..Сторож Синицын был человеком опытным. За тридцать восемь лет службы он видел многое. Он видел директоров, реформаторов, аудиторов, он даже однажды видел трезвого заместителя начальника снабжения. Поэтому удивить его было непросто. Тем не менее говорящему металлическому шар это удалось. Синицын снял ушанку, почесал затылок, надел ушанку обратно. Шар терпеливо ждал.
— Ну? — спросил он.
— Что "ну"?
— Это Земля?
— Пока да.
Шар заметно расслабился. Если, конечно, металлические шары вообще способны расслабляться.
— Слава звёздам.
— А что случилось?
— Навигатор.
— Понятно.
На самом деле Синицын ничего не понял, но за долгие годы общения с разумными формами жизни выработал в себе полезную привычку не уточнять лишнего.
Шар слегка засветился:
— Согласно маршруту, я должен был прибыть на научную станцию в системе Альдебарана.
— Бывает.
— Как я оказался здесь?
— Бывает чаще.
Шар задумался. Потом произвёл серию тихих щелчков. Где-то внутри него зашуршали механизмы. Наконец он произнёс:
— Тогда у меня плохие новости.
— Для кого?
— Для всех.
Синицын вздохнул. Именно таких слов он и опасался. Последний раз подобным тоном с ним разговаривал представитель налоговой службы.
..За один день до этого, где-то в глубинах космоса, произошел грандиозный скандал. На орбитальной станции Межзвёздного Логистического Агентства заседала Комиссия по Чрезвычайным ошибкам навигации. Комиссия состояла из семнадцати представителей разумных цивилизаций. Шестнадцать из них энергично перекладывали ответственность друг на друга. Семнадцатый составлял протокол. На гигантском экране медленно вращалась Земля. Председатель комиссии нервничал.
— То есть вы хотите сказать, что объект №47 оказался не там?
— Да.
— Насколько не там?
— Примерно на двадцать три тысячи световых лет не там.
— Двадцать три тысячи?!!
— Навигатор обновился автоматически.
В зале раздались тяжёлые вздохи. Автоматические обновления давно считались проклятием всей разумной Вселенной. Они загубили десятки тысяч цивилизаций. Некоторые учёные считали их естественным, но необъяснимым законом природы.
На Земле ситуация развивалась стремительно. Через два часа склад был окружён военными. Через три прибыли шпионы. Через четыре часа - депутаты. Это было первым серьёзным симптомом повышенного интереса к объекту. К утру следующего дня приехали журналисты, к обеду - эксперты, к вечеру - блогеры. К полуночи объект пожалел, что вообще подал признаки жизни.
— Кто все эти люди? — спросил он у Синицына.
— Самые опасные представители местной фауны.
Шар снова задумался. В его памяти всплыли инструкции по первому контакту. Ни одна из них не предусматривала депутатов.
— А почему они всё время говорят одновременно?
— Это брачный ритуал.
Шар внёс уточнение в базу данных.
..Вероника и Алиса прибыли в Теплозаводск частным самолётом. Формально их никто не приглашал. Фактически они уже несколько лет перемещались по миру по тем местам, где концентрировались деньги, власть или неприятности. А здесь, судя по количеству военных, журналистов и олигархов, было сразу всё.
— Как думаешь, что там внутри? — спросила Алиса.
— Судя по лицам чиновников — либо инопланетяне, либо аудиторы.
— А если и то и другое?
— Тогда человечеству конец...
В два часа ночи генералиссимус-президент лично связался с объектом по защищённой линии. Красная кнопка слушала разговор через служебные каналы. Ракета тоже слушала. Если уж честно, слушала вся Система Стратегической Обороны. И все, кто был к ней хоть как-то причастен.
— Представьтесь, пожалуйста, — сказал президент.
— Старший навигационный модуль экспедиции №47.
— Вы прибыли с миром?
— Конечно.
— Отлично.
— Но есть проблема.
Президент напрягся. Красная кнопка тоже. Ракета в волнении тихо чихнула соплами.
— Какая проблема?
— Видите ли.. согласно нашим данным, ваша планета должна была исчезнуть ещё три тысячи лет назад.
