КАПИТАЛИЗМ И ЛИЧНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА

                  

    Если кратко выразить катастрофическую проблематику капитализма, которая крепким оттиском ложится на духовную ткань каждой личности, то возникнет следующая картина.

    Капитализм предстает с виду как цивилизованное общество свободных и равноправных индивидов, которое, правда, по непонятным причинам, во-первых, всюду организовано нерационально, во-вторых, подвержено имманентным кризисам в виде непрекращающихся войн, бедности, безработицы, экономических разорений и всяческого совершенно необязательного убожества. 

                 Всюду царит двусмысленность.

    Труд является формально свободным и добровольным, однако, поскольку без доступа к средствам производства трудиться невозможно, всякий трудящийся вынужден продавать свою рабочую силу их собственникам на их драконовских условиях.

    Все средства жизни производятся в достатке и наличествуют, однако, доступ к ним возможен только через куплю-продажу, то есть под диктатом денег и, следовательно, тех людей, которые контролируют финансовую систему.

    Государство, ставя себя над обществом, являясь аппаратом насилия и принуждения, объявляет себя защитником всех граждан, декларирует равенство всех перед законом, однако, законы так написаны и таким образом применяются, что государство реально служит олигархам, предпринимателям, капиталистам.

    Высшие чиновники все сплошь сами являются олигархами, родственники которых выкачивают бюджет госзаказами.

    Капитализм рекламирует себя как общество возможностей, но все те реальные микроскопические возможности проявляются исключительно в виде эпизодического успеха на фоне вечных неудач и трагедий других.

    Жизнь при капиталистическом строе такова, что совершенно не остается никаких чувств, явлений и отношений, которые были бы независимы и не опорочены грязью и пошлостью товарно-денежного уродства.

    Всюду насаждаются индивидуализм, извращенные низменные вкусы и желания.

    Ненависть к труду процветает вместе с вожделением праздности и вседозволенности.

    Объективно больное и психопатическое общество штампует больные и психопатические личности, которые не в силах даже представить ему альтернативу.

    Таким больным остается только безысходность, цинизм или религиозное слабоумие и надежда на загробное счастье.

    Соприкосновение каждого отдельного человека с системой общественного производства — это неизбежное соприкосновение с капиталом.

    И не важно, какое место вы занимаете или можете занять в социальной иерархии капиталистического общества, так как степень обобществления производства такова, что экономические связи настолько тесно скрепляют между собой все человечество, что только сознательное обособление, ненависть к бедным, презрение к неудачникам могут затушевать их.

    Общество, живущее по звериным законам, требует от своих членов звериных повадок.

    Идеалом становится бешеный живоглот, который без колебаний будет вырывать для себя кусок побольше у всякого, кто слабее.

    Эта аналогия псевдочеловека есть копия нутра духовного мира личности, которая целиком сформирована законами и закономерностями капиталистического бытия.

    Всё истинно человеческое в современных личностях может быть только сопротивлением, ответом на эти обстоятельства, их противоположностью.

    Всякое же примирение с нормами капиталистической жизни (оппортунизм) ведёт к развитию животного начала в личности человека, выступающего в форме карьеризма, стяжательства, эгоизма, малодушия, холопства и чинодральства.

    Стало быть, ясно, что система общественного устройства капитализма такова, что труд облачается в форму наёмного труда с присущими ей отчуждением продуктов труда и эксплуатацией.

    Кроме того, условием развития капиталистического производства является развитая, расчлененная и антагонистичная система разделения труда.

   Это, во-первых, разделение по характеру деятельности человека на физический и умственный труд.

   Во-вторых, разделение общественного производства на две крупные сферы, как-то: сельское хозяйство и промышленность.

   В-третьих, разделение этих сфер производства на отдельные отрасли.

    В-четвертых, единичное или детальное разделение труда непосредственно внутри предприятия.

    Разделение труда на базе капиталистического производства с присущими ему общественными отношениями и антагонизмами превращает человека из более или менее всесторонне развитой личности, обладающего физическими и духовными способностями, в односторонне развитого совокупного пролетария.

    В целях приспособления богатой личности человека к какой-либо одной определенной производственной функции приносятся в жертву все остальные её способности и задатки.

    Такое дробление личности, разбор труда на составные части не по научной необходимости, а в связи с требованиями роста прибыли капиталиста, делает детальные функции производства жизненным призванием человека.

    Особенно ярко это проявляется на промышленном производстве. На заводе работник превращается в одаренный сознанием придаток машины, призванный пожизненно её обслуживать.

    Труд в капиталистическом обществе порабощает всякого человека.

    И не только рабочие, но также эксплуатирующие его, прямо или косвенно порабощаются орудиями своей деятельности.

    Предприниматель духовно порабощается собственным капиталом и своей страстью к прибыли.

    Юрист — своими закостеневшим крючкотворным мировоззрением, которое господствует над ним как самостоятельная сила.

    Творческая интеллигенция порабощается своей односторонней духовной и телесной близорукостью, искалеченностью, вызванной приспособлением личности к специальности и т. д.

    Отсюда следует и общее направление системы образования, изначально призванной удовлетворять примитивные потребности капиталистической экономики в рабочей силе, которое чудовищным образом уродует личности с самых ранних лет узконаправленным образованием и воспитанием в духе буржуазной пристойности, религиозной духовности и предпринимательской нравственности.

    Безусловно, такое положение вещей вызывает соответствующую реакцию в сознании индивидов в виде мощной психологической тяги к ничегонеделанию.

    Однако, разрешение этой противоположности сущности человека как преобразователя и творца и капиталистического уродства труда заключается, конечно, не в отбрасывании труда вообще в пользу праздности, и не в изоляции частного труда от общественного производства.

    Очевидно, данное противоречие разрешается участием человека в общественной жизни, так как только посредством изменения общества в целом, можно изменить условия существования личности в частности.

    Логика вещей такова, что участие в общественной жизни является единственной движущей силой, причиной для гармоничного развития личности в современных условиях.