ОСНОВАНО НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ
"Народ победил в Войне. На - род,-Николая Петровича распирал праведный гнев.-Тоже мне воспитал сыночка бестолкового ".
"Но па,- не унимался взрослый, но такой глупый сын,- то есть народ сам построил университеты, техникумы и ПТУ, сам построил заводы, на которых сделал танки и самолёты, потом сам собрался, поехал на фронт и разгромил фашистов? Так"?
"Да. Русский народ не победим"
"И никто не руководил русским... Советским народом? "
Николая Петровича буквально перекосило от слова " советский":
"Андрей, эти комуняки сгноили лучших людей России, стольких убили, в лагерную пыль превратили, а ты их защищаешь. У родной сестры твоего прадеда, Марии, которая монашкой была, весь скарб, всю скотину забрали! А она детский приют держала. По миру их пустили. По миру!"
Андрей открыл рот, чтоб что - то возразить, но отец не дал и слова ему сказать:
"По-миру-пустили",- сын хотел ещё что-то сказать, но отец перешёл в словесную атаку:
"А отца моей мамы, твоей бабы Оли, Семена за какое-то куриное яйцо в лагерь отправили. Он там за два года подхватил туберкулез и умер на руках у детей. Отпустили комуняки его домой помирать".
"Но для фронта нужны были продукты. Немец бы пришёл, ещё хуже было бы,- не унимался сын,- всё для фронта, все для победы".
"Какого фронта, бестолочь, - буквально взвыл Николай Пертович,- Урал в тысячах километвах от фронта!!!"
"Так тут заводы были стратегические. Военные. Его рабочим требовалось пища,- Андрей помолчал с секунду и продолжил, глядя отцу в глаза,- в том числе и куриные яйца"
Глаза отца метали гром и молнии :
"Мою маму, твою бабу Олю отправили 13 -летней девчонкой с другими детьми на лесоповал. Их бригадир толком не кормил детей, и баба Оля убежала. Ладно тётка пристроила ее на железную дорогу, а то ни меня, ни тебя, оболтуса, не было бы".
"А ещё, - вставил свои пять копеек Андрей, - у нее в красном уголке иконы стояли, а портрет Сталина на подоконнике. Может она как участник тех событий больше нашего понимала?"
Отец выругался со злости , вышёл во двор, громко хлопнув за собой дверью. Он поднял голову к ночному небу и увидел ту самую звезду, которая горела ровным голубоватым светом. Удивительно, но никто кроме мужчин семьи Кузнецовых её не видел. Это была фамильная звезда их семьи, она могла выполнить одно их желание, только одно. Кузнецовы берегли это желание для потомков и даже когда отец Николая Петровича, Петр Максимович горел в танке под Луцком, он не решился отнимать звезду у своих детей и внуков. Максим Игоревич, прадед Андрея очень хотел есть, он буквально умирал с голоду после того, как фуражиры красной армии выгребли все продукты подчистую во время Гражданской. До этого поколения и поколения Кузнецовых терпели горести и лишения, но думали прежде всего о будущем. Николай Петрович все для себя решил - надо спасать сына и его детей. Комуняки принесли столько горя и страданий России, а его родной сын хвалит их, защищает. Да он в душе уже красный, уже комуняка, никак этот бич божий не хочет уходить с земли русской. Он уже внутри его семьи, и с этим надо было что-то делать. Николай Петрович посмотрел в небо, прищурился и загадал желание.
" Товарищ Петров, товарищ председатель горисполкома, очнитесь. Что с вами?"- кто-то толкал Николая Петровича вбок. Он очнулся, на заднем сидении автомобиля НАМИ -1, перед ним хлопотала девушка в кожаной тужурке, её звали Нина. Николаю Петровичу следовало ехать на совещание с директорами заводов города. Откуда-то он все это знал.
"Какое сегодня число?"-. Резко спросил Николай Петрович у Нины.
"4 марта".
"А год, год какой?"
В глазах его помощницы Нины читались недоумение и жалость к человеку, который уже полтора года работал буквально наизнос и очень сильно устал:
"Тысяча девятьсот сорок третий"
Нина видела, что её начальник о чем-то крепко задумался, потом он буквально вскочил с места и буквально навис над водителем:
"Гони быстро в деревню Черемхово. Должны успеть".
"Но Олег Григорьевич, - начала было Нина,- мы уже опаздываем на совещание".
"Проклятые комуняки, совещание у них. Гони быстро!!!".
Нина в смятении уставилась в окно. Она была уверена, что ей просто послышалось.
Николай Петрович посмотрел на себя в зеркало заднего вида, на него уставилась широкая, отъевшаяся на тыловых харчах рожа.
"Да, комуняки хорошо живут за счет народа ".
