• РЕГИСТРАЦИЯ

Фольклор. - Женщина в народной памяти. Символ-традиция-миф. Часть V. - Русская сказка.

1 2637

Бытовая новеллистическая сказка как явление художественного творчества характеризуется тем, что показывает жизненные несообразности, несоответствие поведения людей нормам здравого смысла. Неразумность обыденного, привычного вскрываются в сказках-новеллах с помощью приемов условного изображения. В задачи параграфа входит выявить особенности лексического воплощения образа женщины в бытовых сказках.

Занимательны и веселы сказки о неумных, болтливых и легкомысленных женщинах, о глупых людях. Сказки наказывают злых жен адскими муками: «...а злая жена и теперь в яме сидит в тартарары» (Аф. 433, 437). Бытовые сказки, в которых представлен образ женщины можно разделить на несколько тематических групп.

1. Сказки о мудрой женщине.

К этому типу сказок принадлежит старуха из описанной выше сказки «Морока».

Вообще, надо отметить, что семейно-бытовая сказка возникла во времена, когда была в полной силе жива традиция волшебного повествования. Во многом связанная с существующими традициями других сказок, бытовая сказка-новелла обрела переходный тип, сочетающий в себе особенности волшебного рассказа и свойства бытовой истории. Таковы сказки о загадках царевны, об оклеветанной девушке, о терпеливой жене и прочие полуволшебные, полуновеллистические истории. К этим сказкам необходимо отнести и сказки о мудрой девушке, которая отвечает на трудные вопросы царя и ставит его в затруднение своими речами. Царь женится на девушке. Позже он ее изгоняет, позволив унести с собой то, что ей дороже всего. Она забирает с собой усыпленного неблагодарного мужа-царя. Сказка о мудрой деве и немногие другие подобные ей позволяют думать, что тематическая группа новеллистических сказок об отношениях супругов начала складываться на Руси не ранее XII – XIV вв. Древнерусская повесть о деве Февронии, испытавшая непосредственное и живое влияние сказок о мудрой девушке, сумевшей выйти замуж за царя, относится к XIV – XV вв. Надо полагать, что созданию этой повести предшествовал более или менее долгий период обращения сказок о мудрой деве среди народа.

К этому же типу сказок принадлежат и такие как «Мудрая дева», «Мудрая девица и семь разбойников», «Дочь пастуха».

Основные лексические средства, которыми характеризуются женщины в этих сказках – мудрая, умная, догадливая, способная, сведущая, терпеливая и пр. Как можно видеть, все они несут положительную коннотацию.

2. Сказки о глупых женщинах.

Особую, как тематическую, так и композиционную, группу представляют собой сказки, в которых героями являются какие-нибудь необычайные глупцы, совершающие самые нелепые поступки. Сказки эти бывают двух родов: в одних глупостью отличаются целые этнические группы, население какого-либо города или местности, в других глупцами выступают отдельные люди. Точной границы здесь невозможно провести, так как необычайные поступки в конечном итоге совершают все же отдельные люди. Тем не менее некоторое тяготение сюжетов или мотивов к той или другой группе имеется.

Глупцами могут оказаться решительно все, независимо от возраста, пола и социального положения. Есть сказки, в которых глупец оказывается одураченным более хитрыми людьми, пользующимися его глупостью. Глупостью отличаются, например, старухи, даже если они добрые и сердобольные. Такая старуха пускает к себе ночевать солдата, который называет себя «Никонец, с того свету выходец». С ним она посылает для своего умершего сына на тот свет холста, денег и всякого добра (Аф. 391). Баба продает в долг быков, но одного из них оставляет себе под залог. Покупатели исчезают навсегда. Этим она выводит из терпения своего мужа, который отправляется искать еще более глупых и обычно их находит. Подобная отправка – весьма простой композиционный прием, позволяющий путем встреч нанизывать один за другим самые разнообразные эпизоды. В такую цепь попадают и сказки о глупой девке и др.

Ближайшее знакомство с бытовыми сказками обнаруживает в них стилевую структуру, в принципе мало отличимую от структуры сказок о животных и структуры волшебных сказок. В этом можно убедиться, рассмотрев небольшую анекдотическую сказку о бабе, которая ведет речь с торговцем иконами (Аф. 528).

