Он уже отлично знал этот самый Фрицланд, благо в прошлом октябре видел, как народ германский путешествовал, набившись в вагон, словно пельмени в пачке. Однако, и тут окаянный рейх преподнёс ему подарок, который Георгий запомнит надолго.
Георгий находился не в духе, ибо встал в 5.30 утра, а такие подъёмы отнюдь не способствуют бодрости и прекрасному отношению к миру. Но Георгий взрослый мальчик, и знает, что не всем в день рожденья подарят пятьсот эскимо. Разумеется, на вокзале Нюрнберга лифт и эскалатор к платформе не везли. «Ебучая Германия» - вздохнул Георгий, взял чемодан в зубы и потащил его наверх. Предстояло проехать 3,5 часа с одной пересадкой, но куда там. Сев на поезд, Георгий обнаружил, что именно в том узле, где ему следует пересесть, проводится полицейская операция. Местные полицейские хуй знает кого оперируют, потому прибытие поездов задерживается на 75 минут. Георгий ещё не успел откомментировать всё в национальных выражениях, любезных русскому сердцу, как подошедшая служащая сказала ему: сучий поезд опоздает аж на 3 часа, Георгию надо сесть в другой состав. А потом и ещё в другой. Тогда он приедет.
Хотя, это неточно.
Зевая с ненавистью, Георгий вышел на нужной станции. Следующий поезд помятой арийской внешности опоздал на 15 минут. Внутри толпилось до хера немцев. Георгий сел на свободное место рядом с неким старичком. Тут подошла девушка в очочках (её национальность осталась для Георгия неясной, но беседу она начала на аглицком), и ничтоже сумняшеся заявила - она хочет сидеть здесь. «У вас билет?». «Нет». «А почему?». «Мне нравится у окна». После кратких препирательств Георгий произнёс на русском – «Девушка, идите на хуй». Что интересно, девушка тут же ушла, и сей сенсационный факт взрастил в сердце Георгия очередной урожай восторгов перед языком Пушкина и Тургенева. Добравшись до места назначения, Георгий оседлал последний поезд. Казалось бы, всё в порядке, ДР налаживается. Но нет.
Оказалось, что блядский поезд до Брауншвейга не поедет, а пойдёт в обход, как положено герою. И опять-таки по причинам, что полиция чью-то там морду оперирует. Ещё лишних два часа. «Ебучая Германия» - вырвался стон из сердца Георгия. Он глянул – поезд должен сделать остановку в Вольфсбурге. Это 20 минут езды до Брауншвейга, где на вокзале его ждал писатель Игорь Шенгальц, для конспирации снявший привычную ему будёновку.
Георгий позвонил резиденту. «Игорь, знаешь что? – мученически сказал он. – Я уже устал с фрицевской железной дорогой бороться. Забери меня из Вольфсбурга, иначе сегодня мы так и не увидимся. Этот поезд, по ходу, в Брауншвейг в итоге через Токио поедет».
Шенгальц уже поднаторел в Германии, успешно выдавая себя за немца, и не удивился ситуации. Он прыгнул в машину, и прибыл в Вольфсбург. Георгий, с языком на плече, безжизненно таща чемодан, сначала подумал, что фигура связного – это мираж.
- Ебучая Германия, - произнёс он пароль.
- А мы, здесь, блядь, живём, - последовал отзыв.
Они обнялись.
- Пообедаем? – призвал Шенгальц, не уступавший в упитанности Георгию.
- Пахать надо, - кисло ответил Георгий. – Вот карта действий. Гони на репортаж.
Приехав в отель в 18.30, Георгий вяло ответил на поздравления в телефоне, и уснул.
Через пару часов постучали в дверь. Георгий, аки зомби, с трудом встал с кровати.
На пороге стоял Шенгальц с литром коньяку и закусками.
- По нашей православной традиции, - сказал он. – Есть повод чутка поскучать по Родине.
До двух часов ночи Георгий с Игорем кушали коньяк в немецкой глубинке, и обсуждали международное положение. Правда, оба не прослушали «Интернационал», что для двух разведчиков являлось недопустимым. Но им было очень важно не провалить явку.
Ведь задание Центра ещё не выполнено.
(с) Zотов
Оценили 40 человек
51 кармы