Председатель горисполкома уверенно подсказывал дорогу, он её хорошо запомнил со слов матери в той, другой жизни. Наконец они остановились около знакомого до боли бревенчатого дома. Именно этот дом его отец Кузнецов Петр Максимович в 1949 году купит у семьи Тагильцевых и по бревнышку перевезет в Байновку. Во время хлопот он заприметит и возьмёт в жены младшую из Тагильцевых, Ольгу. Через два года появится его сестра Катя, а ещё через год родится и он, мальчик Коленька. Николай Петрович провел все детство и юность в этом доме, а после смерти отца вновь переселится в него, вдохнув в родной очаг новую жизнь. Его мать по иронии судьбы всю жизнь проведёт в этом же доме, который до свадьбы стоял в одном месте, а потом в другом.
Сейчас его мать стояла со старшими братьями и сестрами у ограды, с ужасом глядя на своего отца и двух не жданных гостей.
Дед Семён, которого Николай Петрович никогда не видел, стоял, выставив вилы в сторону двух милиционеров, у одного из которых был разбит нос. Второй судорожно ковырялся в кобура, пытаясь вытащить пистолет. В канаве лежало то самое злополучное яйцо,в пылу драки разбито из-за которого деда Семена заберут в лагерь.
"Преее-кратить, - рявкнул Николай Петрович, - вы что тут устроили!!!".- это уже в адрес милиционеров.
"Олег Григорьевич, - отвечал милиционер с разбитым носом,- согласно вашему распоряжению обеспечиваем питанием рабочих стратегические заводов".
"Вы что, охренели, - бушевал Николай Петрович, - у семьи последнее яйцо забрать хотели, главу семьи под статью подвести".
"У них у всех последнее яйцо, последнее ведро картошки, последний стакан молока,- огрызнулся милиционер, вытирая кровь с лица,- А у нас план, нам рабочих кормить надо".
"Ишь ты,- прошипел председатель горисполкома, - с крестьянами воюете. А на фронт не хотите пойти"?
"С радостью, - заулыбался милиционер,- лучше немцев буду бить".
"Хорошо,- сразу успокоился Николай Петрович, - сегодня же распоряжусь, и поедете на фронт".
Один из сотрудников смотрел на большое начальство с благодарностью, что избавил его от работы, за которую он сам себя буквально презирал, а второй стоял, с ужасом переваривая услышанное - он последние полтора года буквально упивался властью
и был благодарен судьбе, что она сберегла его от фронта. Что же, все люди разные.
Николай Петрович подошёл к деду Семену и крепко его обнял: он с самого раннего детства мечтал об этом. Потом подошёл к своей матери, болезненно худой девочке, вспомнил её рассказы как в войну ей с семьёй приходилось собирать и есть гнилую картошку на колхозных полях после уборки урожая, потом выгреб из карманов все деньги, продовольственные карточки и шмат сала, который был припрятан водителем в машине, вручил это Тагильцевым и решительно сел в авто.
"Олег Григорьевич, -окрикнула его Нина, - ваши таблетки". У товарища Петрова был диабет. .. Ни всегда широкое одутловатое лицо есть следствие чревоугодия или пьянства, бывает , что это и от тяжелой болезни.
В тот день были отправлены на фронт все лица, занимающиеся продразверсткой в округе . Туда же был отправлен бригадир Архипов, ответственный за лесозаготовки. Подростки, совсем ещё дети из его бригады вздохнули с облегчением, ведь глава горисполкома строжайше запретил использовать детский труд на тяжёлых работах. Семён Тагильцев прожил долгую и счастливую жизнь, отгулял на свадьбах всех шести своих детей , успел понянчиться с многочисленными внуками и правнуками. До конца своих дней он был идейным коммунистом, ведь он точно помнил, что и большие начальники в Союзе были в первую очередь людьми.
Через два месяца Николай Петрович был приговорен к высшей мере наказания по надуманному обвинению. За саботаж. Глядя в глаза своему палачу он улыбался, ведь за отведенное время он спас множество жизней простых крестьян, детей, женщин и даже одного священника. А еще он очень надеялся , что его сын Андрей никогда не будет комунякой.
Ещё через два месяца механик - водитель Т-34 Кузнецов Петр Максимович вёл в бой свой танк близ деревни Прохоровка. Увы, ему было не суждено схлестнуться с немецкими тиграми: с неба на колонну наших танков буквально обрушилась стая фашистских пикирующих бомбардировщиков, а наших самолётов все ещё было очень мало, чтоб помешать асам люфтваффе.
Через два дня немецкие танки овладели городом Курском, в результате чего крупная группировка советских войск оказалась в окружении. Знаменитая курская битва продлилась до поздней осени, затмив собой битву за Москву и Сталинградское сражение по степени драматизма. 15 ноября 1945 года , на следующий день после капитуляции фашисткой Германии в интервью газете "Правда" маршал Жуков сетовал, что в страшном 1943 году больше всего ужасала острая нехватка авиации, и если бы не это обстоятельство, то война могла закончиться еще весной.
Кузнецов Андрей не стал комунякой, как и хотел его отец. Он просто не родился.
ОСНОВАНО НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, ТОЛЬКО НИКАКОЙ ФАМИЛЬНОЙ ЗВЕЗДЫ У КУЗНЕЦОВЫХ НЕ БЫЛО.
Оценили 33 человека
79 кармы