• РЕГИСТРАЦИЯ
Российские хакеры обрушили систему США и три варианта выхода из украинского кризиса

Погиб при исполнении…

5 1008


…для сопровождения гроба с телом покойного в пути следования

до места похорон приказом командира воинской части или начальника

гарнизона (военного комиссара) назначаются два—четыре человека,

которые должны быть проинструктированы и при себе иметь: изве¬щение

о смерти; свидетельство и справку о смерти; письмо семье покойного,

подписанное командиром воинской части, с изложением обстоятельств

смерти; собственные вещи, ценности и награды умер¬шего, упакованные

и опечатанные сургучной печатью…

(Устав гарнизонной и караульной службы ВС СССР)

Утром в понедельник, на подъем флага не прибыл старшина команды спецтрюмных, старший мичман Петров Михаил Иванович. Командир дивизиона, зная старшего мичмана, как старого опытного и ответственного моряка, особо не разозлился, мало ли чего бывает, а только дал команду командиру группы спецтрюмных, выяснить, что со старшиной, и в обеденное построение доложить. Старший лейтенант Серега Бузичкин, еще в субботу утром, наводивший вместе с Петровым порядок в насосных реакторного отсека, тоже не проявил сильного беспокойства, по поводу отсутствия своего старшины, и решил его поисками не заниматься, благо Петров был человеком серьезным, пьющим в меру, и вообще ценящим свою репутацию. Но на обеденном построении старший мичман тоже не появился. Так как на носу был проверка инспекцией по ядерной безопасности, во главе с внушающим ужас адмиралом Бисовкой, отсутствие одной из ключевых персон попадающего под проверку реакторного отсека, было замечено уже командиром. Командир в коротком, но емком выступлении, объяснил всем, куда мы катимся, и отдал боевой приказ, разыскать прогульщика и предоставить его ему лично, в любом состоянии. Механик, получив ощутимый нагоняй, вставил по полной комдиву раз и Бузичкину, после чего Бузичкин уже в приватной беседе выслушал от комдива раз все предыдущие нагоняи в незамысловатом рабоче-крестьянском варианте, после чего командиру отсека не осталось ничего, кроме как нахлобучить фуражку и лично отправиться за Петровым домой.

Старшина жил в старой девятиэтажке, у поста ВАИ, который был одним из двух «небоскребов» поселка. Доковыляв до седьмого этажа по лестнице, и чертыхаясь по поводу «мертвого» лифта, Бузичкин дома никого не застал. Послонявшись около подъезда минут сорок, в надежде, что- либо сам Петров, либо его жена появятся откуда-нибудь, Сергей плюнул и отправился обратно на корабль, справедливо полагая, что уж вечером то кто-нибудь из Петровых, дома будет. На корабле, механик угрюмо выслушав доклад старлея, приказал вечером, кровь из носа добыть старшину, и утром без него в строй не становиться. Бузичкин откозырял, и отправился заниматься отсеком.

На вечернем докладе в центральном посту, командир вновь вспомнил о Петрове, снова прошелся по всей БЧ-5, вскрыл все недостатки электромеханической боевой части, и закончил традиционной констатацией того, что все механики не простые раздолбаи, а военнослужащие-вредители, и по ним плачет 37-й год, ссылка, каторга и расстрел на корне пирса. Завершив на этой жизнеутверждающей ноте доклад, командир удовлетворенно отправился в каюту спать, а все остальные воодушевленные начальством побрели по домам. Бузичкин снова отправился к Петрову домой, и на этот раз застал в квартире жену старшины. На вопрос о муже, она как-то сильно скривилась, и с совершенно безразличным видом заявила, что не видела его с субботы, и по большому счету и видеть не хочет, и где он ее абсолютно не интересует. Бузичкин пытался расспросить поподробнее, где его можно поискать, но супруга мичмана решительно захлопнула дверь, и больше на звонки к ней не подходила. Выходя из дома, старлей вдруг припомнил, что в последнее время, Петров, не отличавшийся говорливостью, несколько раз как-то тоскливо отзывался о доме, и часто оставался на корабле гораздо дольше обычного. Мысль мелькнула, и ушла, и Бузичкин побрел домой, справедливо решив, что какие-то семейные неурядицы Петрова вылились, скорее всего, в банальный запой, что хотя и было для его старшины нехарактерно, но не исключалось, принимая во внимание обстоятельства. Побродив для очистки совести по поселку и пораспрашивая о Петрове у встречных знакомых, Бузичкин ничего не выяснил и ушел домой спать.

На утреннем построении, тема старшины отсека встала уже ребром. Доклад командира отсека о проведенном расследовании поднял командира на дыбы, вследствие чего, почти вся офицерско - мичманская составляющая БЧ-5 во главе с комдивом, раз ринулась в поселок искать исчезнувшего старшего мичмана. Жена Петрова работала в поселковой администрации, и когда к ней за информацией прибыл уже старший офицер, с довольно серьезным лицом, была вынуждена нехотя признать, что у них в семье уже давно все напряженно, и что она собралась уходить от мужа, а он был против. В субботу они очень сильно повздорили, она высказала ему все в лицо, и он ушел, хлопнув дверью. С тех пор она его не видела. Как оказалось потом, когда все искавшие Петрова по поселку собрались в обед на построение, его после субботы не видел никто. Так как дело прияло уже серьезный оборот, командир доложил по всем инстанциям, и в поселке начал раскручиваться маховик поиска пропавшего мичмана. На корабле остался минимум людей, а все свободные офицеры и мичмана рыскали по всем старым знакомым Петрова в его поисках. Комендантские патрули обшаривали все закоулки городка, известные «пьяные» квартиры и общаги, подвалы и гаражи. Мичмана нигде не было.

