Спасибо. За веру...

Известие о своём диагнозе я восприняла спокойно. 

Врач мой пряча от меня взгляд, что-то бубнила про то, что возможно это ошибка, но я уже точно знала, что никакой ошибки нет.

Всё что происходит со мной в последнее время, я уже как будто знаю наперёд и только жду, когда это произойдёт.

Взяв результаты я пошла в институт онкологии. Ассистент посмотрел на бумаги, провёл осмотр и сказал, что не может дать никаких гарантий.

Ночь я провела мучительную. Не из-за страха, а из-за сомнений. Я не знала, как отреагирует на такое известие человек, мнение которого для меня важно.

Наутро я сказала ему, что у меня есть к нему разговор. Он посмотрел на меня внимательно. Я не смогла ничего сказать и только придвинула бумагу к нему. Он прочёл.

- Собирайся. Ищи клинику, институт, больницу. Ни о чём не думай. Тебе нужно срочно лететь.

Я могла выбрать Израиль, Германию или что-то другое, но каждый день был дорог, и я остановилась на Москве. Институт Герцена я выбрала неслучайно. Если это институт, то соответственно проводит исследования и применяет последние научные инновации. Да и в Москве нет проблем с языком и проживанием.

Мне забронировали билет, гостиницу и утром следующего дня я уже сидела на приёме в поликлинике. 

Мне назначили обследование. В списке было около 40 специалистов, которых я должна была пройти. Анализы, которые я привезла с собой не соответствовали стандартам института. 

За 2 недели я умудрилась пройти всё. Последнее ожидание было долгим. Пришли результаты. У меня оказалась агрессивная форма, которая перешла в следующую стадию.

Операцию мне сделали через 3 дня после госпитализации. Профессор сама сделала операцию и сказала, что случай сложный. 5 часов операции, потеря крови, в себя пришла на 2 сутки. Всё плыло и я не могла сфокусироваться в пространстве. Всё время куда-то проваливалась. Окончательно сознание вернулось на третий день.

Меня перевели в палату. Вставать я не могла. Медсестра поила меня из ложечки. Катетор, лимфа, головокружение, слабость... На пятый день я спустилась с высокой кровати. Ноги не слушались. Но я стояла сама и была счастлива. Потому что - сама.

Химио-лучевую назначили через месяц после операции. Еще несколько недель ожидания, непонятных для моего организма новых ощущений и боли. Но самое главное - опухоль вырезали. И это меня успокаивало. 

Каждый раз, лёжа на облучении представляла себе лицо, которое улыбаясь говорило мне, что любит меня. Наверное, это помогло.

Химию переносила сложно. Четвёртый курс мне делать не стали. Сказали, что организм не перенесёт. Похудела сильно. Ноги отказывались слушать. Передвигалась медленно. Шаг был 10-15 см. Но я ходила. Тошнота, отсутствие аппетита, спазмы... Сейчас смотрю и понимаю, что всё это я перенесла благодаря тому, что в меня кто-то верит. Этот кто-то стал моим мощным стимулом. Я не имею права подводить тех, кто мне доверяет и верит в меня.

Сейчас всё позади. Осталось только соблюдать правила и следить за тем, чтобы не давать вредным клеткам повода.

Будем жить. И, да, надо бы замуж сходить...