проблема была в частушке, которую пела, войдя в загон, Инесса Сергеевна. Если коротко, суть произведения в следующем: пас коров Петруша летом, на одну решил залезть, он и раньше был с приветом, а теперь и справка есть. Совершенно нейтральный текст. Но корова, видать, что-то не так поняла. Села Инесса Сергеевна под корову и взялась за вымя. И тут же вылетела спиной вперёд из загона вместе с эмалированным ведром.
Инесса Сергеевна встала и отряхнула грудь. Вошла и ухватила корову за рог. Голову коровью к себе подтянула и сказала в ухо совершенно спокойным голосом:
- Дам тебе еще один шанс. Но он последний.
В глазах коровы блеснули отчаяние и безысходность.
Взяла Инесса Сергеевна эмалированное ведро и одним движением из плоского снова превратила в цилиндрическое. Села под корову и снова взялась за вымя.
Свадьба совсем потухла. Без Инессы Сергеевны просто беда. Сидят все, вилками судака ковыряют. Почетный гость - лауреат премии и писатель, заметил, что немного разочарован. Могли бы пригласить на такое тусклое мероприятие и начинающего автора. Он чаял восхититься здесь аутентичностью торжества. Архаизмами дедушек и ритуалами бабушек. Кражу невесты посмотреть, тосты записать, хороводы вокруг костра запечатлеть в памяти. А потом все описать в популярном романе... Все вот говорят – деревня вымирает... Но он не верит, нет! Деревня живет и будет жить!
Ему похлопали. Тост, сказали, прекрасный. И объяснили: сейчас вот вернется с дойки Инесса Сергеевна, бухгалтер из города. И всё наладится. Рубахи и штаны будешь менять каждые полчаса. А сестра Инессы Сергеевны проснулась и добавила: она у меня такая, да. Вот такой она человек, затейница, всё в свои руки берет и всё у неё в руках горит. Хотя ни разу не доила. Вот так сестра Инессу Сергеевну охарактеризовала.
Через минуту мимо свадьбы скакала обезумевшая корова, похожая окрасом на старую березу. Крепко держась за её рог, рядом с нею галопировала в ногу Инесса Сергеевна. Корова решила покинуть деревню до тех пор, пока её не покинет Инесса Сергеевна. Но этот каприз противоречил планам Инессы Сергеевны. Выдоить скотину до последней капли было для неё делом чести. Не отставая ни на шаг, бухгалтер убеждала корову вернуться в загон. Она использовала для этого слова, которые на свадьбе допустимы только в отсутствие молодых. Под мышкой у неё было зажато эмалированное ведро такой причудливой формы, что не хватало фантазии представить, что с ним случилось и сколько раз.
Свадьба затихла. Из бутылки непрерывной струей лилась в чью-то переполненную рюмку водка. Интимно белея, бок судака застыл у чьего-то усатого рта. С ложки механизатора Папикова соскользнул масленок и упал на обнаженные колени учетчицы Щегловой. Она его подняла и медленно положила себе в рот. Стала жевать, не смыкая губ, глядя на Прыщева проникновенно и двусмысленно.
Надув щеки, председатель показал писателю на исчезающую в клубах пыли композицию. Словно фура промчалась по грунтовке и растворилась. Накаченные ляжки коровы и хлопающая на ветру крепдешиновая юбка Инессы Сергеевны было последним, что запомнилось. Председатель показал писателю на песчаную бурю и руку опустил. Потом снова показал. И снова опустил. Он испытывал очевидные проблемы с описательно-мотивировочной частью события.
- Куда это она твоего быка погнала, Анюта? - в полной тишине спросил кто-то сестру Инессы Сергеевны.
- Да, скудно у вас тут со свадебными номерами, - отметил лауреат. Вставил в зубы папиросу и повернулся к председателю. - Инесса Сергеевна-то эта ваша где? Когда придет?
©️ Вячеслав Денисов
Оценили 26 человек
59 кармы