Петрова нашли в среду в обед. Случайно. Он висел за стеной своей квартиры, на заброшенной, заваленной мусором и грязью неосвещенной пожарной лестнице, которой издавна никто не пользовался. Висел он там с субботы, и так бы и висел дальше незнамо сколько, если бы не их ленивый сосед, собравшийся по привычке выкинуть пакет с мусором, не выходя из дома. Чертыхаясь и спотыкаясь на темных ступеньках, он просто уперся носом в уже распухшее тело Петрова, висевшее в темени площадки с запиской в руках. Что было в той записке, мы так и не узнали, да и не надо было, наверное, знать, но позже, стало известно, что писал он ее, да и смерть принял совершенно трезвым, а значит осмысленно и обдуманно. Что там случилось в семье мичмана двадцать лет прожившего с женой, вырастившего двух детей, сходившего в два десятка боевых походов, было непонятно, да и разбираться уже никому не было нужно. Потом говорили правда, что жена его закрутила с кем-то очень серьезный роман в администрации, но это только говорили, а сама она с детьми скоро покинула поселок, не оставив о себе никаких сведений.

Через два дня после этих печальных событий, меня вызвал в каюту командир.

- Садись Павел, разговор есть…

Я сел на диван. Командир сидел за своим столом, монотонно крутя ручку в руках.

- Ну, что Паша… Такое дело… Короче: надо Петрова домой везти. Извини, но я кандидатуры лучше тебя не вижу.

Я обреченно молчал. Отказываться, судя по тону командира смысла, не имело, а радоваться было совершенно нечему.

- Что молчишь, Белов?

Окончательно поняв, что обречен на этот «подвиг», я начал уже более осмысленно смотреть на поставленную мне задачу.

- Александр Иванович, мне только доставить…груз 200, или еще….

- Именно или Паша, именно или…сопроводить цинковый ящик сможет любой. Понимаешь…старший мичман, заслуженный подводник, целых две боевых награды… А его по закону, должны хоронить…самоубийц не хоронят с воинскими ритуалами… А он заслужил. Не смертью своей конечно, а всем, что до нее было. Надо всё по-людски сделать, чтобы ни нам стыдно не было, и его родственники увидели, что для нас он не просто галочка был… Да ведь и мы сами недоглядели-то по большому счету…Сделай так, чтобы хоть это было красиво… А там в свидетельстве о смерти сам понимаешь, что написано… Обойти надо, закон это, будь он проклят…

Мы оба помолчали пару минут.

- Товарищ командир, когда надо выезжать? И куда?

- Послезавтра. Московская область. Кажется Дубна….

- Ясно. Разрешите идти.

Командир махнул рукой.

- Сядь. Еще не все. Я тебе в помощь даю мичмана Рябуха, и еще одного… зама…

Я несколько оторопел. Нашим замполитов на тот момент был здоровенный и великовозрастный капитан 1 ранга Балабурда, которого командир называл «динозавром коммунистических времен», и ни во что не ставил, на что зам, к всеобщему удивлению внимания не обращал совершенно, так как был увлечен подготовкой к скорой демобилизации.

- Не удивляйся. Знаю, ты со своими каплейскими погонами и сам многое сможешь, но тяжелая артиллерия тебе не помешает. А заму я дам команду тебя слушаться во всем и не мешать, а только помогать. Ты занимайся делом, а он пускай на себя родных возьмет, это его хлеб в конце-концов. Деньги из корабельной кассы дам. Пораскинь, что еще надо и собирайся… Да, помощник документы на груз 200 уже подготовил, а дивизия помогла с бронью на билеты. В аэропорту выкупите сразу перед вылетом… Иди, работай… какие проблемы- сразу ко мне!

Первым делом, я отправился к старпому, и, объяснив диспозицию, проштамповал гербовой печатью и угловым штампом части десятка полтора чистых листов. Старпом очень неодобрительно взирал на это действо, но возражать не стал. Он прекрасно понимал, что это только на своем корабле я мог спокойно заскочить к нему в соседнюю каюту и быстренько соорудить любой официальный документ, а там далеко на юге, на бескрайних просторах родины, документ с гербовой печатью воспринимается гораздо более серьезней.

