Авантюрист, проходимец и вообще редкая св...

...личность. Я уже упоминал о нем, когда писал о подобном "дерзком и резком" чжурчжэньском аристократе (подробнее см. тут - https://cont.ws/@bohun1/305295... ), прожившем бурную жизнь —  юношей попал в плен к монголам, стал у них служить в ставке монгольского полководца, а потом бежал, как говорится, "на рывок" и, вернувшись к своим, стал генералом у чжурчжэней и любимцем императора Цзинь. Герой данного рассказа, кстати, тоже был связан родственными узами с императорской фамилией Цзинь.

Итак, звали его Пуча Гуаньну. В его жизнеописании, находящемся в династийной истории Цзинь ши, не сказано ни когда он родился, ни сколько лет прожил (есть только год смерти), но говорится, что:

«вышло так, что маленьким был схвачен северными войсками (т.е. монголами - Р.Х.) и уведен на север от Хуанхэ».

Когда он подрос, то:

«за злые дела был брошен в тюрьму в городе Янь (ныне Пекин - Р.Х.)».

Но вскоре он учинил следующее:

«произвел нападение (т.е. на тюремщика - Р.Х.) и бежал в Сяцзинь, убил уйгурского гонца, заполучив коня со сбруей и имуществом, и таким образом освободился и вернулся домой».

Цзиньский император очевидно был впечатлен и потому пожаловал его особо:

«[ввиду] особой милости получил назначение служить десятитысячником в 'верном и преданном войске' (отборный корпус в армии Цзинь, вид гвардии - Р.Х.)».

Почему герой этой истории сразу получил такой высокий пост в войсках гвардии поясняется не очень ясно (кроме указания на "особость" милости императора) — там говорится, что такое отличие было вызвано или его отвагой, или тем, что Пуча Гуаньну был особым представителем чжурчжэньского народа. И то и другое возможно, так как 種人 означает и "человек отваги" и "представитель народа/соотечественник". Последний вариант возможен потому что Пуча — это фамилия чжурчжэньского рода, брачного партнера рода Ваньянь, т.е. рода императоров Цзинь.

В общем — то ли за свою наглость и храбрость при побеге от монголов, то ли за принадлежность к роду Пуча, но Гуаньну стал сразу же крупным военачальником, генералом. И тут опять продолжились его приключения — несмотря на крупные размеры жалования в этом элитном войске, Гуаньну сразу же стал просаживать его в азартные игры, причем вместе с толпой себе подобных, что вызывало скандалы всяческие. Короче говоря, на него нажаловались, а большие сановники подали доклад о его бесчинствах императору. Результат был несколько неожиданным, так как император

«узнав об этом, ввиду его недавнего прихода с севера и незнания законов и запретов, указал оставить без последствий».

Везло в общем ему и далее — в обычном порядке он еще подрос по служебной лестнице. Тут в его жизнеописании сразу переход к его участию в войне с монголами в 1231 г. — точнее в битве при Саньфэншань, где погибла вся армия Цзинь.

Но нашему персонажу повезло — с несколькими сотнями воинов он как-то сумел сбежать и перешел границу с Сун, где и обосновался в одном из приграничных южносунских округов. И там он опять проявил свои недюжинные способности — обаял местного сунского правителя округа, наобещав тому захват своими силами и последующий переход к Сун приграничного цзиньского округа. Обрадованный сунский наместник устроил совместную с ним попойку-пирушку, дал ему 500 воинов и прочие припасы. А Гуаньну со своей стороны стал пытаться сговориться с правителем того цзиньского округа, который он обещал сунцам — типа, давай дураков сунцев вместе ограбим, когда они придут под стены твоего города. Но этот цзинец что-то заподозрил и от греха подальше просто схватил посланцев Гуаньну.

Но не таков был наш проходимец, чтобы опустить руки — он просто прошел рейдом по окраинам цзиньского округа, пограбил с помощью приданных сунских войск несколько мелких городков и отправил депешу сунскому наместнику, что он сейчас уже у стен столицы цзиньского округа и вот вот его возьмет. А сам просто украл всех лошадей у сунского приданного войска и смылся со всем награбленным в другую провинцию Цзинь.

Там он нашел присланного из столицы генерал-губернатора, наплел ему небылиц о своей храбрости и о беспримерном походе по тылам врага длиной в тысячу с лишним километров. Ну а тот и отправил хвалебный доклад императору Цзинь (наверное не бескорыстно — у Гуаньну же было чем поделиться). Так что Гуаньну в итоге получил похвалу императора и стал командиром всего корпуса "верных и преданных".

Это было уже в 1232 г. А до конца Цзинь оставалось менее 2 лет. Каковые Гуаньну тоже провел с интересом, не без пользы и с прочими приключениями. В частности, он после ряда непонравившихся ему стычек с монголами решил опять к ним уйти, тем более что его мать попала в руки последних. Он начал переговоры с монгольским крупным полководцем Тэмударом. Но один из командиров приданных его войску чжурчжэньских частей заподозрил неладное, стал задавать неприятные вопросы и Гуаньну сделал вид, что это была военная хитрость. А на прямое требование этого честного служаки доказать свои слова нападением на монголов, Гуаньну выразил тому полную готовность это сделать. Правда потом он сумел убедить его, что сил у них мало, а от такого нападения будет плохо всем, в том числе и отряду служаки. В общем дело не выгорело, Гуаньну остался на службе Цзинь, но при этом и живым. Что не маловажно.

Финал же был все-таки немного предсказуемым — когда монголы уже добивали Цзинь, Гуаньну не выдержал и стал метаться. При поступлении ему приказа императора Цзинь прийти в последний бастион империи город Цайчжоу, Гуаньну, которому сообщили о нехватке продовольствия там, решил не идти в такой голодный край. Более того, он отдал приказ казнить любого из его войска, кто отправится в Цайчжоу. Несколько командиров все же попытались уйти, но их убили. Но кое-кто все же ушел и добрался до имперской ставки, где обо всем и доложил. Тогда же заместитель Гуаньну ограбил государственное казначейство и утащил оттуда 150 кг золота. Вместе с Гуаньну они сбежали в тот округ, где рассчитывали на знакомого правителя. К их ужасу, там оказался уже другой начальник, который имел на руках приказ императора — по нему Гуаньну с сообщником схватили и немедленно казнили.

Кстати, похожий типаж безбашенного военачальника-разбойника и бывшего монаха по совместительству есть и в романе "Речные заводи" (XVI в.). Вот его портрет, наверное любители этого романа, одного из "четырех великих романов" китайской литературы, его сразу узнают:

Подпись на рисунке: Смутьян хэшан (буддийский монах) Лу Чжи-шэнь