Одна из самых странных надежд на сегодня – это инфантильная надежда на то, что «Европа одумается» и «повернется к миру». Либо сама поднимет зад из удобного кресла, либо «гневные народные массы» сметут свои неадекватные элиты. Причем надежда эта имеет кучу измерений. От «пусть они сдохнут без газа» до «хорошо бы они вспомнили о своем настоящем интересе и последовали ему».
Это все непонимание нескольких простых вещей, помноженное на наивную веру: «ну, мы-то здесь понятно как подкручиваем свой выбор. А, но там-то демократия – власть народа».
Работа во власти в Европе – это корпоративизм прежде всего.
Широко известно, что высшие руководители – часто дети крупных политиков. Шарль Мишель, Каллас, ван дер Ляйен, Трюдо – это только навскидку «наследственные руководители». Но за хедлайнерами на самом деле – бездны. Больше половины биографий – сын/дочь депутата/мэра/министра/главы аппарата комиссара по тому и сему.
Оставшиеся – в основном дети представителей гуманитарной и предпринимательской элиты. Типа Могерини – дочери режиссера, или Метсолы – дочери одного из самых известных мальтийских офшорных бухгалтеров. Кстати, Метсола любит в своих интервью подчеркивать, какая она вся не из политической семьи и селф-мейд.
То есть то, что у тебя папаша не из начальства политического, для политика становится опорной точкой позиционирования, буквально «диво дивное и чудо чудное» для привлечения избирателей. А то, что батя поколениям начальников деньги в мальтийский песок зарывал до полной неузнаваемости – так это совсем другое дело. Совершенно ж очевидно, что батины клиенты тебе не помогали и помочь не могли. Талантище себе дорогу пробило само.
Второе. «Работать в политике» – это не решение взрослого состоявшего человека, абстрактного профессионала хоть в чем-то. Это карьерная траектория «из детства». Стандарт: «до того, как стать самым молодым депутатом, NN возглавлял школьную/институтскую организацию партии «Никакущие умеренные центристы за все хорошее».
Итак, наш NN – сын/дочь политика, продвигаемый на скучные для любого нормального человека посты в унылых официозных молодежках унылых нейтральных партий, заканчивает университет. Что с ним происходит потом? Потом он отправляется доучиваться/жить/работать куда? В родной Засранцебург, где его семья семь поколений держит городской совет? Нет. Едет он в США. Где обрастает жизненным опытом и связями.
Затем возвращается. Работает, как правило, в консалтинге, либо основывает свою компанию, либо в какой-нибудь международной корпорации подвизается в HR, юротделе или документо перебрасывание.
Потом вдруг осознает всю несправедливость мира и решает ее исправить, отправляясь на выборы от папочкиной партии. И вот он уже депутат, а потом министр и снова министр, но по другой теме, а потом и по третьей, и наконец – становится каким-то ключевым дядькой/теткой в правительстве. С перспективой «на Европу».
Очень важно, что он не является профессионалом ни в одной области, которой формально управляет. Он «политический администратор», которому все равно, по какой теме выступать на фуршетах с проникновенными речами. Сегодня ты в социальной помощи, завтра в гендерном равноправии, послезавтра – в климатическом переходе, а потом в медицине, обороне или иностранных делах.
Есть ли альтернативные траектории? Безусловно. Если NN ленив, то он может по возвращении из США стать колумнистом каким-нибудь, медийщиком или работать в области культуры – в издательстве или фонде благотворительном.
Или компенсировать отсутствие хорошей семьи может принадлежность к меньшинству – сексуальному, национальному, «по здоровью». Но это все, скорее, виньетки.
Магистральный путь один – семья, раннее, буквально школьное, начало политкарьеры, примат «широких административных компетенций» над «узким профессиональным опытом», связи с и в США.
В каждом новом поколении количество «случайных людей» в политическом классе вымывалось. Пока таковых не осталось совсем. Глядя на прыщавого студента среднего европейского вуза, можно заранее сказать, будет ли он даже не крупным, а просто политиком или нет. И если да – то до каких высот он сможет взлететь.
Надежда на то, что «замороженные массы» сметут свое начальство – это сродни призывам Ковид скептиков «захватывать больницы» и «брать управление здравоохранением в свои руки» в 2020-2021 годах. Все остальные как бы и недовольны, и дома не хотят сидеть, и на маски обижаются, но «следуют рекомендациям».
После добровольно предоставленного тела "а-ля лабораторная свинка" для вакцино-экпериментов Баг Фармы наивно думать, что наставления "протереться тряпочкой и надеть два-три свитера" у западного обывателя вызовет волну гнева "отчаявшихся народных масс"
Политическое управление/государственное администрирование в ЕС полностью герметичный, закрытый от влияния снизу процесс, снабженный пятью уровнями защиты «от дурака». Поэтому даже в самом малореалистичном апокалиптическом сценарии, когда в нашем Засранцебурге все вымерзнет к чертям, закроют больницу, как вчера Лаутербах обещал, и всех до одного отправят в неоплачиваемый отпуск, в холодное время граждане дисциплинированно соберутся в «тепловых убежищах» в спортзалах школ, проявят там «солидарность» и «истинный засраненбургский дух».
О чем нам напишут с умилением СМИ, возможно, попоют песни. Об этом мы узнаем из роликов в соцсетях.
Когда потеплеет, граждане, в апокалиптическом сценарии, может, даже выйдут на площади и путем крайне маловероятных скоординированных действий (их же будут СМИ травить и в соцсетях банить – но как-то они скоординируются, ок) вынудят правительство Шольца уйти в отставку.
Будут назначены новые выборы, призванные «все изменить». И засраненбуржцы отправят в Бундестаг уже не господина NN, а госпожу XX, двоюродную сестру господина NN, как раз вернувшуюся после окончания Yong Leader Programme фонда «Атлантический мост к знаменитой местной ливерной колбасе".
И будет это уже май 2023-го.
Без Шоу у Мадам Гильотины разобраться будет трудно...
Глеб Кузнецов
https://vz.ru/opinions/2022/10...
Оценили 32 человека
44 кармы