А на х.., ой, зачем мне эта демократия, от слова ВООБЩЕ? часть вторая

Народ, потерявший нравственность, теряет свою землю

В 1238 году воевода Евпатий Коловрат спешил с отрядом из 1700 воинов на помощь Рязани, осажденной ханом Батыем, но не успел. Оглядев пепелище, он принял решение догнать врага и вступить в бой с 150-тысячной ордой. Когда Батыю донесли о нападении, тот послал против него тумен (10 тыс воинов).

Русские устояли. Батый послал ещё один тумен, русские опять устояли. Пораженный их доблестью, хан предложил им деньги и должности.

Они ответили: «Нет!». «Чего же вы хотите?» – спросил Батый. «Мы хотим умереть».

После такого ответа хан вынужден был остановить всё войска, перестроить его из походного порядка в боевой и двинуть всю свою мощь на русских. А далее произошло чудо. 

150-тысячная орда не могла одолеть горстку людей. На третьи сутки непрерывного боя Батый, несущий огромные потери, окружил храбрецов стенобитными машинами и закидал их огромными камнями. С точки зрения здравого смысла поступок дружины Евпатия Коловрата является необъяснимым, он из разряда русских чудес.

17 июля 1941 года в белорусской деревне Сокольничи обер-лейтенант 4-й танковой дивизии Фридрих Хенфельд записал в своем дневнике: «Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он вел бой в одиночку. Бил из пушки по нашим танкам и пехоте. Казалось бою не будет конца, храбрость его была поразительна… Это был настоящий ад».

Этим неизвестным солдатом был 19-ти-летний старший сержант 55-го стрелкового полка Николай Сиротинин, который с орудием 76-го калибра добровольно остался прикрывать отход своих товарищей. Бой длился три часа, и даже после повреждения орудия Николай расстреливал неприятеля из карабина.

Николай Сиротинин.Один в поле воин.Подвиг 41- го года

Девятнадцатилетний русский паренек уничтожил 11 танков, 7 бронемашин и 57 пехотинцев. В Сокольничах слышали о зверствах фашистов, особенно в тех деревнях, где они понесли большие потери и ждали, что здесь месть будет особо жестокой.

Немцы действительно согнали всех жителей в одно место, а затем произошло то, что, наверное, не именно аналога во всей истории Великой Отечественной.

Они сами выкопали могилу, накрыли тело русского солдата плащ-палаткой, долго стояли над ним, а захоронив, дали троекратный залп. Передавая солдатский медальон одной из сельчанок немецкий полковник сказал: «Возьми и напиши родным. Пусть мать знает, каким героем был ее сын и как он погиб».

Подвиг Николая Сиротинина тоже является русским чудом, и такие чудеса сопровождают всю нашу историю.

Когда-то Федор Тютчев написал: «Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить», и это выражение отразило суть русского народа. 

Весь мир знает, что русские – это не европейцы, с их стремлением все разложить по полочкам, что они могут жить там, откуда другие убегают, что они могут побеждать тогда, когда другие сдаются, что Россия и Европа слишком разные, что бы жить по одним правилам.

Ведь одной из основных черт русской ментальности является жертвенность, это когда ты «ложишь живот свой за други своя».

Не за деньги и власть, а за своих друзей.

Современная Европа и жертвенность – понятия несовместимые, жертвенность пришла к нам с христианством, а Европа уже давно не христианская.

Современная Европа трансформировалась в очень рациональное, просчитанное и проплаченное общество. 

Ситуация, когда обычный айтишник из Липецка надевает рюкзачок, берет такси и едет в Донецк защищать «своих», а эту историю я лично слышал от этого таксиста, для европейцев неправдоподобна.

Они никогда не смогут понять боль России в событиях, происходящих на Украине, и пытаться объяснить им это – все равно, что метать бисер перед свиньями. Даже если они нас и слушают, то не слышат, поскольку мы живем в разных нравственных плоскостях.

Для европейцев бороться за национальные интересы и ресурсы – это понятно, а бороться за «своих» – не понятно.

Как никогда русский человек не сможет принять слова президента Совета Европы Хермана Ван Ромпея о том, что «понятия народ и родина должны отправиться на свалку истории», так никогда таким ромпеям не понять, что кроме единой Европы существует еще и единый «русский мир».

Да, во многом беспутный, расхлябанный и по детски наивный, но при этом великий, всепрощающий, бескорыстный и жертвенный.

Да и как может быть по другому, если говоря одними словами, мы вкладываем в них разный смысл.

Мы говорим о гендере, как о равенстве мужчины и женщины, а европейцы, как о половой и социальной самоидентификации.

К сведению, на сегодня зафиксировано шестьдесят два гендерных типа, легализующих самые различные комбинации, а не так давно один профессор из Австралии предложил ввести шестьдесят третий гендер. Это, ни много не мало, человек-свинья. 

