Жилищный вопрос.
В первые годы советской власти жилищная проблема в Петербурге решалась просто. Большинство домовладельцев сбежало за границу, побросав свои дома и всё имущество, спасая лишь свои жизни. Советским чиновникам оставалось только распределить жильё между гражданами, признавшими советскую власть. Едва войдя во вкус этого распределения, они сразу же поняли, какое это золотое дно, какие возможности для получения взяток открывает такая работа!
Однако, умные люди даже в самых первых Советах понимали, что эти резервы небезграничны, что наступит такой момент, когда будет распределено всё, а желающих получить жилье, причем бесплатно, всегда будет много. И тогда что? Поэтому, распределив самые хорошие квартиры между партийными руководителями и другими лояльными чиновниками, они простым гражданам стали давать только комнаты.
Одна комната на семью - таков был девиз советской власти до самых хрущевских времен. А внутри комнат стали учитывать метры: чем больше человек в семье, тем больше квадратных метров комната - вроде бы какое-то подобие справедливости. Это было самое первое изобретение советской власти в жилищном вопросе, и называлось оно КОММУНАЛКА! Оно низводило даже самых интеллигентных и достойных людей до уровня крепостных. Представьте себе среднюю семью: отец, мать и двое детей. Вся семья была вынуждена спать в одной комнате, причем в этой же комнате и обедать, в этой же комнате снимать пальто и уличную обувь, потому что в кухне и в прихожей нельзя было оставить ничего - все будет украдено и испорчено. Соседи-то были случайные люди, те, кому распределили соседнюю комнату. Жизнь стала очень неуютной. Ничего сделать было нельзя, получить отдельную квартиру тогда было несбыточной мечтой. Коммунальная кухня, на которой готовили еду пять или шесть семей самого разного уровня жизни и психического склада, становилась местом взаимонепонимания, местом постоянных скандалов, а то и драк.
Но и комнатам пришел конец. Настал момент, когда распределено было всё. Тогда изобретательные чиновники, вошедшие во вкус власти, изобрели УПЛОТНЕНИЕ. Этот термин существовал еще и в 50-е годы. Я в детстве слышал разговоры взрослых, что вот опять кого-то уплотнили. В чем заключалось уплотнение? Если семья ответственного работника, имеющая право на отдельную квартиру, вдруг теряла право на нее, (в тридцатые-сороковые годы, в годы репрессий это было довольно частое явление), то семью уплотняли, т.е. оставляли на семью одну комнату, а остальные комнаты шли под распределение. Очень хорошо это описано у Булгакова в "Собачьем сердце". Вдруг приходит в дом этакий Швондер и заявляет, что профессор может обедать и в спальне, что несправедливо профессору одному занимать 7 комнат и т.д. Справедливость в те времена всегда была на стороне швондеров, мало кто отваживался перечить им.
Наконец кончились и эти резервы. В конце 50-х годов уплотнять было уже практически некого. А жилой фонд по всей европейской части страны был еще и разрушен войной. Потребность в жилье была огромная! Люди жили в землянках, в подвалах, в кухнях и ванных комнатах - все было занято под спальни! Власти понимали, что такие условия жизни сильно снижают производительность труда людей. Надо было срочно строить жильё!
Вот здесь бы и провести реформу жилья. Выделить участки под застройку, помочь со стройматериалами, понаделать велосипедов с широкими колёсами, этаких вездеходиков на ножной тяге... Совсем малозатратные мероприятия по сравнению со строительством небоскрёбов с дорогими лифтами и дорогущим обслуживанием. Если, конечно, думать о людях, о стране, о дальнейшей её судьбе. О чём думали тогдашние хозяева страны, завоевавшие власть, неизвестно, только не о русских людях. Поэтому они выбрали многоэтажное строительство. И определили этим на много лет вперёд развитие страны и жизнь людей внутри бесконечной неразрешимой жилищной проблемы.