В каюте я долго сидел перед пишущей машинкой и думал, что бы такое соорудить, чтобы обстоятельства ухода Петрова из жизни не стали широко известны в его родном городе, а особенно местному военному комиссариату, который и заведовал всеми воинскими похоронными ритуалами. В конце-концов, я решил, что во первых наша служба довольно сильно покрыта туманом, а для сухопутных начальников тем паче, а во вторых количество секретных, страшно секретных и ужасающе секретных директив и приказов в наших Вооруженных Силах таково, что, наверное, нет такого человека, который бы знал хотя бы половину из них. После чего, под стук пишущей машинки, у меня родился документ такого содержания:

Справка

Выдана взамен свидетельства о смерти старшего мичмана Петрова Михаил Ивановича, 19…г.р. русского, на основании Приказа Министра обороны РФ № 000179/СС от 12 февраля 1992 года «Об освидетельствовании смерти военнослужащих проходивших службу на ракетных подводных крейсерах стратегического назначения» и указа коллегии Совета министров РФ № 00-667БДР от 22 февраля 1992 года «О назначении особого режима секретности на ядерных объектах МО РФ» для организации похорон ст. мичмана Петрова М.И. с выполнением всех обязательных воинских ритуалов. Свидетельство о смерти будет выдано по месту службы военнослужащего, после утверждения Особой комиссией Инспекции МО РФ по ядерной безопасности в трехмесячный срок, и подлежит передаче родственникам военнослужащего в специальном порядке.

Справка выдана для предъявления в городской военный комиссариат г. Дубна, и в органы социальной защиты военнослужащих г. Дубна.

Командующий 3-й Ударной флотилии Ракетных подводных крейсеров стратегического назначения Вице-адмирал Светляков А.И.

Снабдив эту «филькину грамоту» положенными входящими и исходящими номерами, на ее основании пришлось соорудить еще один «документ».

Отношение

Возложить на командира группы дистанционного управления контрразведки ВМФ ФСК РФ капитан-лейтенанта Белова П.Б. обязанности по организации похорон ст. мичмана Петрова М.И. по месту жительства в г. Дубне. и обеспечению режима секретности, связанного с обстоятельствами смерти военнослужащего. Включить в группу обеспечения выполнения мероприятия капитана 1 ранга Балабурду С.Н. и мичмана Рябуха П.П.

Отношение выдано для предъявления по месту требования и не подлежит выдаче в государственные организации, кроме указанных в Указе Совета министров РФ № 0-0667БДР от 22 февраля 1992 года «О назначении особого режима секретности на ядерных объектах МО РФ».

Командующий 3-й Ударной флотилии Ракетных подводных крейсеров стратегического назначения Вице-адмирал Светляков А.И.

Сотворив этот еще один шедевр крючкотворства, я, недолго подумав не решился, нести его командиру на подпись, а сам быстренько изобразил начальственные завитушки. Расчет был прост и незамысловат. В небольшом городке, на окраине Московской области, мало кто мог знать, что командир группы- это просто инженер-механик. А масса непонятных и таинственных директив, вкупе с внушающими уважениями аббревиатурами ФСК, самая банальная выдумка, рассчитанная на провинциальное наивное и простодушное доверие к всякого рода гербовым документам и громким названиям, к тому же подтвержденным печатями и необычной для средней полосы военно-морской формой.

Потом был общий инструктаж, где командир поставил всей тройке задачу, определили полномочия, и расставил приоритеты. В свою очередь я попросил всех быть при белых рубашках, и вообще внешне соответствовать принадлежности к военно-морской элите. Дома жена обозвала меня «самым главным, куда пошлют», поругалась, и как, положено смирившись, начала делать заказы на мелкие покупки в Москве. Весь следующий день прошел в организационной суете, в процессе которой я смог при помощи командира прямо с корабля позвонить в Дубну брату Петрова, которому отправляли телеграмму о его смерти, и попросить того, никому об обстоятельствах смерти брата не рассказывать, а отвечать просто: погиб при исполнении. Наутро послезавтра мы тронулись в путь. Самолет был вечером. Мы с Балабурдой отправились в аэропорт на машине только тогда, когда получили известие из Полярного, что Бодрых загрузил «груз 200» на дивизионный КамАЗ и выехал в аэропорт. Там мы встретились. Без особых проблем, сдав цинк в багаж, мы прокоротали оставшиеся до вылета часы в здании аэровокзала в разговорах. Балабурду более всего возмущало полное игнорирование женой Петрова всего связанного с мужем. Она, конечно, поплакала при его визите к ним домой, но ни лететь, ни как-то принять участие в организации похорон бывшего мужа не пожелала. Что там между ними было, мы не знали, но единодушно согласились, что это не по-людски, и жизнь ее за это еще накажет.

Самолет взлетел по расписанию, и через час приземлился в Шереметьево-1, где нас встречали два родных брата Петрова, с грузовым кунгом. Один брат был старшим, другой младшим, и оба походили на Петрова как две капли воды, только старший был погрузнее, а младший наоборот худощав. Были они немногословны, да и какими они могли быть, встречая запаянный гроб с телом брата. Ехали долго. Стояла ранняя осень, дороги уже подмораживало, и уже вечером по обочинам на траве белела замерзшая влага. В самом начале пути, я отдал им свидетельство о смерти и обрисовал братьям создавшуюся ситуацию с похоронами, а точнее с похоронами военнослужащих-самоубийц, как это больно для них не звучало, и попросил, в принципе только об одном. Сделать так, чтобы никто не узнал об истинной причине смерти их брата, минимум до похорон, и чтобы у меня под рукой всегда была машина. В свою очередь, старший из братьев, рассказал, что он договорился и в военкомате, и на кладбище о месте на воинском кладбище, и везде ждут только документы, свидетельствующие о смерти. О причинах смерти брата, старший Петров, как я их и просил по телефону предусмотрительно ничего и нигде не говорил. Я заверил их в абсолютной правильности их действий, и пообещал, что все остальное я беру на себя, и все будет как надо... Да и не мог я сказать ничего другого. Потом братья обменялись взглядами, и достали из под скамьи портфель. Там оказалось пару бутылок водки и незамысловатая закуска. Предложение помянуть брата я и Рябуха приняли сразу, не взирая на укоризненные взгляды зама, так как и отказываться, было невежливо, да и в кунге было не особо жарко. Видимо потом замполиту стало тоже несколько холодновато, потому что к откупориванию второй, он уже «оттаял», и с видимым удовольствием принял от старшего Петрова стакан.

