Швеция и Финляндия в НАТО, Джонсон — политический труп, Байден остался один

Победитель моста

22 7672

Деревенские хроники.

- Есть у нас в деревне старичок один, - говорит Айгуль. - Странный. Поехал недавно на открытие Крымского моста. Завел свою "оку"...

Я даже ушам не поверил.

- Серьезно? Я их сто лет уже не видел.

- Да-а! "Ока" у него. Везде на ней ездит. Жена говорит ему, куда ты дурень собрался на своей "оке". Вон, езжай в Уфу, покупай билет, садись на самолет и лети. А тот уперся. Нет. Поеду сам. И поехал. Доехал сначала до Самары... там сломался, но его починили.

- Доехал в итоге?

- Подожди, - Айгуль поднимает палец. - Все расскажу. Два или три месяца он жил в Крыму.

- Это как? На какие деньги?

- Да у него там братья живут. У них и остался.

- Так он крымский татарин?

- Ну да.

- А как сюда попал? - спрашивает Лариса.

- Он раньше в Уфе жил с женой, она из нашей деревни. Потом сюда переехали. А познакомились в Крыму, на пляже.

- Вон она, судьба.

Я задумываюсь. На "оке" даже до Самары -- это тяжело.

- Хорошо ездит, наверное?

- Да нет, куда там. Он права-то года два назад получил. Сел сразу на "оку" и поехал в Ульяновск. Ехал-ехал и остановили его гаишники. Оказалось, по просьбе дальнобойщиков.

Это настолько неожиданно, что мы хохочем.

- Серьезно?

- Да! Туда же фуры идут. "Мы же, говорят, его раздавим". Он так ездит. Ночь, темно, машинка маленькая.

- Подожди. А с Крымом что?

- Сейчас расскажу. Через три месяца возвращается старичок в деревню. И отмалчивается. Жена спрашивает: в Крыму был? Был. "А машину-то куда дел?" Он молчит.

Айгуль таинственно понижает голос.

- Разбил что ли? - говорю я.

- Да хуже! Влепился во что-то и не признается. В общем, "машины нет, жена".

Мы смеемся.

- Ну все, зато дальнобои могут вздохнуть свободно, - говорю.

- Куда там! У него вторая "ока" есть.

Вот это номер. У меня отвисает челюсть.

- Да! Стоит у него во дворе. Старичок этот ушлый, деловой. Как-то давай вторую "оку" продавать Ильназару...

Я не сразу понимаю.

- Твоему Ильназару?

Сыну Айгуль девять лет.

- Да! В том-то и дело. Две "оки" у старичка тогда еще было. Одну он затеял продавать. Я, говорит, тебе дешево отдам. Всего за двадцать пять тысяч. Ильназар загорелся. Начал думать, где денег взять.

Мы смеемся.

- Ильназар как-то пошел смотреть "оку" к тому старичку во двор. А тот как раз открыл капот и зачем-то там ковыряется. Ильназар развернулся и домой пошел. Идет и ругается. "Так он мне сломанную машину продать хотел?!"

- Словно уже деньги собрал и покупать шел. Серьезный парень.

- Точно, точно, - говорит Айгуль. - Идет и весь кипит. Ругается, руками машет. Вылитый мой Талгат, когда сердится.

Представив Ильназара, который идет и ругается, как его отец, я смеюсь. Ильназар хороший мальчишка, настоящий, как из моего детства. Все время что-то мастерит, режет копья, стрелы, делает силки на лисицу (правда, еще не испытанные). А еще он черный от солнца, как негритенок, и серьезно хмурит выгоревшие брови.

- Не, конечно, старичок молодец, - говорит Айгуль. - Ему семьдесят лет, но на вид не дашь. За собой следит, за здоровьем очень. Бодрый, зарядку делает. Обливается каждый день холодной водой.

- Ничего себе.

- Вот представь. Мой Талгат как-то пошел к нему зимой. Дело у него было какое-то, не знаю. А у старичка ворота с крышей сверху, как у русских, видели? Талгат слышит, что во дворе кто-то есть, что-то делает. Талгат стучит, а из двора как закричат: "Подожди, не входи! Подожди!". Это старичок кричал. Талгат спрашивает: А что так? "Дело у меня". Какое дело, спрашивает Талгат. "А кто спрашивает?" Талгат. "Талгат? Тогда входи. Входи, Талгат". Мой Талгат зашел, а там... Мороз же! А тот старичок голый, снегом обтирается. Вот все, прям как есть. Представляете? Чего он голый, скажите? Не мог в трусах, что ли, обтираться?