Сказка начинается повествованием: «Одна глупая баба приехала на ярмарку купить образ Временной Пятницы». Это место нуждается в небольшом пояснении бытового характера. Святая Параскева-Пятница весьма почиталась в старое время. Она слыла покровительницей семейного благополучия, домашнего хозяйства, целительницей разных недугов. Кроме дня 28 октября, в церковном календаре святую чтили в особые двенадцать пятниц на праздничных и предпраздничных неделях – это и были так называемые «временные» пятницы. В честь Параскевы праздновали еще особые девять торговых пятниц. Вот почему торговец так авторитетно, как увидим из сказки, разъясняет смысл изображения на иконе. Пятница слыла строгой, даже грозной святой. В стародавние времена ей ставили на распутье часовни. В обычае было встречать и провожать родных и знакомых у этих часовен. Вообще образ Пятницы связывался с дорогой, чем и воспользовался сказочник. В сказке говорится: «Приходит баба в балаган к разносчику» (продолжение повествования в прошедшем времени с заменой прошедшего времени – настоящим). «Дядюшка, покажи-ка мне образ Временной Пятницы!» (речевая реплика, включенная в повествование). «Вместо того показывает он ей Егория Храброго» (повествование). «Дядюшка! Да отчего же она, матушка, на коне?» – «Экая ты, баба, дура! Оттого она и называется Временною, что иной раз пешком ходит, а временем на коне ездит. Вишь, конь-то так копытища и задирает!» (диалог-сцена).

Несмотря на краткость, сказка демонстрирует типичную стилевую структуру бытовых сказок. Другие сказки могут отличаться от нее лишь объемом повествования, диалогов-сцен в составе целого. Каждый структурный компонент рассказываемой истории принимает печать той бытовой манеры, которая составляет особую привилегию любителей этого вида сказок. В сказке о бабе, пришедшей за иконой, всего выразительнее диалог. В обмене речевыми репликами и выразился комический эффект целого. Произвольное осмысление имени Временной Пятницы («временем на коне ездит») продиктовано либо желанием торговца всучить покупательнице одну икону вместо другой, либо свидетельствует о его неведении. И в любом случае сама по себе сцена смешна уже тем, что очевидное несоответствие изображения Георгия на коне и предлагаемого толкования нисколько не смущает торговца: это либо попытка сплутовать, либо глупость, которая под стать неведению бабы. Похвала изображению дана не по сути, которая может отличать одну икону от другой, а по простодушию или по расчету: «Вишь, конь-то так копытища и задирает!» Народ не однажды обыграл эту путаницу и смещение понятий. Насмешливая пословица гласила: «Вольно богомазу Егорья пешком, а Пятницу на коне писать» либо так: «Воля иконника Пятницу на коне, а Егорья пешим писать». Существовало насмешливое присловье: «Георгия замест Пятницы променяли» (о суздальцах). Возможно, и пословица, и присловье прямо связаны со сказкой, но независимо от этого все они – яркие образцы обиходной речи. Сказка блещет всеми достоинствами простонародного разговора. Здесь и просьба: «Дядюшка, покажи-ка мне образ...», и недоумение: «Дядюшка! Да отчего же она, матушка, на коне?» И раздражение торговца или нарочитое выражение превосходства над наивной и темной бабой: «Экая ты, баба, дура!..» Речевые реплики полны живой экспрессии и обрисовывают характеры действующих лиц.

К этой же группе сказок относятся истории о господах и слугах, людях низкого социального положения: об одураченном барине, о богатом хозяине, нанявшем работника, о барыне, обманутой хитрым крестьянином, и другие истории. Меняется их тон сравнительно с остальными. Легкий комизм, свойственный новеллистическим сказкам об отношениях неверной жены и одураченного мужа, в сказке о барине и плотнике уступает место жестокому, даже мрачному юмору. В нем больше чувства социальной мести, чем того комизма, который так типичен для новеллы. Сказка не ведает жалости к барину. Сказки высмеивают, вышучивают, обличают, наказывают господина за жестокость, спесь, жадность, безделье и глупость. Барин поддерживает сосну, чтобы сосна наземь не упала («Барин и мужик»). Барин стережет под шляпой мнимого сокола, высиживает лошадей из тыкв, покупает козу, которая умеет ловить волков, верит, что отелился, лает на волков собакой. Барыня так же глупа, как и барин. Она верит хитрому кучеру, который вызвался высидеть пятьдесят черненьких цыплят. Прошло три недели, не терпится барыне увидеть высиженных кучером цыплят. Послал он ей двух, взятых из-под наседки, и через барынину служанку велел передать: «На цыплят долго любоваться нельзя. Поскорее верните назад – сердце ломит» («Барыня и цыплятки»).