Въехав в ночной город, машина сразу отправилась к моргу, где через минут пятнадцать мелких формальностей, гроб приняли на хранение. Разместили нас в стареньком двухэтажном доме у младшего брата. Там нас уже давно ждали, и сразу усадили за стол. За этим очень поздним ужином, мы выпили еще под жареную картошечку, и окончательно распределили роли на завтра. Мичман Рябуха, оставался с утра дома, так, как никакой реальной помощи на данном этапе оказать не мог. Я выделил ему часть средств, бывших у меня, и дал команду помочь женщинам в закупке продуктов на поминки. Я и Балабурда, на машине младшего брата отправлялись по маршруту: комендатура- агентство по ритуальным услугам - кладбище. На этом планирование закончилось и мы, перекурив, улеглись спать.

Проснулся я от голоса Рябухи. Он вовсю обсуждал с какими-то женщинами перечень продуктов необходимые для поминок, причем проявляя недюжинные познания в части православных традиций поминального застолья. Наскоро перекусив, мы с Балабурдой загрузились в машину, которая оказалась черной «Волгой», что было очень кстати, и отправились в комендатуру.

Если говорить откровенно, то комендатурой гарнизона, то место, куда нас привез младший Петров, назвать было трудно. Каморка какая-то. И сидел в той каморке немолодого возраста майор с танковыми петличками на воротнике, и одутловато- счастливым выражением лица, застывшим вероятно очень давно, от такой необременительной и спокойной службы. Майору явно стало не по себе, когда в его кабинетик, ввалились два черно- белых офицера, сверкая золотом погон, а один из них оказался вдобавок ко всему еще и «полковником». Майор вскочил, застегивая мундир, но Балабурда, молча, и очень по барски, остановил его движением руки, и вальяжно поднеся руку к козырьку, громоподобно представился:

- Капитан 1 ранга Балабурда!!!

И повернувшись ко мне, уже более спокойно сказал:

- Белов, приступайте!!!

Наш план на этом и строился. Внешне каперанг был очень впечатляющей фигурой. Высокий, монументальный, с чапаевскими усами, зам был очень импозантен, именно тем чисто флотским шиком, недоступным сухопутным офицерам, но в разговоре был неубедителен, по стариковски мог сползти с нужной темы на рыбалку и огородничество, и просто на ненужный и беззаботный трёп о том и о сём. Поэтому мы, справедливо полагая, что военкомом этого небольшого городка может быть максимум подполковник, договорились, что зам сначала ослепит того погонами и рыком, а потом передаст слово мне. Так и вышло. Пока майор судорожно приводил себя в порядок, я, сделав шаг вперед, из-за широкой спины зама, спокойно вытащил из папки лист бумаги и, стараясь, чтобы голос был с металлом, зачитал мною же выдуманное отношение. Затем протянул его майору.

- Товарищ майор, прошу ознакомиться!

Майор, наконец нашедший щелочку, для того чтобы вставить хоть слово торопливо представился.

- Майор Брусанов, комендант…этого…гарнизона. А вы…

Балабурда грозно взглянул на майора. Тот понял оплошность и взяв протянутую ему бумагу начал читать. По наморщившемуся лбу коменданта стало сразу понятно, что таких бумаг, ему встречать, еще не доводилось.

- Товарищ полковник, а…

Балабурда раздул усы.

- Товарищ капитан первого ранга!!! Не забывайтесь, товарищ майор!!!

Комендант прокашлялся.

- Товарищ капитан 1 ранга, а вы….

Балабурда снова обжег его взглядом, по которому я понял, что если не возьму инициативу на себя, то через минуту замполит расслабится и начнет просить. Этого допустить было нельзя, и я перешел в наступление.

- Товарищ майор, какие будут вопросы по содержанию отношения.

Майор, как-то по стариковски пожал плечами.

- Да уже никаких… Собственно я бы хотел иметь свой экземпляр, и…

Я снова немного по хамски перебил коменданта.

- Комендатуры не числятся в списке Указа Совета министров. Если очень надо, можете просто переписать. А у нас сроки поджимают. Необходима бумага на кладбище и оркестр с почетным караулом. Есть указание похороны провести завтра.

Комендант, кажется, ожидал чего-то более серьезного, потому что явно внутренне расслабился, и сел за стол, жестом пригласив садиться и нас.