Это решение очень похоже на очередную атаку в необъявленной демографической войне против России. Ведь ясно же, когда не хватает жилья, то снижается и рождаемость. Но может быть, всё проще, чиновники, уже привыкшие распределять, не захотели отдавать эту свою власть над людьми, этот источник обогащения, это золотое дно. И они изобрели ОЧЕРЕДЬ! Это самое гнусное изобретение советской власти, не считая разве что репрессий. Смысл его такой: все жилье остается в собственности государства, государство строит дома и распределяет между людьми по очереди.
Сначала распределялись комнаты. Только при Хрущеве стали распределять квартиры, знаменитые хрущёвки. Поскольку государство не могло построить для всех нуждающихся сразу, распределение шло по очереди. На очередь ставили не всех, а только особо нуждающихся, т.е. у кого было на человека меньше санитарной нормы (4,5кв.м до 79-го года). Представьте себе семью из четырёх взрослых людей, которые жили в комнате меньше 18 метров! И это было еще хорошо, а то и 12 метров. Имея 19 метров, ни о какой очереди на улучшение не смели и мечтать. Разве что за большие деньги, за взятку! Так постановка на очередь стала вторым золотым дном для чиновников, кроме собственно распределения.
Когда начали распределять отдельные квартиры, самой большой мечтой каждой семьи стало встать на очередь. Это потом уже хрущевки стали презрительно называть "хрущобы" по созвучию со словом "трущобы", потому что там очень маленькие по пять метров кухни и совмещённые санузлы, ванна в туалете. Когда же их только начали строить и распределять, такие хрущевки считались раем. Еще бы! После подвала или после многонаселённой коммуналки получить отдельную квартиру со своей собственной кухней, в которой не будет никогда и никаких соседей! Был страшный ажиотаж. Люди занимали квартиры всеми правдами и неправдами.
Методов праведного занятия квартир было очень мало. Или огромная взятка чиновнику, правда, за это можно было и загреметь в тюрьму вместе с этим чиновником, если это дело раскроется; или честным путем встать на очередь и ждать ее подхода. Встать на очередь, т.е. сделать так, чтобы за тобой числилось меньше 4,5 метров на человека, тоже можно было несколькими путями. Вот люди и исхитрялись, изворачивались, тогда это называлось "химичить".
Для тех "счастливчиков", кому удалось встать на очередь, жизнь сразу же не менялась. Очередь шла очень долго, иногда по 20 лет. Дети вырастали в коммуналках, родители умирали и передавали очередь по наследству детям, не дом, не квартиру, а очередь. Но на очередь, как говорилось тогда, койку не поставишь. Выросшие взрослые дети имели только одну возможность вырваться из скандальной коммуналки - поступить на работу и получить общежитие.
ОБЩЕЖИТИЕ - еще один вид тогдашнего жилья, самый неудобный и самый беззащитный. Это была собственность предприятия. Распределялось общежитие не городскими властями, а профкомом предприятия. При увольнении рабочий был обязан освободить общежитие. Из общежития могли в любой момент выгнать и за любой другой проступок. Чтобы не потерять общежитие, рабочие становились безгласными и бесправными, почти крепостными. В общежитских комнатах стояло иногда по 8 коек в одной комнате. Зачастую туалет был один на весь коридор из 10 комнат, душ был далеко не везде, мыться предлагалось в бане. Но даже такое убогое жилье получить было трудно. И здесь главным были взятки, личное знакомство, "блат".
Блат - еврейское слово, означающее кровь, кровное родство, использовалось в советское время по-другому. "Достать по блату" означало достать по знакомству, иногда через знакомых своих знакомых, а чаще всего за взятку. Поскольку за взятки при Сталине и при Хрущеве сажали в тюрьму, то кроме денег, требовалось еще знакомство, как гарантия того, что человек свой и не выдаст властям. Вот вся эта система и называлась "блат". Блат пронизывал все стороны советской жизни, не только жилищную.