Сказки о господах в еще большей степени, чем сказки о супружеских изменах, чем прочие семейно-бытовые новеллистические истории, характеризуются критикой ненормальностей и несообразностей в обществе и людском поведении. В сказках по-своему мотивировано обращение к внешне искажающим действительность приемам рассказа в виде придуманных положений, взятых во всей их бытовой необычности. Ненормальное жизненное явление, когда паразитирующий барин пользуется всеми жизненными благами, явная ненормальность обыденного, и породил бытовую выдумку. Сказки высмеивают неумение господ, незнание ими настоящих свойств вещей. Жизненное явление осуждено в нарочито комических сценах.

Выделяя сказки о глупцах и присматриваясь к их героям, мы приходим к заключению, что глупость здесь нечто большее, более значительное, чем только художественный прием для создания необычайных ситуаций и комических происшествий. Эти сказки принадлежат более широкому кругу комических сказок, комизм которых производит на современного человека иногда несколько странное впечатление.

Основными лексическими средствами в этой группе сказок являются слова глупая, дурная, безмозглая, тупая и пр. Как можно видеть, все эти слова, в противоположность рассмотренным ранее несут отрицательную коннотацию.

3. Сказки о злых и неверных женах.

К наиболее распространенным видам сказок-новелл относятся многочисленные и разнообразные сказки о супружеской неверности и верности, о женитьбе героев и выходе героинь замуж, об исправлении строптивых жен, о неумелых стряпухах, ленивых хозяйках.

Особое пристрастие, питаемое новеллистическими сказками к любовной тематике, не есть еще самое характерное их свойство. Характернее другое: все, что говорится о супружеских изменах, рассказано с веселой издевкой и над обманом неверных жен, и над простотой одурачиваемых мужей. Явление в жизни, возникшее в условиях, когда люди не свободны в решении своих судеб или поддаются соблазну, обманывают друг друга, высмеяно в нарочито глупых сценах.

В особую тематическую группу могут быть выделены сказки, в которых выведены строптивые, ленивые, злые и неверные жены. Такие сказки окрашены сатирически. В них отмечены некоторые отрицательные стороны семейного быта патриархальной деревни. Применение гиперболы придает им ярко комический характер. К сказкам о злых женах относится, например, такой сюжет, как «Злая жена в яме» ( Аф. 433 – 437). Муж чтобы избавиться от своей злой и сварливой жены, сбрасывает ее в яму к чертям. Через некоторое время он приходит к этой яме и видит, как черти один за другим из нее вылезают так как не могут выдержать соседства этой женщины. Много сказок имеется о ленивых, упрямых и строптивых женах. Муж ищет труп утонувшей жены, идя вверх по течению, так как он убежден, что она и после смерти все делает наперекор (Аф. 439). Такая жена лучше даст себя похоронить или утопить, но никогда не согласится с мужем. Она, например, укоряет мужа, что он плохо побрился (не «брито», а «стрижено»). Муж сбрасывает ее с моста в воду, но она из-под воды поднимает руку и двумя пальцами показывает, что стрижено (Аф. 440). Женщина еще в девичестве отличается строптивостью. Жених или молодой муж берется ее исправить и делает это весьма решительно: он запрягает ее в сани вместо лошади и приезжает на ней к своему тестю (Аф. 519) («Укрощение строптивой» Шекспира).

В числе сказок о неверных женах намечаются две группы. В одних неверная жена обличена, торжествует муж, наказывающий свою жену, в других, наоборот, ловкая жена проводит своего мужа, который остается в дураках. Международен и очень древен сюжет «Матроны Эфесской», рассмотренный еще Ф.И. Буслаевым. Неутешная вдова оплакивает мужа в склепе, но изменяет ему с преступником, который приходит спасаться в склеп, и выдает ему труп своего мужа (тип 1510). Она готова выйти замуж за человека, который приносит ей известие о смерти мужа (тип 1350). Даже царь Соломон обладает неверной женой, которую он казнит (тип 920).