- Садитесь товарищи офицеры. Ну, с кладбищем проблем нет. Давайте свидетельство о смерти, я сейчас заполню…

Я протянул ему свою справку. Но после первой бумаги, шок у майора прошел, и он как-то уже довольно спокойно прочитал мою галиматью, после чего чуть настороженно спросил.

- Он у вас того…облученный что-ли? Или как?

Я, внутренне понимая, что говорю неправильные и гадкие вещи, все- же коротко и многозначительно ответил.

- Все нормально. Тело в закрытом цинково-свинцовом гробу. Можно ничего не бояться. Люди не пострадают. Средства спецзащиты задействовать не будем. Это излишне. Радиационная обстановка в норме.

Майор, незаметно облегченно вздохнул, и, вынув пачку талмудов из стола начал шевеля губами что-то писать. Оформлял бумаги он минут десять, которые мы провели в тишине, и только Балабурда тяжело вздыхал, листая какой-то военно-патриотический журнал. Тем временем, майор переписал с моих «документов» необходимые данные, проштамповал наши командировочные, оставив открытой дату убытия. Потом снял трубку телефона.

- Алло, Григорьич, это ты? Слушай внимательно, сейчас приеду моряки, значится, оформишь все по полной. Место в воинских рядах. Хорошее… У них обычных документов нет. Нет, я сказал этого. Они тебе покажу документ…Нет! Это особый случай! Товарищ погиб при исполнении… Слушай сюда и не верещи! Все остальное я потом тебе лично объясню. У товарищей завтра похороны. Напряги своих с венками, и не вздумай драть деньги за рытье…Дороже обойдется… Ну вот и хорошо. Товарищи сейчас подъедут.

Майор положил трубку. Отобрав несколько бумажек, протянул мне.

- Это все на кладбище. Отдадите Виктору Григорьичу, начальнику тамошнему. Все сделают в самом лучшем виде. А вот насчет почетного караула и всего остального….тут я вам помочь ничем не могу. Кроме военно-инженерного училища в городе никаких воинских частей нет. Они на этот случай и выделяют все. И оркестр, и караул, и все остальное. А с их начальником у нас отношения…ну не очень. Придется вам самим к ним ехать. Если я позвоню, ничего не выделит.

Мы переглянулсь с Балабурдой и встали.

- Спасибо, товарищ майор!

Балабурда протянул руку и обменялся рукопожатиями с комендантом. Потом наступила моя очередь прощаться, и пожав руку, я поинтересовался, кто по званию начальник училища. Оказалось, что он не генерал, а полковник, Громадин Арсений Иванович.. На том мы и расстались.

На кладбище, все прошло быстро и гладко. Видимо комендант в подтексте разговора передал что-то такое, что заставило ритуальную службу принять нас, как проверяющих из министерства. Место под захоронение было уже подобрано, очень достойное. И его уже обрабатывала целая бригада, кромсавшая подмерзшую землю ломами и лопатами… Там же сразу, мы заказали и гроб, и венки, и от семьи, и от экипажа, и даже от «Командования Северным флотом». Расплатившись, мы снова нырнули в машину и направились в военно-инженерное училище.

Тут и пригодилась блестящая черная «Волга» младшего Петрова. Когда наша машина подкатила к воротам училища, и из нее вывалился внушающий уважение одним своим видом капитан 1 ранга, а потом еще один военно-морской офицер, то даже сквозь стекла КПП было видно, как вся дежурная служба начала поправлять форму. Когда Балабурда возник в двери, послышалась громкая, и по настоящему, а не по-флотски строевая команда «Смирно!».

Балабурда лениво поднеся руку к козырьку, милостиво отреагировал:

- Вольно…Начальник училища в расположении?

Дежурный по КПП, старшина 4-го курса четко отрапортовал:

- Так точно, товарищ полковник!!!

Замполит хищно улыбнулся, что было для него очень несвойственно, и с неприкрытой издевкой ответил.

- Капитан первого ранга, юноша!!! Учите воинские звания!!! Доложите, что к нему капитан 1 ранга Балабурда и капитан-лейтенант Белов! Выполнять!!!

Судя по резвости исполнения команды, каперанги были здесь не очень частые гости. Уже через несколько минут за нами примчался прапорщик с красной повязкой на рукаве, и робко представившись, попросил следовать за ним. Миновав большой плац, мы вошли в штаб училища, и двигаясь по коридорам в направлении кабинета начальника, ловили на себе удивленно-заинтересованные взгляды офицеров и курсантов, снующих по коридорам. И когда, наконец, добрались, и вошли в кабинет, я сразу понял, что моя миссия тут будет чисто техническая, а все остальное сделает Балабурда. Дело в том, что, не смотря на фамилию Громадин, начальник училища был очень невысок, если не сказать просто мелок. Когда он здоровался с замполитом, я заметил, что он практически вдвое меньше того, и сильно задирает голову, чтобы рассмотреть за усами Балабурды его лицо. Тут было конечно опасение, что, как правило, в жизни, невысокие люди, достигшие определенных высот в карьере, очень комплексуют по поводу своего роста, что выражается в их непомерном бонапартизме, но при взгляде на плотоядно улыбающегося зама, я сразу понял, что тут не этот случай. Сразу стало заметно, что полковник Громадин с первых минут стал чувствовать себя довольно неловко, рядом с моим огромным каперангом, и пригласив нас садиться, сразу нырнул на свое место за огромнейшим письменным столом, словно ища за ним защиты. И тут Балабурда включил весь свой богатый замполитовский опыт. Его словно прорвало. У меня вообще создалось впечатление, что зам только и ждал появления на горизонте кого-то, равного себе по званию. Я только молча протянул бумаги, которые полковник машинально прочитал, и так же машинально нажав на кнопку селектора, кого-то вызвал. А зам все вещал. И про подледные походы, и про проклятое НАТО, и про героику будней подводников- североморцев, короче про все тяготы и лишения воинской службы на страже заполярных рубежей. Полковник, только рот не открыл загипнотизированный переливистой речью моего многоопытного зама. Тем временем в дверь постучали, и на пороге возник капитан, который доложился о прибытии. Полковник ненадолго вернулся на землю и отдал приказание.