Несмотря на то, что строилось жилья много, очереди на жилье не убывали, а росли. Естественно, всего бесплатного всегда хочется много! Взрослым людям, у которых родители все еще стояли на очереди и жили в коммуналках, практически негде было жениться. Если бы можно было купить квартиру, человек бы заработал, сэкономил, приложил все силы, но купил квартиру для своей семьи. А поскольку рынка жилья не было совсем, можно было только после женитьбы встать на очередь, оставаясь жить с женой в разных общежитиях. Или снимать частную квартиру. Не квартиру, конечно, а комнату, поскольку свободных квартир тогда вообще не было. Но и это было рискованно. Сдавать жильё в аренду запрещалось. Называлось это «извлечением нетрудовых доходов» из жилья. За это могли и отобрать лишнюю комнату. Поэтому люди боялись сдавать незнакомым. И тут нужен был блат.
Вот на что мы тратили время, силы, здоровье, нервы, способности, короче, жизнь при советской власти.
При Брежневе стали строить очень много. Правительство поставило цель дать, наконец, каждой семье отдельную квартиру. Строили много, а очереди все не убывали, а наоборот, увеличивались. Надо было, чтобы прошло много лет, чтобы новые молодые политики могли сказать громко и внятно: пока жилье будет бесплатным, его всегда будет недоставать!
И ведь дело было не только в очередях. Государство, являясь единственным собственником огромного жилищного фонда, вдруг осознало, что собственность - это не только власть, но и обуза! Это жилье требует постоянного ухода! И на это надо много денег! Хорошо было владеть фондом, построенным до революции, потому что те дома были построены на совесть, для себя и для внуков, они долго не требовали ремонта. А вот хрущевки, которые строились наспех, лишь бы сдать приемной комиссии, "спихнуть", как тогда говорили, они вдруг потребовали капитального ремонта, не простояв и 20 лет. Все партийные органы были завалены письмами от инвалидов Великой Отечественной Войны с просьбами починки крыши, осушения подвалов и т.д. и т.п. А жилищный фонд с каждым годом все прибывал и прибывал! И наконец, государство осознало, что дешевле отдать эту собственность хоть даром, только бы освободиться от этой обузы! И тогда провели приватизацию. Несправедливо, не по уму, (впрочем, как всё у нас), но провели.
Но наши неистребимые чиновники недовольны. Ещё бы! Они потеряли такую власть над людьми! Они придумают, как её вернуть, уж они-то придумают!
Сейчас вроде бы жилищная проблема потеряла остроту. Субсидии, аренда, ипотека, рассрочки платежей... И даже цены на квартиры стали падать. Появилась возможность вздохнуть и оглядеться вокруг. Посмотреть на проблему с другой стороны, с эстетической, с культурной, ведь культурной же столицей зовёмся как будто. И что же мы увидели? Петербург за последние двадцать лет вырос раз в пять. Но как же нелепо выглядят эти высотные фиги в 25 этажей по сравнению с центром. Качество этих монстров сравнимо только с хрущёвками, через три года после сдачи дома стены идут трещинами, штукатурка осыпается.
Петербург стал ещё более европейским, ещё более нерусским городом. И если где-то в Баварии, в Люксембурге такое строительство соответствует их мировоззрению, то у нас нет. Пока нет. Будут ли у нас когда-нибудь города, построенные в русском стиле? Но Петербургу, видимо, уже не судьба. Город наполнился эмигрантами из всех республик СНГ, кто мог привезти с собой деньги и купить здесь квартиру. То есть вывезти деньги из своей республики и привезти их сюда. Теперь эти люди петербуржцы. И их очень много. Они всюду, на улицах, на рынках, в офисах, в парикмахерских....
И это тоже жилищный вопрос, потому что жизнь человеческая проходит
не только на квадратных метрах своей спальни.
Оценили 10 человек
17 кармы