В Западной Европе такие сюжеты о женах-изменницах были известны еще в средние века, что мы знаем из сохранившихся латинских монашеских проповедей. С точки зрения церковного аскетизма женщина – это источник всякого зла, сосуд дьявола, и это доказывалось историями о неверности жен. Народная мораль, выраженная в них, однако, совершенно иная. Осуждается распущенность, она выведена в комическом виде в форме занимательных рассказов, но в фольклоре нет никакого аскетизма. С другой стороны, сюжет о жене, с успехом обманывающей своего придурковатого мужа или мужа-деспота, старика, ревнивца, отражает более поздний взгляд на женщину в эпоху Ренессанса. Такого рода сюжеты использованы Боккаччо. Международным также является сюжет о Госте Терентии, известном у нас как в форме сказки, так и в форме былины-скоморошины. Жена посылает мужа за лекарством. Наученный скоморохами, он в корзине скоморохов возвращается домой, застает пир с любовником и излечивает жену плеткой («Гость Терентий», Аф. 445). Сюжет еще в XI веке в Голландии исполнялся в кукольном театре. К этому же кругу сюжетов может быть отнесена сказка «Дорогая кожа». Продавая кожу, бедняк попадает в дом богача, жена которого находится с любовником. Изобличения не происходит, хитрый бедняк спасает любовника и остается в выигрыше (Аф. 447). Большой популярностью пользовалась также сказка «Никола Дупленский». Жена спрашивает у дерева, как ей избавиться от мужа. Муж отвечает ей из дупла вместо святого Николы, а затем убивает ее любовника (Аф. 446).

Комизм сказок-новелл весьма часто обнаруживается в прямом изображении заведомо нереальных ситуаций и положений. Зная упрямый характер жены, муж говорит противоположное тому, чего хочет, – и упрямица поступает так, как надо. Собрался он ехать в лес рубить дрова и сказал: «Ты не думай пшена намыть, пшена натолочь, блинов испечь». Жена ругается: нарочно, мол, блинов напеку. Муж говорит: «Ну, баба, ты не вздумай завтра блинов напечь, да в лес принести, да маслом, сметаной намазать!» – «Нет, – отвечает жена, – так и сделаю, принесу!» И вправду, принесла блины. Муж заставил жену даже дрова рубить. Выдумка основана на том, что упрямство обрело невозможный в жизни вид.

Встречаются в сказках и более разительные случаи несоответствия рассказа действительности. Застигнутая врасплох мужем женщина ставит любовника в передний угол и выдает его за новую икону святого Спаса. Муж сделал вид, что верит. За обедом, поглядывая на «нового Спаса», муж говорит: «А ну-ко, не хочет ли новой-то Спас щей-то?» – и выливает на любовника горячие щи. «Спас» бежит, а муж, прикинувшись полным дураком, кричит вслед: «Спас, Спас! Постой, еще каша у нас!»

Основная характеристика женщин в этих сказках – ленивая, упрямая, строптивая, неверная, неумелая. Все эти определения носят отрицательную коннотацию.

Таким образом, можно сделать вывод, что в бытовых сказках образ женщины нашёл своё воплощение в трёх основных типах:

1. Сказки о мудрой женщине.

Женщина в этих сказках характеризуются при помощи таких эпитетов как мудрая, умная, догадливая, способная, сведущая, терпеливая и пр. Как можно видеть, все они несут положительную коннотацию.

2. Сказки о глупых женщинах.

Основными лексическими средствами в этой группе сказок являются эпитеты глупая, дурная, безмозглая, тупая и пр. Как можно видеть, все эти слова, в противоположность рассмотренным ранее несут отрицательную коннотацию.

3. Сказки о злых и неверных женах.

Женщина в этих сказках характеризуется при помощи эпитетов ленивая, упрямая, строптивая, неверная, неумелая. Все эти определения носят отрицательную коннотацию.

Таким образом, проведенное исследование позволяет сделать вывод, что образ женщины в русских сказках воплощается при помощи специальных лексических средств, выбор которых определяется типом данной сказки.