- Так, Сергеев, вот ступайте с капитан-лейтенантом, и решите все вопросы. Оркестр, караул и все прочее. Потом доложите.

Капитан, который был намного постарше меня, ответил «Есть!», и мы вышли в коридор. За то, что Балабурда скажет лишнее, я не опасался, так как мы все обговорили заранее, а за остальное я не боялся, поняв, что полковник Громадин теперь надолго запомнит каперангов с Северного флота.

Капитан оказался очень достойным человеком, и отведя меня в свой кабинет, быстро и деловито начал решать по телефону наш вопрос. Уже через пятнадцать минут, я знал, что ритуал похорон у них отработан, и мне даже не надо напрягаться. Сверившись с картой горда, и отметив дом Петровых он быстро обрисовал маршрут движения похоронной процессии, время прибытия оркестра и караула. Затем поинтересовался количеством наград у покойного, и записав их число, спросил:

- Мичман то ваш, как погиб? В море?

Мне снова стало стыдно, и я постарался ответить коротко, как сам не подозревая того, подсказал нам комендант.

- Погиб при исполнении. Большего сказать не могу. Сам понимаешь, секретность….

Капитан качнул головой.

- Да и не надо. Понятно все. Не волнуйся каплей, все будет правильно.

Потом мы снова пошли к начальнику училища доложиться. Там мы застали картину полного разложения старших офицеров. Расстегнутые и раскрасневшиеся они сидели уже не за столом, а за журнальным столиком, да и стоящая на нем бутылка коньяка говорила сама за себя. Последние слова, которые я уловил из уст зама, заходя в кабинет, касались рыбалки, и я понял, что мы здесь еще задержимся. Так оно и вышло. Рассеянно выслушав наши доклады, начальники как-то единодушно попросили подождать еще минут сорок, естественно не в кабинете, а где-нибудь снаружи. Выйди из кабинета, капитан констатировал, что «старик что-то расслабился» и позвал меня обратно к себе. Там, я, уже не смущаясь, вытащил из портфеля бутылку и предложил помянуть покойного, да и за содружество родов войск тоже пригубить. Капитан не отказался, и заперев дверь, быстренько достал из сейфа два стакана.

Через час, мы покинули училище, причем начальник провожал нас до самого КПП, а капитан подарил мне пехотную флягу с чудесным домашним напитком на основе меда, березовых почек и еще черт знает чего, который творил сам в свободное от службы время у себя на даче. Младший Петров, успевший выспаться в машине, с удивлением наблюдал за нашими проводами, а когда мы забрались в машину, понюхав воздух, сразу констатировал присутствие коньячного и водочного аромата. Приехав, домой, мы застали там Рябуху в фартуке, окруженного женщинами, и руководившего приготовлением пищи. Собрав членов семьи за общим столом, мы пообедали, в процессе чего, я подробно рассказал о проделанном, и рассказал о планах завтрашнего дня. Дальнейший день прошел в мелких делах, по большей части связанных с закупками всего необходимого и недостающего.

А назавтра были похороны. Курсанты оказались на высоте. В училище даже нашелся Военно-морской флаг СССР, который потом на кладбище склонили над могилой. Процессия растянулась на добрую сотню метров, и курсанты чеканили шаг, неся красные шелковые подушечки с медалями, а оркестр пронзительно выдувал из меди похоронные мелодии. Были залпы из карабинов на кладбище, и слезы престарелой матери Петрова, которой братья так и решились сказать, о настоящей причине смерти сына. Были чисто русские поминки, на которых кто-то чуть не подрался, а комендант самолично прибывший проконтролировать весь процесс, и пропотевший за несколько часов в новенькой парадной форме, произнес проникновенный тост за героических подводников. Была куча подвыпивших родственников, которые говорили много хороших слов, и стремились чокнуться с нами, во что бы то не стало. А еще, в самом конце, была мама старшего мичмана Петрова, старенькая, сухонькая и очень аккуратная старушка, с глубокими и усталыми глазами, которая подошла к нам и, поклонившись, сказала « Спасибо, мальчики»…

Конечно, закон есть закон. И его надо соблюдать. Но всем. И если стреляющихся проворовавшихся генералов, хоронят, как полководцев выигрывавших не одну битву, то почему закон не может позволить красиво проводить в последний путь простого и честного мичмана, прослужившего не одно десятилетие, и ушедшего из жизни, только по собственной слабости, или может, наоборот, благодаря силе воли… 

    Всё для фронта, всё для победы

    Камрады, мне хотелось бы обратиться к вам за помощью. Меня зовут Артур Закиров. Помощь не для себя, для фронта, где сейчас сражаются за нас и погибают русские воины (добровольцы, солдаты РФ, Росг...