Айгуль смеется и качает головой.

- А тогда мороз был сильный. Талгат с этим старичком пять минут разговаривал, сам замерз в тулупе стоять, а старичку хоть бы что. Потом еще два ведра воды на себя вылил. Талгат пришел домой и рассказывает. "Представляешь? И не холодно ему". Как он ничего себе не отморозил?

- Однако.

- Но старичок молодец. Хорошо выглядит, всегда хорошо одет. Вон он пошел, видите...

Мы выглядываем в окно кухни. Мимо бодро пробегает старичок в клетчатой рубахе, спортивных штанах с лампасами и в бейсболке козырьком назад. Икона стиля, без сомнения.

- А как его зовут? - спрашиваю.

- Его-то? Фатих, кажется. Да, Фатих.

- А прозвище у него есть?

- У кого?

- Ну, у старичка этого, покорителя Крыма.

- Откуда! Нет, нету. Он здесь недавно, лет шесть или семь всего живет. Приехал из Уфы с женой. Она местная. Живут в доме ее отца.

Так-то, он хороший. С ним поговорить всегда можно. И поможет, если что. Идет он как-то с "Дружбой" в лес. А я в это время на сеновал залезла, тюк спускаю...

- Тюк? - я не понимаю.

- Ну, сено. Для коровы. Видел, может, такие круглые?

- А! Да, у дяди Феликса. У него весь двор такими заставлен.

Тюк -- это круглый цилиндр сена. Перевязанный нитью плотно-плотно. Это машина делает.

- Ну, у Феликса и скотины побольше. Пять коров, лошадь, бычки. А у меня одна Цветочек. Так вот. Еле спускаю тюк, он двести пятьдесят килограмм весит, а его еще надо развязать. Больше всего это не люблю. Пока развяжешь, намучаешься. А тут старичок. "Давай, говорит, я тебе, Айгуль, помогу". Я ему: как ты мне поможешь? Тюк "Дружбой" разрежу, говорит старичок. Вот как он его разрежет?

Айгуль смеется. А мне почему-то представляется этот Фатих в образе Крутого Эша, с бензопилой вместо руки. И в штанах с лампасами. Старичок опускает руку и вокруг разлетаются обрывки сена. Старичок запрокидывает голову и смеется безумным смехом.

- Так он получается, исполнил свою мечту, - говорю я.

- Ну, по мосту же он не проехал. Он же по мосту хотел. Самолетом прилетел, скорее всего.

- Может, он позвонил брату в Крым, тот приехал за ним на машине?

- Может, - говорит Айгуль с сомнением.

Я почти вижу, как этот Фатих, раскинув руки, едет в открытой машине. А та мчится по огромному мосту. Вокруг солнце, огромное море и крики чаек. Фатих раскинул руки и ловит воздушный поток железно-золотозубым ртом. И улыбается.

- Крутой старичок, - говорю.

Айгуль задумывается.

- Не, он не крутой, - заключает наконец. - Он странный.

P.S. Кстати, Фатих -- в переводе с арабского, "победитель" :)

"Ока" (Ваз-1111). Советский автомобиль особо малого класса. Выпускался с 1988 по 2008. Выпущено 700 тысяч машин. Двигатель от 0.65 до 1.1 литров.

Старичок крут почти как Джеймс Бонд. Только у Коннери здесь не "Ока", а Остин-Мартин.

Вид с одной из арок Крымского моста.

А вообще, Башкирия нисколько не хуже Крыма...

А может, даже лучше :)

Вал новостей из Украины

День сегодня выдался интересный. Новостей из Украины просто вал, да таких, что свидомитам недели три скакать хватит.Начну с того, что сегодня, 4 июля, военный оркестр Украины впервые ис...

В ЛНР отреагировали на слова Путина о том, что военным нужен отдых после Лисичанска

Глава МИД ЛНР: идет работа по направлению на Северск, отдыхать будем позже Министр иностранных дел Луганской народной республики Владислав Дейнего заявил, что силы Народной мили...

Европа, или глянь чё делается!

Тот случай, когда не надо ничего выдумывать, править или расписывать своими словами. Ниже дословный пост о европейских реалиях эмигрантки Елены Клаасен, работающей в Голландии медиком. ...

Обсудить