В сказке остается еще много неразъясненного. Нелегко толковать и судить о предмете, простота которого обманчива. Русская сказка – художественное творение, в котором отложилась тысячелетняя история народа, это красочный наряд его памятливой души. И сколько бы ни нашлось тем, образов и сюжетов, общих у сказок разных народов, это не меняет общего взгляда на сказку – яркое проявление национального искусства. Творил сказку главный носитель демократических начал в культуре каждой нации – народ.

Сказки о животных в комических и сатирических характеристиках жизненных положений воссоздают реальность в том бытовом ключе, который только и мог быть избран теми же строгими моралистами, судьями и фантазерами, которые творили волшебные истории. Только на этот раз их жизненная позиция представала негативно – в форме шутки, задуманной вполне серьезно.

Что касается бытовых сказок, то они выворачивают наизнанку все лицемерные покровы благопристойного бытия и нормы обывательского существования. И в этих сказках открыт простор для мысли о торжестве истинных, человеческих, а не временных, ложных порядков в быту и людских отношениях. Высокая позиция народных сатириков и юмористов проглядывает сквозь нарочито глупые сцены.

В сказках отразилось представление народа обо всех сторонах жизни. Мы видели, как в сказках отражается народное представление о женщине. Оно несет в себе как негативные, так и положительные смыслы. При этом, образ женщины в русских сказках воплощается при помощи специальных лексических средств, выбор которых определяется типом данной сказки.

Так, образ женщины в сказках о животных воплощается в основном в образе лисы, которая характеризуется как хитрая, воровка, обманщица, злая, неверная, льстивая, злопамятная, ловкая, мстительная, хитрая, корыстная, расчетливая, жестокая.

Образ женщины в волшебных сказках может быть воплощен как в антропоморфных существах (Баба-Яга, Лихо), так и в образе обычных женщин (мать, дочь, невеста, падчерица). Образ женщины в этих сказках может быть рассмотрен по нескольким категориям: по возрастным группам, живой / мертвый, болезнь и здоровье, целый / расчлененный, истинный / преображенный, добрый / злой, мудрый / глупый, сильный / слабый, красивый / уродливый, чистый / грязный, большой / маленький.

Главной фигурой практически всех волшебных сказок является умная женщина. Есть сказки, называющие героиню прямо по уму, например: «Мудрая жена», «Елена Премудрая» или «Василиса Премудрая», «Царевна, разрешающая загадки». Из 600 сказок найдется 1 – 2, где героиня именуется «глупой».

В бытовых сказках образ женщины нашёл своё воплощение в трёх основных типах:

1. Сказки о мудрой женщине.

2. Сказки о глупых женщинах.

3. Сказки о злых и неверных женах.

Каждый из этих типов имеет своё особое лексическое воплощение.

Женские образы в русских народных сказках олицетворяют, с одной стороны, желанную цель – это безликая принцесса, которую герой получает как вознаграждение; с другой стороны – основное затруднение на пути к цели – безобразная колдунья. Таким образом, образ женщины одновременно и манит, и пугает, воплощает в себе как злое, так и доброе начало. 


"Чё ле делай, даром не живи!"

Единая методичка о "конституционном перевороте Путина"
  • sntdpni
  • 19 января 16:59
  • В топе

Ну, вот, период деморализации, разброда, шатаний и полного замешательства в рядах "людей с прекрасными лицами" счастливо завершился! Единая методичка доведена до всех-всех-всех борцов з...

Мы наш, мы новый мир построим

Как одно мгновение прошли все новогодние праздники от встречи Нового года до Крещения, но в тоже время - от поедания тазика салата оливье под взрывы фейерверков до купания в проруби - п...

СРАЖЕНИЕ ЗА ПАУЛУ, или Как русский танк Т-90 одержал победу над американским Абрамсом

✔ Уважаемые читатели! Создавая в прошлом году журнал «Чайный домик», мы ставили целью и обещали друг другу всемерно сохранять и преумножать наследие ушедшего от нас, всеми любимого Зелё...

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    Загрузка...