Нас тошнит от всего этого, а европейцы гордятся своей толерантностью, и убедить их, что все это – мерзость, невозможно.

Мы пытаемся оградить своих детей от растления, а в школах Берлина изучают пособие «Лесбийские и педерастические образы жизни».

В нём, например, предлагается налаживать связи с местными организациями гомосексуалистов, приглашать на уроки их представителей, просматривать фильмы, а также участвовать в ролевых играх. 

Вот некоторые из них: ты в гей-баре и хочешь затянуть в постель привлекательного паренька; как рассказать маме о желании создать гей-семью; две лесбиянки собираются венчаться в церкви.

Многие ли из вас готовы держать дома немецкий «Справочник для родителей по сексуальному воспитанию детей от года до трех лет», в котором говорится о необходимости взаимного исследования и стимуляции половых органов детей и их родителей? 

А в Германии эта книга за 6 лет разошлась тиражом в 650 тыс. экземпляров.

Нам говорят о необходимости защитить ребенка от насилия, и естественной реакцией любого нормального человека является поддержать эту идею. 

А на самом-то деле речь идет о тотальном контроле государства над семьями, об отрицании родительской власти, о постановке прав ребенка выше прав родителей, и о том, что насилием считаются любые действия по отношению к ребенку, с которыми он не согласен, но которые вынужден выполнять. Например, вынести мусорное ведро, или, скажем, заправить постель.

А многие ли из вас знают, что о правах ребенка впервые заговорили педофилы которые провозгласили, что дети должны иметь законное право на сексуальные отношения со взрослыми.

В 1977 году организация «Педофайл Информейши Эксчейнч» даже начала издавать журнал «Права детей». И их логика вполне понятна – отгороди ребенка от родителей, затем выдерни его из семьи, и потом делай с ним, что хочешь. Тут же найдутся желающие воспользоваться его душой, или телом.

Наши «заклятые друзья» буквально истерят по поводу отсутствия в России свободы, но весь вопрос в том, о какой свободе идет речь. 

Представьте ситуацию, что рядом стоят два человека и у каждого есть свобода передвижения. 

Но первый может двигаться только в одном направлении, а второй куда угодно. Кто из них более свободен? Конечно второй. Уточним ситуацию, оба стоят на крыше и у них завязаны глаза. Первый может двигаться в направлении чердачной лестницы, а второй куда угодно. Кто из них более свободен? Всё равно второй.

А теперь скажите: чем закончится для него такое вольное передвижение. В лучшем случае больничной койкой, в худшем кладбищем. Мы-то это понимаем, а европейцы нет. 

Например, для них свобода наркомана означает колоться где угодно и когда угодно, а для нас – подписать самому себе смертный приговор.

Поэтому говоря о свободе, нужно определиться, что это – свобода греха, или свобода от греха?

Свобода по-европейски – это когда в Украине спиливают кресты, а в России оскверняют храмы и совокупляются посреди художественной галереи.

Свобода по-европейски – это когда в Германии голые учителя и ученики проводят открытый урок физкультуры.

Свобода по-европейски – это когда в школах Франции устраивают день толерантности, при этом все ученики и учителя мужского пола переодеваются в женское платье, наносят на лица макияж и начинают «косить» под дам, а все лица женского пола делают все с точностью наоборот, изображая из себя мужчин.

Странные все-таки мы люди. 

Нам на блюдечке преподносят абсолютную вседозволенность, а мы от нее нос воротим. Для нас она дурно пахнет. 

И все лишь потому, что как когда-то написал Достоевский: «если исповедовать свободу без внутреннего самоограничения, она ведет к распущенности». 

Другой вопрос, как объяснить европейцам, что нам все это не подходит, потому, что мы другие.

Как можно что-то объяснить людям, которые не только не читают Достоевского, а которые вообще перестали читать книги? Каким языком разговаривать с теми, кто вместо «отец» и «мать» сегодня говорит «родитель 1» и «родитель 2»?

Мы деликатно выпроваживаем все эти многочисленные демократические фонды в дверь, а они лезут к нам в окно. Откуда такая настойчивость? Им что, некуда деньги девать, или в России медом намазано?

Наше общество по своей сути является консервативным, потому, что было сформировано в системе нравственных запретов. Такая табуированность явилась следствием принятия Русью христианства, как жизненного мировоззрения.

Христианство раз и навсегда сказало, что есть добро, а что зло, что можно делать, а чего делать нельзя. Именно христианство воспитало в нас внутреннее самоограничение, именно оно стало фундаментом русской духовности, и если хотите, основой русской «упертости».

Любое же консервативное общество очень сильно сопротивляется попыткам его изменения, в особенности извне.

Именно этим и объясняется тот факт, что все те нравственные новации, которые проходят в Европе на «ура», в России наталкиваются на активное сопротивление. 