    Как Россия зарабатывает на членстве Финляндии в НАТО

    Глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин рассказал об условиях, которые правительственная комиссия по иностранным инвестициям ставит перед иностр...

    Российские хакеры обрушили систему США и три варианта выхода из украинского кризиса
    • voenkorr
    • Сегодня 11:50
    • Промо

    1.Обстановка на Северодонецко-Лисичанском направлениипо состоянию на 10.00 1 июля 2022 года 2.Трасса Славянск-Изюм выглядит теперь вот так. 3....

    Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

    0 новых комментариев

      Гурыч Крокодил на КОНТе
      20 февраля 2020 г. 17:38

      С каждым человеком в жизни случится история по пьяни, по которой можно будет писать книгу

      Мне кажется, что моим перегаром можно разогнать вооруженный конфликт в Сирии или просто убивать людей. *****Водка — удивительный напиток: вкус постоянно один, а приключения всегда разные!!!*****Начальник пасеки никогда не мог определить по лицу, бухали его сотрудники или работали.*****Чем больше в твоей крови будет алкоголя, тем медленней ты будешь разлагаться в гробу...
      1557
      Гурыч 18 февраля 2020 г. 13:49

      "ВОТ ПОЧЕМУ ПОЛМИРА ОБЯЗАНЫ РОССИИ ПО ГРОБ ЖИЗНИ"

        Вы спрашиваете о результатах "агрессий" России? Они таковы: половина Европы и часть Азии получили свою государственность из рук именно этого государства.Давайте вспомним кто именно: - Финляндия в 1802 и 1918 гг.. (До 1802 г. никогда не имела собственного государства). - Латвия в 1918 г. (до 1918 г. никогда не имела собственного государства). ...
      2132
      Гурыч 23 марта 2019 г. 21:48

      Гробовые доски

      «…служба военного до безобразия проста. Приказали. Выполнил. Доложил. И никаких глупых вопросов…» (Капитан 1 ранга Баженов В.Н. Командир РПК СН «К-44») Система, а точнее училище-это не только место, где из мальчика делают мужчину и офицера, это место где, образно говоря, этого мальчика жить учат…по уставу, со всеми вытекающими веселостями и правильностями этого самого...
      944
      Гурыч 23 марта 2019 г. 21:29

      Врать полезно.

      Севастополь. Июль. Жарко. Училище пустынно. Все на практике. Только первый курс отходив зимой в Грецию на надводном корабле сдает экзамены позже всех. Сессия. Одолели первый экзамен. Как не отметить? Святое дело! Но бухта Голландия район сугубо военный, в магазинах курсанту спиртное не продадут ни за какие деньги. Остается одно- баба Дина. Сто метров до забора, десят...
      770
      Гурыч 23 марта 2019 г. 21:24

      Легко ли стать офицером

      Бухта Голландия.… Так недавно это было и так давно. Помню ее, залитую жарким июньским солнцем, рейсовый пароходик, и приближающийся маленький пирс, с проржавевшей табличкой "Портпункт Голландия". Помню первую ночь в казарме, изнуряющий ночной зной, открытые нараспашку окна и двух друзей - абитуриентов из Ташкента, мерзнущих от непривычно влажного морского воздуха. Ка...
      706
      Гурыч 15 января 2019 г. 10:50

      Самое простое командно-штабное учение

      «…на ПУ ГЭУ весело перемигивались красные лампочки аварийной сигнализации…» ( Из корабельной стенгазеты БЧ-5) Как всегда, война подкралась незаметно. К 27 марта, добрая треть моего экипажа уже месяц просиживала штаны, будучи прикомандированными, к экипажу капитана 1 ранга Винтореза. В эту зиму, нашу головную старушку серии 667БДР, загоняв напоследок до убитого состоян...
      816
      Гурыч 13 января 2019 г. 08:53

      И наши имена узнает вся страна…

      Что такое ядерный реактор? Кто-то причастный знает, и прочитав вопрос, только ухмыльнется. Кто-то начнет припоминать школьный курс физики и статьи в газетах, а кто-то просто подумает, а зачем мне это вообще надо… А чтобы понять, что же это такое, и понять, о чем пойдет речь дальше, сначала попытаюсь это сделать. Просто, доходчиво и даже примитивно, как для пионеров и ...
      741
      Гурыч 4 января 2019 г. 00:03

      Мимоходом: Велоэргометрия

      Всех с наступившим, наступающим..))Уж не знаю, как ныне дело обстоит, а вот в ветхозаветные советские времена, государство своих военных ценило и лелеяло, даже когда они и сами этого не особо хотели. Хотя, на мой взгляд, правильно делало. Человек, как правило, существо безответственное, о своем здоровье думать начинает только когда подопрет или совсем невмоготу, не ра...
      663
      Гурыч 30 декабря 2018 г. 02:46