Внутри и снаружи склада, в кабинете президента и в бункере стало тихо. Очень тихо. Так тихо бывает только тогда, когда никто не знает - паниковать, или сначала уточнить детали.
— Простите?
— Земля числится в архиве как ликвидированный объект.
— Что значит ликвидированный?
— Ну.. уничтоженный.
В подземном бункере Красная кнопка неожиданно испытала чувство глубокого морального удовлетворения.
— Я же говорила, — пробормотала она.
— Что? — спросила ракета.
— Что главная угроза человечеству - это документооборот.
Новость о том, что Земля официально уничтожена три тысячи лет назад, распространилась по планете за двадцать минут. Через двадцать минут её опровергли, через сорок подтвердили, через час появились эксперты. К вечеру эксперты разделились на два лагеря. Первые утверждали, что Земля, по всей видимости, уничтожена. Вторые - что Земля не уничтожена, но очень близка к этому. При этом обе стороны продолжали находиться на Земле, что несколько осложняло дискуссию.
В Теплозаводске тем временем царил ажиотаж. Возле склада вырос палаточный городок. Журналисты брали интервью друг у друга, так как объект интервьюироваться пока отказывался. Политики давали комментарии о необходимости ответственного подхода к факту собственного уничтожения. Военные охраняли объект. Объект хранил терпение. Последнее давалось ему все труднее и труднее.
— Объясните ещё раз, — попросил генералиссимус-президент.
— Хорошо, — ответил шар. — Три тысячи лет назад ваш сектор был признан неперспективным.
— Кем?
— Межгалактическим Комитетом по рациональному использованию Пространства.
— И что дальше?
— Дальше было принято решение о ликвидации.
— Но нас же не ликвидировали.
— Именно это всех сейчас и беспокоит.
В столице одной очень далёкой цивилизации проходило экстренное совещание. Председатель Комитета по Ликвидациям выглядел бледным. Бледность была не совсем свойственна для существа, состоящего преимущественно из фиолетового газа.
— Вы хотите сказать, что планета всё ещё существует?
— Да.
— После подписания формы 27-Б?
— Да.
— После согласования приложения 27-Б/дополнение?
— Да.
— После визирования Управлением Окончательных Ликвидаций?
— Да.
Председатель медленно выдохнул. Во Вселенной существовало многое. Чёрные дыры, квазары, тёмная материя. Но сильнее всего чиновники боялись нереализованных предписаний. Потому что документы, как всем им было известно, бессмертны.
Тем временем тётя Циля внимательно читала свежие новости. Моня нервничал.
— Тетя Циля, получается, нас должны были уничтожить?
— Получается.
— И что теперь?
— Теперь будут искать виноватого.
— Среди инопланетян?
— Среди исполнителей.
— А какая разница?
Тётя Циля посмотрела на племянника с жалостью.
— Ты ещё малый и никогда не работал в большой конторе.
..В Теплозаводске происходило нечто ещё более странное. Объект знакомился с человечеством, и его тревожность постепенно усиливалась.
Особенно после встречи с депутатом Бубенцовым.
Бубенцов пришёл на переговоры без приглашения. Его вообще редко приглашали, но это никогда его не останавливало.
— От имени человечества приветствую вас!
— Спасибо.
— Мы готовы к конструктивному диалогу.
— Хорошо.
— Наша цивилизация обладает огромным потенциалом.
— Возможно.
— Мы можем предложить культурный обмен.
— Звучит разумно.
— Кроме того, я готов возглавить Межзвёздную рабочую группу.
Шар некоторое время молчал. Потом спросил:
— Вы всегда так разговариваете?
— Как именно, прошу простить?
— Не сообщая информации.
В тот же вечер запись разговора попала в интернет. Рейтинг объекта взлетел до небес. Буквально.
Миллионы людей впервые увидели существо, способное одной фразой выразить их отношение к политике.
..Алиса и Вероника сидели в гостинице "Стекловатный рай". Название когда-то давно придумал заезжий маркетолог.
— Как думаешь, чем всё закончится? — задумчиво спросила Алиса.
Вероника посмотрела в окно. На складе светились прожекторы. Над городом кружили вертолёты. По улицам бегали журналисты. Военные таскали какие-то ящики. Философ Мракобесов давал интервью сразу трём телеканалам и уже начинал верить в собственные объяснения происходящего.