Однако, если в таком обществе все-таки происходит сдвиг общественного сознания, сдвиг в сторону отказа от традиционных ценностей, то это приводит к разрушающим последствиям, поскольку изменениям подвергаются базовые, государственно образующие основы.

Изменения принимают лавинообразный и непредсказуемый характер, а общество быстро превращается в хаотичную биомассу, существующую по законам силы.

Судите сами. Как только в России, при непосредственном, кстати, участии европейских либералов, были дискредитированы основополагающие принципы, а именно, БОГ, ЦАРЬ и ОТЕЧЕСТВО, государство рухнуло, уничтожив в кровавом безумии десятки миллионов своих граждан.

Как только в Советском Союзе, и опять же при непосредственном участии все тех же европейцев, была уничтожена идея государственного коллективизма, государство распалось, породив «лихие девяностые».

Не кажется ли вам, что все, что сегодня происходит вокруг России, вся эта возня вокруг защиты прав детей и борьбы за свободы секс меньшинств, возня вокруг сексуального просвещения и планирования семьи, попытки навязывания, так называемых, европейских ценностей – это не случайность, а система.

Еще в далеком 1945-м году директор ЦРУ США Ален Даллес, поняв, что русских уничтожить можно только изнутри, написал: «Будем вырывать духовные корни, опошлять и уничтожать основы народной нравственности. Мы будем таким образом расшатывать поколение за поколением. Мы будем браться за людей с детских, юношеских лет, главную ставку всегда будем делать на молодёжь, станем разлагать, развращать, растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков, космополитов».

И здесь господин Даллес ничего нового не придумал, он просто своими словами пересказал Библию, в которой написано: «Народ, потерявший нравственность, потеряет свою землю».

Именно российская земля с ее ресурсами является истинной целью наших европейских и заокеанских «друзей», а вся эта трескотня об американской мечте, европейских ценностях и русской отсталости – лишь способ ее достижения. 

Как только наши традиционные ценности будут заменены на, так называемые, европейские, будет уничтожен нравственный фундамент государства и оно рухнет, а в его обломках не захочет покопаться только ленивый.

Когда-то говорили, «что русскому хорошо – немцу смерть». 

Времена изменились, и сегодня уже оказалось, что, «что немцу хорошо – русскому смерть». 

Причем смерть в буквальном смысле этого слова, потому, что все страны, демонстрирующие гибкий подход в вопросах нравственности, являются вымирающими, и чем гибче этот подход, тем выше темпы вымирания.

Поэтому, когда ЮНИСЕФ призывает нас пропагандировать однополые отношения среди детей, когда Совет Европы лоббирует интересы российского гей-сообщества, когда в Ставропольском роддоме врачи предлагают женщинам стерилизацию, когда Российская ассоциация планирования семьи (РАПС) рекламирует гормональную контрацепцию и аборт, когда в школы пытаются втащить секспросвет, когда права детей ставятся выше прав родителей, когда российские либералы защищают «фемен» и «пуси райт» – это демографическая война.

Война, в которой каждая мелочь стоит тысячи жизней. Как только в России легализовали деятельность ЛГБТ-организаций, возросло количество молодежи, считающей однополые отношения «нормой», и готовых к экспериментированию в этом направлении.

Как только допустили в школы секспросвет, вырос уровень венерических заболеваний, и преступлений на сексуальной почве. 

Как только под вывеской РАПС пустили в Россию Международную Федерацию Планирования Семьи, начались рост числа абортов и падение репродуктивности женщин. Как только разрешили усыновление иностранцами детей, началась откровенная торговля ими.

Да и многое чего еще.

А ведь все это и есть те европейские ценности, о которых нам все уши прожужжали, и которые так настойчиво пытаются нам «втюхать». 

«Втюхать» через евроструктуры, управляемые сегодня гомосексуальным лобби, через подконтрольные средства массовой информации, российских либералов и продажных российских чиновников.

Судя по тому напору, с каким все это делается, мы с вами включены в «черный список» на уничтожение, и вопрос стоит «или-или». Или мы будем, как стадо баранов, послушно идти на бойню, или попытаемся прекратить распространение этой либеральной чумы.

Когда инквизиторы спросили Жанну Д`Арк: «Ты считаешь своё дело правым, зачем же ты призывала солдат сражаться? Разве Бог не заступился бы за правое дело?».

Орлеанская Дева ответила им знаменитой фразой: «Чтобы Бог даровал победу, солдаты должны сражаться!»

Автор: Сергей Юрьевич Беляков, доцент Липецкого государственного технического университета.

Источник

У нас разные ценности...

Так на х.., ой, зачем мне эта демократия, от слова ВООБЩЕ, вместе с их экономикой обогащения и потребления? часть первая