      Мокрый сарафан

      Капитан-лейтенант Сережа Шадрин был влюблен. Мощно, страстно и безответно. Уже целый год. И как ему казалось абсолютно безнадежно… Год назад, его закадычный друг еще с училища, а теперь и сослуживец по экипажу, Игорь Копайгора решил жениться, и в свидетели пригласил естественно лучшего друга. Свадьбу Игорь собрался справлять в отпуске, и само-собой в родном городе, в ...
      1047
      Гурыч 22 декабря 2018 г. 10:27

      Сын трудового народа…

      Много странного и удивительного для любого сухопутного офицера таится в самом укладе службы на подводной лодке. Есть от чего прийти в лёгкий шок и недоумение. Отпуска по три месяца, отсутствие офицерских должностей ниже капитан-лейтенанта, какие-то обязательные санатории после боевых служб, да и офицеров с «прапорщиками», раза в два больше чем срочной службы, да мало ...
      788

      Стоп дуть!

      «…подводник живет только на двух этажах. На первом и на пятом. Пока он в море, бербаза все остальные разбирает. Поэтому подводник и дома, как в море: то сверху капает, то из под пола парит.» (Северная флотская мудрость) В самом начале карьеры каждого офицера, случается событие, которое осознанно, или неосознанно, но навсегда намертво отпечатывается в его памяти. Это т...
      1654

      Тост За тех, кого нет на причале!

      До краёв наполните бокалы,Я предлагаю тост!За тех, кого нет на причале,Кто заступил на пост.За достоинство, честьПод Андреевским флагом,За мужество, доблесть,За верность присяге.За жизнь даровавших,За счастье детей,За рано ушедшихИз мира страстей.За семейный очаг,Любимых подруг,За чувство плеча,Как спасательный круг.За командиров-отцов,Дай им Бог много...
      969

      Размышления о воровстве и христианстве.

      Размышления о воровстве и христианстве. «Перемещение материальных ценностей внутри гарнизона воровством не является!» (капитан 1 ранга Шалов А.И. Зам.командира РПК СН по политчасти) У нас воруют все. Не все это признают. А многие просто не понимают. Ну, унес ты после корабельного аврала по погрузке продовольствия пару банок с тушенкой домой. Ну и что? Страна не обедн...
      2125

      Проехаться в Мурманск

      Всегда хотелось отдать должное прозорливости высоких флотских чинов. Сколько ни встречал командиров атомоходов, «серых» личностей среди них никогда не попадалось! Точнее, если «серость» и встречалась, то уж это была выдающаяся «серость»! Ежели золото - так червонное, серебро - так без примесей, а дерьмо -так самое вонючее. Планка не опускалась! На мое счастье, команди...
      2174

      Карьера, однако…

      История эта, принадлежит к числу тех самых флотских мифов, которые никто не подтвердить, не опровергнуть не может, но все обязательно когда-то, где-то и совершенно случайно слышали. Точно также слышал ее и я. А потому прошу простить, мне простому инженер-механику флота, определенного незнания сложной «люксовской» структуры братьев-надводников, и даже определенного дил...
      1865
      Гурыч 7 ноября 2018 г. 18:00

      День утраченного единства

      https://www.youtube.com/watch?v=WEG6-71i5to...
      443

      Шоколадный замполит

      Иногда, читая книги о войне, ловлю себя на мысли, что с большим уважением думаю о политработниках. Правда не о нынешних «воспитателях», или как их там еще называют ныне, а о тех, времен Великой Отечественной, кто с пехотой прошел от Москвы до Берлина. Ну не верю я в то, что можно было промесить сапогами грязь всей Европы, ежедневно соседствуя со смертью, и не знать, к...
      1486

      Братство по оружию

      Дураку известно, что один переезд равен двум пожарам. Это только на первый взгляд, и в первый раз, нам всем кажется, ну, сколько там в этой квартире вещей? Так, тряпки в сумку, и пошел. Дилетантское мнение. А на самом-то деле... Вернувшись из своего последнего флотского отпуска, я, как и положено воспитанному и дисциплинированному офицеру, сразу же прошелся по друзьям...
      1715

      Живи по уставу, завоюешь…..

      «- Слушаю-с! - хрипит унтер. - Вы, высокородие, изволите говорить, не мое это дело народ разгонять... Хорошо-с... А ежели беспорядки? Нешто можно дозволять, чтобы народ безобразил? Где это в законе написано, чтоб народу волю давать? Я не могу дозволять-с. Ежели я не стану их разгонять да взыскивать, то кто же станет? Никто порядков настоящих не знает, во всем селе тол...
      1588

      Всего одни сутки

      Посмотришь, бывало в телевизор, послушаешь умные речи погонистых адмиралов, из числа бывших замполитов, мол «ходили мы походами», подумаешь: а кто собственно, кроме нас самих, может рассказать о походе-то? Ну, не о «героических» буднях походного штаба с многочасовыми «терзаньями» у карты Мирового океана с подстаканником в одной руке и бутербродом в другой, а так... по...
      1573
      Служба поддержи

      Яндекс.Метрика