— Знаешь, — сказала Вероника, — обычно такие истории заканчивается тогда, когда решать проблему начинают умные люди.
— А сейчас?
— Сейчас проблему решают политики.
— Это плохо?
— Нет.
— Хорошо?
— Нет.
— Тогда что?
Вероника вздохнула:
— Это надолго.
..Межгалактический комитет обнаружил ещё одну неприятную деталь.
Оказалось, что Земля не только не была уничтожена. Она продолжала платить налоги. Причём исправно. По каким-то древним соглашениям. Через какой-то забытый фонд. В какой-то давно упразднённый бюджет.
После этого заседание пришлось прервать. Потому что сразу трое членов комиссии потеряли сознание. А Председатель впервые в жизни произнёс слова, от которых содрогнулась половина Галактики:
— Поднимите архивы!
Архивы никто не любил. Даже чёрные дыры старались держаться от них подальше. Потому что именно в архивах обычно начинались самые неприятные истории...
Архивы находились на планете Бюрократион.
Когда-то она называлась иначе. Но первоначальное название давно затерялось среди реестров, каталогов, согласований и актов приёма-передачи.
Вся планета представляла собой один огромный архив. Горы папок уходили за горизонт. Материки состояли из шкафов. Океаны были заполнены электронными копиями документов.
Местные жители рождались с личным делом и умирали после получения соответствующего разрешения.
В центре Архивариума Главного Учёта жил Великий Архивариус. Согласно документам ему было четыреста восемьдесят два года. Согласно внешнему виду - около тысячи. Согласно пенсионному фонду - тридцать семь. Свой возраст он предпочитал не обсуждать.
Когда сообщение о Земле достигло Архивариума, Великий Архивариус побледнел. Затем пожелтел. Потом приобрёл цвет старого канцелярского клея. Это считалось признаком сильного волнения.
— Земля? — переспросил он.
— Да.
— Та самая Земля?
— Да.
— Из сектора 47-Б?
— Да.
— С приложением?
— Да.
— И с дополнением к приложению?
— Да.
Архивариус закрыл глаза.
— Тогда везите Тележку.
Сотрудники переглянулись. Тележку использовали всего три раза за последние двести лет. Первый - когда потеряли систему Альтаир. Второй - когда случайно продублировали цивилизацию разумных кальмаров. В третий, и последний, раз - когда бухгалтерия попыталась оптимизировать саму себя.
Во всех случаях последствия оказывались тяжёлыми.
Через час перед Архивариусом лежала папка. Очень старая. Очень толстая. Очень опасная.
На обложке значилось:
"ЗЕМЛЯ. ЛИКВИДИРОВАНА. ВОПРОС ЗАКРЫТ"
— Открывайте, — сказал он.
Сотрудники начали перелистывать страницы. Первая подпись. Вторая. Третья. Согласование. Утверждение...
Утверждение. Печать. Виза. Разрешение. Дополнение. Уточнение. Уточнение к уточнению. Возражение. Снятие возражения.
И наконец...
В архиве повисла тишина. Тишина, не тревожащая даже зависшую в вопросительной неподвижности пыль. Такая, какая бывает только перед катастрофой.
— Что там? — прошептал Архивариус.
Секретарь сглотнул.
— Последняя страница...
— И?
— Она отсутствует. Думаем, использована в иных целях…
На Земле события, в свою очередь, развивались.
Генералиссимус-президент не спал уже третьи сутки. Шпионы - четвёртые сутки не понимали происходящего. Депутаты не понимали происходящего с первого дня, но мужественно продолжали принимать участие.
Олигархи начали скупать акции предприятий, связанных с космосом. Потом акции предприятий, не связанных с космосом. Потом просто всё подряд.
Фондовые рынки нервничали. Экономисты нервничали. Даже тётя Циля начала нервничать. Совсем немного. Настолько немного, что купила дополнительный холодильник для рыбы.
— На случай зачем? — спросил Моня.
— На случай развития событий.
— Каких событий?
— Любых.
В "Стекловатном рае" Алиса и Вероника смотрели прямую трансляцию из Штаба кризисного реагирования.
На экране выступал философ Мракобесов. За последние дни его популярность выросла настолько, что философ уже начал пугаться самого себя.