    Появление писаного права в Древней Руси и княжеская власть

    Данные проблемы решались в том числе и путём создания и перера-ботки писаных сборников права. В.О. Ключевский, однако, считал византийским влиянием саму идею «законодательной обязанности» княжеской власти. Аналогичные воззрения мы видим также у М.К. Любавского . На первый взгляд, они правы, ибо правотворчество Ольги и Владимира Святого, вопреки известному в науке мнен...
    2160

    ВЕРХОВНАЯ ВЛАСТЬ И ПРИНЕСЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЖЕРТВ У ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН

    В «Повести временных лет» (ПВЛ) по Лаврентьевскому списку под 983 г. читаем: «Идее Володимеръ на Ятвяги, и победи Явтяги, и взя землю их, и иде Киеву, и творяше потребу кумиром с людми своими. И реша старци и бояре: «Мечемъ жребии на отрока и девицю, на негоже падеть, того зарежемъ богомъ». Аналогичный текст мы видим и в других древнейших летописях – Ипатьевской, Радз...
    2415

    Национальное сознание и самосознание России на историческом фоне.

    В мировой исторической науке немало написано о крайнем своеобразии русской цивилизации. Русь считают догоняющей, специфической европейской, азиатской, крестьянской, иррациональной, самой деспотичной, самой анархичной… Существует и множество других определений и осмыслений, предложенных историками, философами истории, культурологами. Сквозь туман предубеждений и идеоло...
    2708

    Ритуальные бесчинства - Анти-миры русского мира.

    Обрядовое ряженье встречается у многих народов. Оно известно в нескольких формах, каждая из которых так или иначе сопряжена с мотивом страшного мира. Одну из них (она характерна и для русской традиции) отличает связь с двумя особыми сторонами обрядовой культуры — игровой и смеховой.Ряженье - это всегда внешнее преображение. Меняя свой облик («облик человеческий премен...
    6357

    Соха, Чепигы - и другие тайны астрономии Русов.

    Потребности ориентации и определения времени рано выделили астрономию среди других областей научного знания в отдельную отрасль. Среди первых богов человечества -олицетворенные в светилах солнце и луна. На обширной территории, которую впоследствии заняли восточнославянские племена, издавна существовал разработанный культ светил, звезд и, возможно, астрономических явле...
    2377

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.III.

    Рассматривая же сюжет о «невесте из бани», которая воспитывалась ба-енником до брачного возраста, легко понять, что до крещения и венчания, об-ретения женского головного убора – повойника и введения её в избу, что тож-дественно обретению соответствующего общественного статуса, это существо не имело никакого вида (облика), что тождественно, в свою очередь, отсут-ствию ...
    2748

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.II.

    Восточным славянам были присущи обычные для архаических обществ и культур явления «перенесения» свойств одних предметов и явлений на другие, между которыми мыслилась, таким образом, своего рода связь. Так, для борьбы с вредоносным колдовством можно было нанести ведьме увечье, «заткнув в щелях хлева крапиву, нож или косу». Её также можно было уничтожить, если чучело ко...
    2601

    Славяно-Русы в VII веке, о чем умалчивает классическая наука.

    История Руси полна загадок и тайн, сегодня хотелось бы заострить внимание на одном, пожалуй в самом простом вопросе, если до образования Древней Руси, были известны племена вятичей, древлян, дреговичей, полян, то куда же подевались сведения о них? Неужели у этих племен не было соседей? Неужели все они были молчаливы и бесписьменны? Глупо предполагать, что сведений не ...
    2899

    "И все б, я пила, все б, я б, ела" - Питейная культура Древней Руси.

    В Древней Руси вплоть до XIV века существовали следующие напитки: живая вода, сытa, березовица , вино, мед, квас, сикера и ол. Грань между алкогольными и безалкогольными напитками была весьма условна. Безалкогольными являлись лишь первые два: вода и сытa (смесь воды и меда), да и последняя могла забродить и превратиться в слабоалкогольный напиток. Уже березовица (бере...
    3929

    Архаическое сознание и медицина. - Ч.I.

    Существуют очень интересные примеры смешения языческих и христи-анских черт в древнерусских апотропеях. «Г(оспод)и, помози рабу Своему Фоме», - такой чисто христианский текст читаем на кабаньем клыке, найденном во Вщиже в слоях уже XII в. Такое соседство поражает, ибо есть данные, согласно которым изначально кабан (свинья) – священное животное индоевропейцев, в том ч...
    2186

    Душа скоморохов. - Гудок - русская скрипка.

