Политолог Дмитрий Гавра
Владимир Путин выступил перед журналистами на своей ежегодной большой пресс-конференции. Встреча длилась почти четыре часа. Свои вопросы задали несколько десятков представителей СМИ из России, а также стран ближнего и дальнего зарубежья. Президент, как правило, выслушивал сразу несколько близких по теме вопросов и старался ответить на них одним ёмким ответом, однако тем президентских выборов и отношений с США лидеру государства пришлось коснуться несколько раз.
Что из сказанного Путиным наиболее важно и почему из года в год на пресс-конференциях дают слово одним и тем же авторам неудобных вопросов, «Форпосту» рассказал политолог Дмитрий Гавра.
- Дмитрий Петрович, какие впечатления у Вас остались от сегодняшней пресс-конференции президента?
- Общий лейтмотив — Россия движется правильным курсом, у руля стоят правильные люди. Беспокоиться в целом не о чем, хотя проблемы тоже есть.
Крайне важно, что президент впервые сказал, что слухи о том, что всё у нас делается в режиме ручного управления, сильно преувеличены. Он дал понять, что система управления в стране выстроена, и правительству он доверяет. Кроме того, в ходе пресс-конференции он ни в одном конкретном случае и не применил этот режим ручного управления. То есть было много желающих передать ему папку с информацией о том, как тяжело живётся детям в одном регионе, как военнослужащим неправильно посчитали услуги ЖКХ в другом регионе. И каждый раз он говорил о системных проблемах и этого ручного управления не включал.
Он ничего не говорил о стратегических решениях на будущее. Хотя наступит время, когда он будет об этом говорить. Либо в своей предвыборной кампании, либо уже в инаугурационной речи. Понятно, что спрос на перемены в обществе есть, также как и спрос на сохранение текущего благополучия. Какие-то параметры политической системы нуждаются в развитии или трансформации, но размышления об этом сегодня на пресс-конференции не звучали.
Он ни разу, за исключением одного момента, не сказал, что же у него лежит, условно говоря, в портфеле на ближайший год, какими будут новые «майские указы». Единственное, но крайне интересное, что он сказал, это мысль о необходимости ротации работников силовых ведомств. Я представляю себе, как поёрзали многие люди в погонах.
- Как Путин говорил о внешней политике?
- Был очень спокойный, невоинственный разговор по поводу вопросов безопасности, без противопоставления себя Соединённым Штатам. Он говорил, что ситуацию в Северной Корее надо решать совместно, о том, что военный бюджет США в 20 раз больше, чем российский. Но при этом он тут же рассказал замечательный анекдот о кортике, показывающий его отношение к тому, что говорят либералы о сокращении оборонного потенциала России.
- С каждым годом на президентские пресс-конференции приходит всё больше людей, которые хотят не вопрос задать, а какие-то свои проблемы решить. В этом году был директор Мурманского рыбного завода, передавший Путину предложения по развитию рыбной отрасли, была Собчак, которая пришла туда как на предвыборные дебаты. Почему так происходит?
- Потому что уже были случаи, когда Путин помогал. Люди видят, что если правильно попасть, то можно решить свой вопрос. Когда-то нужно, чтобы президент был добрым волшебником, подарил кому-нибудь коляску или спас умирающую женщину. А когда-то президента нужно показать как человека, который создал машину и следит, чтобы эта машина работала. Для этого он должен не совершать чудеса, как волшебник, а убирать песок, который попал в шестерёнки машины.
- Было ли сказано что-то новое о предстоящих президентских выборах?
- Президент всячески показывал, в том числе отвечая на вопрос Ксении Собчак, что он не видит серьёзных конкурентов. Многое говорилось не в русле «если меня выберут», а в русле «когда меня выберут». Мы это даже не слышим, потому что мы сами, по другую сторону экрана, не сомневаемся в том, что выберут Владимира Путина. Но если бы в таком же русле говорил любой другой кандидат, например, Навальный, Собчак или Жириновский, мы бы это сразу отметили. А тут мы по умолчанию это воспринимаем как очевидную истину.
- Путин должен был понимать, что Ксения Собчак задаст ему неудобный вопрос о выборах, при этом к тому моменту, как ей дали слово, он уже успел сказать несколько слов об оппозиционных кандидатах. Почему президент дал возможность Собчак выступить?
- Можно только предполагать. Мы прекрасно понимаем, что в этих пресс-конференциях отношение между спонтанным и запланированным складывается в пользу запланированного. Вопрос украинского журналиста (речь идёт о корреспонденте УНИАН Романе Цимбалюке — прим. «Форпост»), каким бы грубым он ни был, был ожидаемым, и ему дали слово.
- Причём этому журналисту слово дают каждый год.
- Да, и он с каждым годом всё менее следует протоколу пресс-конференции и всё более вызывающе выступает. Но он не только зарабатывает очки на Украине, но и даёт возможность нашему президенту зарабатывать очки в России.
А если вернуться к Собчак, то раз уж она оказалась в зале, да ещё и вся в красном, то она должна была что-то сказать. Если ружьё висит на сцене в первом акте, то в третьем оно обязательно выстрелит.
В этом году президентская пресс-конференция прошла в тринадцатый раз. Она длилась 3 часа 45 минут, за это время Владимир Путин ответил на 65 вопросов, и был готов общаться ещё, но пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков напомнил Путину, что его ждут в Кремле Герои России.
Оценили 5 человек
7 кармы