— Как вы оцениваете ситуацию? — спросил журналист.
Аркадий Всеволодович задумался. Потом честно ответил:
— Плохо.
— Почему?
— Потому что человечество впервые встретило цивилизацию, которая знает о нас меньше, чем мы сами о себе.
— И что это означает?
— Что теперь они знакомятся.
Журналист побледнел. Миллионы зрителей тоже. Все прекрасно знали, какое впечатление человечество обычно производит при ближайшем знакомстве.
..Шар заканчивал просмотр очередного ролика земных новостей. Он просмотрел политические передачи, военные обзоры, экономическую аналитику, социальные сети, телешоу, рекламу. Особенно рекламу.
После чего отправил срочное сообщение в Межгалактический Комитет.
Сообщение состояло из одной строки:
"Планета существует. Разумная жизнь требует дополнительной проверки".
Ответ пришёл через четыре минуты. Он тоже состоял из одной строки:
"Проверка уже проводится. Результаты настораживают".
Шар задумался. Затем посмотрел на звёзды. Потом на людей. Потом снова на звёзды.
Разница была слишком заметная.
Но самые большие неприятности начались вечером.
Когда Красная кнопка получила секретный пакет Высшей категории.
Такие пакеты приходили крайне редко. За последние пятьдесят лет - всего дважды. Один раз по ошибке. Второй - тоже по ошибке.
Поэтому Красная кнопка отнеслась к сообщению серьёзно.
Она открыла пакет. Прочитала. Перечитала.
Потом вызвала ракету.
— У меня плохие новости.
— Нас ликвидируют?
— Хуже.
— Что может быть хуже?
Красная кнопка некоторое время молчала.
А потом произнесла фразу, от которой у ракеты едва не отказала система наведения:
— Нас собираются спасать.
И где-то далеко на Бюрократионе Великий Архивариус вдруг чихнул. Потому что именно в этот момент кто-то открыл вторую папку по делу Земли. А она называлась ещё страшнее:
"ПРОГРАММА СПАСЕНИЯ И ПОДДЕРЖКИ ПРОБЛЕМНЫХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ".
Во Вселенной существовало множество вещей, которых следовало опасаться. Сверхновых звёзд, чёрных дыр, космических пиратов, налоговых инспекторов четвёртого уровня допуска.
Но среди разумных цивилизаций особый ужас вызывала Программа Спасения и Поддержки проблемных цивилизаций.
Потому что после неё проблемные цивилизации обычно исчезали.
Нет, не физически. Что было бы слишком просто.
Они исчезали организационно.
Их поглощали комиссии, подкомиссии, рабочие группы, временные рабочие группы, постоянные временные рабочие группы и межведомственные координационные советы по вопросам деятельности временных рабочих групп.
Через несколько столетий спасённая цивилизация уже не могла вспомнить, от чего её спасали.
Зато прекрасно помнила регистрационные номера всех формуляров.
На Бюрократионе это считалось успехом.
На проблемных планетах - катастрофой.
Поэтому, когда Великий Архивариус увидел название папки, он немедленно приказал её закрыть.
Но было поздно. Сигнал уже ушёл.
Машина спасения проснулась.
Где-то в глубинах космоса заработали древние серверы. Открылись архивы. Сформировались комиссии. Назначились ответственные. Сами ответственные узнали об этом последними.
А на Земле пока никто ничего не подозревал. Кроме тёти Цили. Она как раз читала новости и хмурилась.
— Что случилось? — спросил Моня.
— Меня пугает оптимизм.
— Чей?
— Всеобщий.
Моня заглянул в газету.
Заголовки были прекрасны:
"ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ВСТУПАЕТ В НОВУЮ ЭРУ!",
"КОНТАКТ СОСТОЯЛСЯ!",
"ГАЛАКТИКА ОТКРЫТА",
"БУДУЩЕЕ УЖЕ НАСТУПИЛО!".
Тётя Циля покачала головой.
— Когда люди начинают говорить о будущем, кто-то обязательно забывает про настоящее.
В Теплозаводске приземлился корабль Спасательной миссии.
Он оказался гораздо менее впечатляющим, чем ожидали журналисты.
Никаких сияющих башен. Никаких энергетических куполов. Никаких антигравитационных платформ.
Серый аппарат напоминал одновременно автобус, контейнер и муниципальное учреждение. Причём учреждение выглядело предпочтительным.
Из корабля вышли трое.
Первый был высоким. Второй - очень высоким. Третий нёс папку. Поэтому все сразу поняли, кто из них главный.
Он представился как Старший Координатор программ цивилизационной адаптации Грум-Тар-Шесть. Для удобства людей разрешил называть себя Григорием.
Землянам сразу стало легче. Потому что существо с именем Грум-Тар-Шесть внушало тревогу, а существо по имени Григорий уже напоминало заместителя начальника отдела.
Что, конечно, тоже внушало тревогу, но привычную.
На встрече присутствовали: президент, генералы, учёные, олигархи, шпионы, депутаты, Вероника, Алиса, профессор Мракобесов и ещё несколько человек, которых никто не приглашал, но они каким-то образом оказались внутри.
— Мы прибыли помочь вашей цивилизации, — объявил Григорий.
В зале раздались аплодисменты.
Красная кнопка в своём бункере тихо застонала.
— Что такое? — спросила ракета.
— Я знаю этот тон.
— Откуда?
— Таким тоном всегда начинают...
— Кто?
— Спасатели.
На трибуне Григорий продолжал речь.
— Нами подготовлен План первоочередных мер.
— Каких мер? — осторожно спросил президент.
— Для начала мы проведём аудит вашей цивилизации.
В зале стало тише.
— Затем - оптимизацию.
Ещё тише.
— Затем - реформирование.
Олигархи переглянулись.
— Затем - структурное обновление.
Шпионы начали нервничать.
— Затем - гармонизацию.
Начали нервничать военные.
— Затем - переоценку культурных ценностей.
Депутаты побледнели.
— Затем - внедрение Единого межгалактического стандарта эффективности.
После этих слов побледнели вообще все. Даже металлический шар.
Потому что он уже сталкивался с межгалактическими стандартами эффективности.
Однажды из-за них исчезла весьма перспективная цивилизация разумных грибов. Потому, что они не успели заполнить форму обратной связи.
В этот момент слово попросила Вероника.
— Простите, а если мы не захотим?
Григорий улыбнулся. Очень вежливо. Очень доброжелательно. Очень страшно.
— Тогда мы поможем вам захотеть.
..В Теплозаводске неожиданно завыла сирена комбината стекловаты.
Никто не понял, почему. Даже сам комбинат не понял.
Но где-то в старом корпусе древний стул из аудитории философии внезапно издал особенно тревожный скрип.
За пятьдесят три года службы у него выработалось чутьё, и это чутьё подсказывало, что Земля только что влипла в историю гораздо серьёзнее, чем предполагалось.
Потому что война, революция или вторжение - это ещё понятно.
Но когда тебя начинают спасать профессионалы…
Тут уже действительно есть повод для беспокойства.
На следующее утро человечество проснулось улучшенным.
По крайней мере, именно так утверждала Межгалактическая администрация помощи проблемным цивилизациям.
Улучшение началось в шесть утра по всемирному времени.
Ровно в шесть утра миллиарды людей получили уведомление.
Оно пришло на телефоны, компьютеры, телевизоры, банкоматы, холодильники, навигаторы, кофемашины и даже на один старый калькулятор в бухгалтерии Теплозаводского комбината.
Сообщение было коротким:
"Поздравляем! Ваша цивилизация включена в Программу модернизации. Ваш текущий уровень эффективности: 12%".
Человечество обиделось.
Некоторые страны обиделись сильнее других.
Несколько государств немедленно заявили, что их эффективность составляет не менее 80%.
Одно государство объявило 112%.
Ещё одно сообщило, что эффективность его народа вообще не поддаётся измерению.
Галактическая администрация спокойно внесла все заявления в приложение 14-Б "Эмоциональные реакции объекта реформирования".
А в Теплозаводске…
Тем временем в Теплозаводске начались первые изменения.
Появились инспекторы. Они возникали буквально из воздуха - возле комбината, в мэрии, на вокзале, в институте...
Даже возле старого общественного туалета появился специалист по гармонизации инфраструктурных процессов. Он три часа изучал объект, после чего расплакался и запросил психологическую помощь.
Аркадий Всеволодович наблюдал за происходящим из окна института. Рядом стоял старый профессор Игнат Семёнович. Оба молчали.
Наконец профессор произнёс:
— Помните древнюю философскую проблему?
— Какую именно?
— Может ли разумная цивилизация стать ещё разумнее после прибытия консультантов?
— И каков ответ?
— История пока не знает положительных примеров.
В этот момент в кабинет генералиссимуса-президента вошёл Григорий. Тот самый. С папкой.
Папка за последние сутки стала заметно толще.
Президент посмотрел на неё с опаской. Его опыт говорил, что хороших новостей в толстых папках не бывает.
— Мы провели первичный анализ вашей цивилизации, — сообщил Григорий.
— И?
— Результаты неоднозначны.
— Насколько неоднозначны?
— Ваши данные не помещаются в существующие категории.
— Это хорошо?
— Мы пока не решили.
Григорий открыл папку:
— Например, согласно нашим алгоритмам, ваши войны экономически невыгодны.
— Да.
— Однако вы продолжаете их вести.
— Да.
— Ваши коррупционные схемы экономически невыгодны.
— Да.
— Но вы продолжаете их использовать.
— Да.
— Ваши социальные программы делают граждан несчастнее.
— Да.
— Но количество поддерживающих эти программы растёт.
— Да.
Григорий некоторое время листал отчёт. Потом поднял глаза.
— Вы вообще пользуетесь логикой?
Президент задумался. Вопрос был сложный. Очень сложный. Настолько сложный, что на него нельзя было ответить честно в присутствии министров.
..В номер отеля "Стекловатный рай", где жили Алиса и Вероника, доставили официальные приглашения на консультацию. Девушки насторожились.
— Зачем мы понадобились галактическим чиновникам? — спросила Алиса.
Вероника посмотрела письмо, потом перечитала, потом рассмеялась.
— Они изучают неформальные механизмы влияния.
— И?
— Они считают нас общественными экспертами.
— Это оскорбление или повышение?
— Пока неясно.
На консультации их встретили трое аналитиков.
Один из них выглядел несколько растерянным, словно уже неделю изучал человечество без перерывов на сон. Что, вероятно, было недалеко от истины.
— Объясните нам один феномен, — попросил аналитик.
— Какой?
— Почему богатые и влиятельные мужчины рассказывают вам государственные тайны?
Вероника пожала плечами.
— Потому что хотят казаться интересными.
Аналитик записал. Перечитал. Запросил в лорингофон дополнительную проверку модели реальности.
..Тем временем на Привозе случилось первое открытое столкновение человечества с реформой.
Инспектор Гармонизации подошёл к тёте Циле:
— Добрый день!
— Пока не знаю.
— Согласно новым правилам торговли вам необходимо заполнить форму оценки эмоционального состояния рыбы.
Тётя Циля медленно подняла голову. Моня отступил на два шага. Он слишком хорошо знал это движение.
— Чьего состояния?
— Рыбы.
— Рыбы?
— Да.
— Вы хотите знать, счастлива ли селёдка?
— Это обязательное поле анкеты.
Тётя Циля посмотрела на инспектора. Потом на селёдку. Потом снова на инспектора.
— Молодой человек?
— Да?
— У меня есть впечатление, что вашу цивилизацию тоже уже кто-то спасал.
В тот же момент, далеко под землёй, Красная кнопка получила новый циркуляр.
Она прочитала его. Потом ещё раз.
Потом вызвала ракету.
— Всё плохо?
— Уже хуже.
— Что теперь?
Красная кнопка тяжело вздохнула.
— Они собираются оптимизировать Систему Стратегического Сдерживания.
Ракета замерла.
— Это как?
— Нас хотят объединить с Отделом Психологического Благополучия.
Наступило молчание.
Глубокое. Металлически-философское.
— А зачем?
— Чтобы я не чувствовала себя кнопкой.
— И кем ты должна себя чувствовать?
Красная кнопка посмотрела в документ:
"Участником межцивилизационного процесса принятия решений".
Ракета молчала целую минуту.
Потом произнесла:
— Кажется, Землю действительно пора спасать...
Оценили 20 человек
48 кармы