    Некоторые писатели уверены, что в скрипке скрыто женское начало. Она или озорная девчонка, или печальная женщина, или трагическая старуха. Народные исполнители считали, что звучание скрипки подобно человеческому голосу. А еще говорят, что столетия назад извлекать из скрипки мелодию удавалось только мужчинам. Сегодня скрипичная игра в деревнях практически исчезла. Сей...
    3429

    Обретение утраченного. Обряд принятия волчьей силы.

    Здравствуйте, дорогие друзья!Продолжаю публиковать серию постов, посвящённых восприятию волчьей силы в казачьей среде.Данные Льва Диакона  и «Слова о полку Игореве» не просто подтверждают друг друга, но и показывают, что оборотень, в том числе и лидер-оборотень становится таковым не в силу наказания за совершённые преступления, на что акцентируют внимание древнег...
    2640

    Илья Муромский (Русский) - Европейский след русского эпоса.

    Фольклорные герои далеко не всегда остаются только в рамках одной культуры. Контакты между народами приводят и к тому, что и герои их сказаний, эпических песен, мифов могут перейти межэтнические границы и стать героями народного творчества уже другого народа. Иногда такие переходы оказываются полезными при попытках уточнить хронологию появления фольклор...
    2808

    Обряд принятия волчьей силы.- Инициация.

    Тема оборотничества – одна из тех мистических тем, что обрели особую популярность в последние годы: книги, фильмы, разнообразные байки-страшилки вовсю её муссируют. Возможно, одной из причин популярности является тот факт, что в данном случае байки и легенды имеют под собой вполне реальную, хотя и не буквальную, основу – как в истории, так и в психиатрии (ликантропия)...
    3491

    Фольклор. - Феномен куклы в мировом массовом сознании. Часть II.

    Детской игрушкой кукла стала не так давно, а фигурки, изображающие человека, появились чуть позже, чем сам человек.Все, что происходило вокруг первобытного человека, было непонятным и очень часто жестоким и пугающим: с неба лилась вода и падал стрелами огонь (дождь и молния). Вода, если это был сильный ливень, смывала и уносила жилища, людей, посевы. Когда разливались...
    3062

    Фольклор. - Феномен куклы в мировом массовом сознании. Часть I.

    Кукла — одна из интереснейших страниц в истории культуры. Человек соединен с куклой куда более прочно, чем мы сегодня можем представить. Кукла, повторяя человека и отталкиваясь от него, связана с ним физическими, психологическими и мировоззренческими связями. Трудно сказать точно, но кукла как детская игрушка появилась у славян около 1000 лет назад — это подтверждают ...
    3340

    Обряд принятия волчьей силы.- Продолжение. -Индоевропейские корни.

     Согласно легендам, Ромул и Рем, Кир, Заратуштра были выкормлены волчицами. Такие предания восходят к тотемическим мифам. Ведь реальные дети-«маугли» приживаются в человеческом обществе с большим трудом. Волк, особенно часто изображавшийся в искусстве сарматов, видимо, был их тотемом. В нартовском эпосе осетин (потомков сармато-аланов) предком героев-нартов являе...
    5738

    Судьба Русов. - Пасха - Ты ли это?

    Христианский праздник пасхи имеет длинную и сложную историю.Древнееврейский праздник пасхи зародился приблизительно 3500 лет назад, когда евреи занимались скотоводством кочуя со своими стадами по Аравийской пустыне Изначально это был скотоводческий праздник. Так как весна была важным моментом в жизни скотоводов, именно весной происходил массовый приплод...
    13157

    Обряд принятия волчьей силы. - Продолжение. - Психосоматическая защита.

    В мифологии и эпосе индоевропейских народов важное место занимает образ воина-оборотня. Представление о том, что человек может превратиться на время в животное (и сохранить при этом человеческий разум) восходит своими корнями к временам тотемизма.Самые известные животные для подражания являлись кабан, медведь, волк (собака). Вообще, волк являлся визитной карточкой и...
    6435

    Обретение утраченного. Обряд принятия волчьей силы.

    Древние источники - саги, летописи, древние песни и сказания - древнейшие рассказы, которые позволяют понять саму душу народа. О Гуннлауге Змеином Языке, о Тормоде Скальде Чернобровной, о Магнусе Добром, коего Ярослав Мудрый в детстве держал у самого сердца своего…«Старшая» и «Младшая Эдды». Сборники рассказов о песен о богах и героях, - великих и коварных, сильных и ...
    14107
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика